Глава 1351 - Улучить возможность
Пока Алгер передавал сведения Уполномоченным Карателям, он быстро составил про себя план:
Алгеру надо было немедленно помолиться Повелителю Штормов, в надежде получить Господни благословения в помощь. Затем Алгер сразу ринулся бы в подземелье и своими силами Потустороннего принудительно подавил бы три Запечатанных Артефакта за Лазурными Вратами.
Если при этом Повелитель Штормов откликнется на молитвы Алгера, или же если чрезвычайные явления, связанные с печатями, закончатся вовремя, то, естественно, Алгеру не надо будет задумываться о каком-либо ещё отклике. Но если не воспоследует ни один из этих двух исходов, и Алгеру станет труднее справляться с ситуацией, то он попросит помощи у мистера Шута.
Стоило Алгеру так сделать, и какие бы способы он ни применял, как бы ни скрывал это, трудно будет избежать подозрений, как неотвратимого рока. Всё же не верилось, чтобы человек мог в одиночку подавить три Запечатанных Артефакта Степени 1.
Придёт пора, и единственным вариантом для Алгера будет немедленно покинуть занимаемую должность после того, как чрезвычайные явления закончатся или печать снова начнёт работать. Из-за отъезда Алгера пойдут прахом все его многолетние усердные труды, он потеряет пост кардинала, которого добился такими усилиями.
Однако же по сравнению с ценой собственной жизни, эту цену он готов был заплатить.
Что же до последствий, из-за которых почти невозможно будет ему достать Книгу Бедствия, Алгера это на данный момент не волновало. Он был ещё весьма далëк от того, чтобы задумываться о таких проблемах. Конечно же, Алгер, как полубог Церкви Штормов и её кардинал, верил, что за ним непременно присматривает Повелитель Штормов. После того, как Алгер бросит работу и сбежит, ему для выживания понадобится защита других сущностей. Иначе его ждал некий невообразимый исход.
А в этом деле ему оставалось надеяться лишь на мистера Шута.
Глубоко вдохнув, Алгер быстро запел молитвенно:
– Король, правящий Небесами, Император, что управляет Морями, Великий Бог Штормов, я молю Тебя, чтобы Ты призрел на нас, молю о Твоих благословениях.
Пропев, Алгер вытянул руку и, неся с собой ураган, полетел под землю.
Секунд через десять за стенами Собора Волн возникла приливная волна и хлынула вверх, в воздух.
Низверглись потоки лазурной морской воды и обнесли собор плотным ограждением.
Внутри ограждения вспыхивали разряды серебристых молний и вонзались в землю, пробирались в подземелье.
…
Бух-бух!
Молнии били, низвергаясь проливным дождём и озаряя всю Утопию вместе с половиной Моря Берсерков.
Тут в воздухе возник чëрный-пречëрный собор, отделанный множеством черепов.
Он находился над Заратулом и притягивал к себе все молнии вокруг, заставляя разряды змеиться по несметным черепам, так, что цветные стëкла отражали яркий свет.
Бух! Бух!
В тех местах, что не мог прикрыть Адамов собор из трупов, марионетки Заратула, историческая проекция Омерзения Суаха, а заодно и марионетки Клейна, вмиг стёрли с лица земли налетающие бурными порывами молнии. После этого марионетки либо исчезли бесследно, либо уменьшились до мельчайших отметинок.
Не пощадило даже историческую проекцию Рассела Густава, превратившуюