Глава 117: «Амон атакует!»
163. Повелитель Тайн Выживание начинается с Марионетки
Тан подозвал ещё одну новую марионетку низкой Последовательности и велел Системе установить на неё подсистему, после чего вышел из комнаты.
Как только дверь плотно закрылась, с неба вновь опустился плотный занавес, скрывая происходящее внутри. Там Система, то и дело запинаясь, управляла новой марионеткой, заставляя её зачитывать практику седьмой Последовательности избранные места из «Некрономикона».
«Потеря одного модуля биомиметической марионетки — невелика беда, — подумал Тан. — …Теперь я могу выделять из себя червей духа. Дай мне время, и я без труда установлю этот модуль на каждую из своих марионеток».
«В конце концов, планируя схватку с Амоном, нельзя сбрасывать со счетов вероятность захвата марионеток, — размышлял он далее. — …Значит, их число придётся ограничить. Система способна выделить всего десять подсистем. Но если для получения отклика не обязательно смотреть на рукопись, а достаточно просто цитировать наизусть „Некрономикон“, то стоит снабдить этим модулем каждую марионетку, которая пойдёт в бой. И если Амон вздумает занять место одной из них, Система тут же устроит ему персональный Ктулху-будильник».
Подсистема унаследовала большую часть функций Системы, и та могла использовать её как проводник для передачи определенных данных.
Прямой ментальный Ктулху-удар прямо в мозг Амона — если этот безумный импульс прикончит воришку, будет просто замечательно.
Обновление Системы до версии 1.2 пришлось как нельзя кстати.
Вскоре пронизывающий до костей холод просочился сквозь плотные занавеси. Тану показалось, будто прямо над его ухом раздался искаженный, полный ужаса вопль Ядра театра: «А-а-а-а-а! Что этот [Странный колдун] и его дохлая тварь опять натворили?!»
Занавес раздвинулся, и из щели под дверью повалили клубы белого тумана. Влага в воздухе мгновенно кристаллизовалась, температура упала так резко, что этот холод, казалось, мог сковать само астральное тело.
Тан надел мозаичные очки для наблюдения за звёздами и, убедившись в отсутствии ментальной угрозы, достал из кармана бумажный лист. Он резко встряхнул его, превращая в острейшее лезвие, и поддел им намертво вмерзшую в косяк дверь.
Внутри все покрывала плотная корка льда, однако ни его марионетка, ни пленник седьмой Последовательности, как ни странно, не погибли.
Вот только под Духовным Зрением было отчетливо видно, что внутренние органы обоих полностью отказали. Их души все ещё теплились в телах, но двигались вяло и заторможенно, напоминая глубоких стариков.
С точки зрения обычной медицины они уже были трупами, но в мире мистики, пока духовное тело крепко держится за физическую оболочку, говорить о настоящей кончине не приходилось.
Система транслировала в сознание Тана воспоминание с точки зрения марионетки. Текст «Некрономикона», который та зачитывала, звучал не на лоэнском и не на древнем Гермесе. Это вообще не был какой-либо из известных языков мистики — скорее нечто неземное, резонирующее с самими законами природы.
«Словно шёпот древних богов», — подумал Тан.
Система предусмотрительно исказила и приглушила аудиозапись, ведь то, что разум не способен разобрать, не может его осквернить. И все же Тана пробрала дрожь.
— Иными словами, если зачитать это вслух, эффект все равно проявится, верно? — Спросил он.
«Да, все так, но можно использовать только те отрывки, которые ты, Хост, уже читал самостоятельно. Остальное… хм… прочесть не выйдет.»
Повинуясь воле хозяина, Система вывела наглядный график. Числовые показатели подробно иллюстрировали весь процесс: с момента начала чтения до пика ментального загрязнения и его последующего угасания.
— Идет, — Тан неопределенно кивнул.
— Через три дня мы выступим против клона Амона.
С Амоном следовало разобраться как можно быстрее. Нельзя давать ему время на подготовку. Если он не ждет нападения — отлично; если же подозревает о нём, то внезапный удар по крайней мере спутает ему все карты.
Сам он был практически готов. Оставалось лишь дождаться, когда уляжется буря в его духовных каналах, а SAN-значение вернётся к стабильной норме. Что же касается дедушки Палетса… Что ж, тут ясности не было. Стоило пойти и расспросить его.
…
Паллес Зороастр несколько секунд молча созерцал застывшего у окна Тонкого призрака, который возник там невесть когда, и лишь затем тихо спросил:
— Неужели все [Странные колдуны] столь… бесхитростны? — Он вздохнул. — …Мог бы проявить хоть каплю уважения к сердцу старика.
Из руки Тонкого призрака выпал конверт. В тот же миг Паллес Зороастр покинул тело своего [Паразита].
Последние несколько дней он постепенно выходил из состояния поверхностного паразитирования. В конце концов, вовлекать обычного человека в противостояние с Амоном было безумием — смертельно опасным и совершенно бесполезным. Сам Паллес чувствовал себя неплохо, так что полное отделение от носителя не должно было занять много времени.
Палетс бросил ещё один взгляд на круглолицего рыцаря за своей спиной и развернул послание.
Убедившись, что послание доставлено, Тонкий призрак за окном мгновенно превратился в плоский лист бумаги, который тут же разорвало на мелкие клочки невидимой силой.
— Три дня… — пробормотал Палетс.
Он задумчиво постучал пальцем по строчке с датой, на мгновение погрузился в размышления и кивнул:
— Что ж, тем лучше. Мне и в самом деле пора отсюда убираться.
Была ли это очередная ловушка Амона или нет — теперь, когда тот обнаружил себя, Палетсу в любом случае следовало как можно скорее покинуть Тинген.
Слишком долгое пребывание на одном месте неизбежно влекло за собой неоправданный риск.
Силуэт Палетса медленно растаял в воздухе. Он направился в расположенный неподалёку замок, чтобы лично обсудить детали предстоящей операции со [Странным колдуном].
В главном их мнения полностью сходились: уничтожить аватара следовало немедленно. С таким противником, как этот Король Ангелов — прирожденным интриганом, чей изощренный разум вечно строил коварные планы, — было жизненно важно нанести удар первым. Следовало сбить его с темпа и заставить действовать в спешке.
Согласовав план действий со стариком, Тан достал созданные Системой запечатанные артефакты полубожественного уровня, чтобы распределить их перед боем.
Несколько предметов он передал [Епископу войны], ещё несколько — своей марионетке — [Демону] четвертой Последовательности, а оставшиеся приберег для себя. В открытую он планировал задействовать лишь двух марионеток. Полубоги все ещё могли принести пользу, тогда как от мелких слуг низших Последовательностей в такой схватке толку не было бы никакого — их бы просто мгновенно уничтожили.
Что же касается тайных козырей…
Тан спрятал в Эвклидовом пространстве ещё несколько марионеток и на всякий случай снабдил их червями духа для подстраховки.
Амон с высокой долей вероятности не сумеет заглянуть в Эвклидово пространство. Это походило на то, как Клейн обрушивал на него яростный шквал молний из-за завесы Серого тумана: даже если враг догадается об источнике угрозы, добраться до него он не сможет. Но даже если все пойдёт прахом, лучше лишиться марионеток уровня полубога, чем позволить украсть собственную судьбу.
Получив от Системы заверение, что перемещение «Вечно несмолкающего театра» в хранилище никак не навредит находящимся там людям и не нарушит ход тамошних событий, Тан забрал артефакт с собой. Он явно готовился к худшему: в случае провала он намеревался бежать, прихватив с собой все нажитое имущество.
«Хост, тебе не кажется, что ты палишь из пушки по воробьям?»
— Кто знает, на что способен Амон, — мысленно возразил Тан. — Лучше уж палить из пушки по воробьям, чем дать застать себя врасплох и лишиться всего разом.
И хотя Эвклидово пространство, духовное чутье и пророчества в один голос твердили, что в городе находится лишь аватар Амона, а его истинное тело пребывает где-то очень далеко и даже не подозревает о присутствии старика, Тан готовился так, словно ему предстояло столкнуться с самим истинным божеством.
«Берегись Амона».
Будущий он наверняка уже прожил этот отрезок истории. И у него не было ни единой причины пренебрегать предупреждением из будущего, даже если сейчас его меры предосторожности казались чрезмерными.
Спрятав Амулет «Вчерашний день вновь» в карман, откуда его можно было выхватить в любую секунду, Тан перенесся в Эвклидово пространство. Там он понизил мерность нитей духовного тела и приказал марионетке — [Демону] четвертой Последовательности использовать способность [Безликого]. Её черты поплыли, сменяясь самым заурядным лицом, какое только можно представить, — затеряйся такой человек в толпе, его никто бы не вспомнил. Затем Тан велел марионетке накинуть плотный плащ.
Марионетка — [Дьявол] медленно растворилась в ночной прохладе, сливаясь с мириадами мерцающих на небе звезд.
Плащ был запечатанным артефактом, созданным на основе потусторонней характеристики [Смотрителя ночи] — четвертой Последовательности [Пути Тьмы]. Наделяя предмет постоянными свойствами, Тан сделал ставку на силу скрытности, доведя её до абсолютного предела, возможного на четвертой Последовательности.
Функция [Оценщика], встроенная в Систему, давала огромный бонус при закреплении лишь одного потустороннего свойства. В результате мощь созданного артефакта могла поспорить с силой полубога, полностью усвоившего своё зелье.
Марионетка извлекла из кармана книгу.
«Пришёл, увидел, записал».
Страницы зашелестели. Краски вокруг сгустились: красное стало ещё ярче, желтое — глубже, превращая мир в мозаику из насыщенных, контрастных цветовых пятен. Активировалась потусторонняя способность к путешествию, увлекая марионетку в Тинген.
Ночной Тинген спал глубоким сном. Бродяги куда-то попрятались, улицы пустовали и тонули во тьме. Лишь у богатых аристократических особняков изредка мелькали огни факелов — там обходили территорию ночные сторожа и слуги.
В потаенном переулке, укутанный в похожий на чёрный бархат плащ с искорками звездного света, затаился [Странный колдун]. Надежно укрытый тенями, он безмолвно наблюдал за пустынной мостовой.
Он осторожно потянул за нити духовного тела, подчиняя висевшую на ветке дерева гусеницу и превращая её в марионетку, дабы её глазами осмотреть обе стороны улицы.
Концентрация Амонов в этом районе превосходила все разумные пределы — их хватило бы, чтобы собрать воедино аватара третьей Последовательности.
Не почуяв прямой угрозы, [Странный колдун] поднял руку, принимаясь за создание новых марионеток.
Для высокоранговых потусторонних [Пути Шута] наличие подконтрольных марионеток определяло разницу между триумфом и сокрушительным поражением.
Он планомерно подчинял себе невзрачных уличных существ, а затем, задействовав способности [Странного колдуна], наделял их собственной мистической силой.
Вскоре марионетки [Странного колдуна] плотным кольцом окружили особняк, принадлежавший виконту Фредерику Россу.
Именно здесь Тан впервые натолкнулся на Амона. В этом доме абсолютно каждый обитатель — от хозяина до последнего слуги — в той или иной степени был им паразитирован.
[Странному колдуну] вдруг вспомнилась одна жуткая история, которую он когда-то читал:
«Ты возвращаешься домой, открываешь дверь и видишь, что твой отец, твоя мать, твоя жена, твои дети, лакеи и служанки — все они внезапно пристрастились к моноклям. А мгновение спустя ты и сам с улыбкой надеваешь монокль на правый глаз».
От этой мысли по спине пробежал неприятный холодок, а кожа покрылась мурашками.
Сплошное семейство Амонов — от одной только мысли об этом SAN-значение готово было рухнуть в бездну.
Отогнав наваждение, [Странный колдун] приказал марионеткам бесшумно приблизиться к особняку, надеясь провести разведку и не привлечь внимания Амона.
В этот момент окно одной из комнат виконта Фредерика Росса бесшумно распахнулось.
Через фасеточные глаза марионетки-гусеницы он увидел, как в гостиную вошёл бледный, худощавый мужчина средних лет в ночной пижаме — судя по всему, только что поднявшийся с постели. Он походил на вампира, годами не видевшего солнечного света.
В его правой глазнице поблескивал выточенный из хрусталя монокль!
Это был виконт Фредерик Росс, однако сейчас на его губах играла странная улыбка. Потирая подбородок, он с явным любопытством оглядывал ночную улицу.
[Странный колдун] наблюдал за ним сквозь марионетку, как вдруг его духовное чутье взвыло от смертельной опасности.
Контроль над несколькими марионеток оборвался в один миг — их связь с ним была бесцеремонно украдена.
«Богохульник» Амон нанес удар!
Артефакт в виде невидимого плаща превосходно скрывал владельца, пока тот оставался пассивен. Однако [Странный колдун] не успел спрятать нити духовного тела, и Амон мгновенно перехватил контроль над его марионетками.
Будучи [Червем Времени] Последовательности 1 и Королем Ангелов, он в совершенстве владел искусством незаметно похищать чужие судьбы, занимая место своих жертв.
Амон без труда отследил связь между марионеткой и её кукловодом.
[Странный колдун] мгновенно поменялся местами со своей дальней марионеткой. В ту же секунду там, где он только что стоял, беззвучно соткалась высокая, худощавая фигура в классической чёрной мантии и островерхой шляпе. Незнакомец небрежно поправлял хрустальный монокль на правом глазу.
— [Странный колдун]? — Послышался его голос. — И как только тебе удалось обнаружить и выследить меня?
Ему действительно было любопытно, каким образом этот [Странный колдун] узнал о его присутствии и понял, чьи именно судьбы он уже успел примерить на себя. Однако ответа, разумеется, не последовали.
В ответ воздух содрогнулся от мощного залпа невидимых снарядов. Воздушные пули разнесли силуэт Амона в клочья. Одновременно с этим [Странный колдун] обрубил тянувшиеся к нему нити духовного тела, задействовал скрывающий потенциал плаща на максимум и растворился во тьме, устремляясь прочь.
Однако уже в следующий миг его бег резко прекратился. Скрывающий плащ бесследно исчез, а сам беглец вновь очутился прямо перед невредимым Амоном.
Все это выглядело так, будто отчаянная попытка побега была лишь иллюзией в его собственном разуме. Но Тан прекрасно понимал: Амон попросту украл расстояние между ними.
— Нет, ты вовсе не [Странный колдун], — Амон покачал головой, вглядываясь в противника. — Ты всего лишь марионетка. А твое настоящее тело прячется…
Амон слегка приоткрыл ладонь. Лицо [Странного колдуна] пошло волнами и зашевелилось. В одно мгновение у него похитили пять потусторонних способностей, включая управление нитями духовного тела и трансформацию [Безликого], обнажив истинный облик марионетки.
Лишившись маскировки, [Дьявол] тут же принял свою истинную форму мифического существа. Волна скверны и разложения хлынула в сторону Амона.
Но Амон лишь вновь небрежно поднял руку. Форма мифического существа [Дьявола] была украдена, следом за ней исчез и контроль над эмоциями…
Амон сделал ещё один шаг вперёд. [Дьявол] против воли поднял собственную ладонь. Воздух в его пальцах уплотнился, материализуя новый, выточенный из хрусталя монокль.
Марионетка медленно поднесла его к своей правой глазнице…
И именно в это мгновение!
В Эвклидовом пространстве Тан, крепко сжимая Скипетр Солнца, окутанный чёрным солнечным светом, хладнокровно оборвал ментальную связь с марионеткой — [Демоном] и отдал Системе первый приказ:
— Начинай, Системка. Твой выход.
«Будет сделано, Хост!»
Система мгновенно перехватила управление подсистемой, скрытой в теле [Дьявола], и запустила протокол.
Амон, который уже полностью замещал собой судьбу поверженного [Дьявола], внезапно услышал отчетливый писк. Унаследовав участь марионетки, он неизбежно воспринял и этот пустой, безэмоциональный механический голос.
«Пип! Сгенерировано новое задание!»
«Цель: Выслушайте до конца шёпот Древнего Бога!»
(Конец главы)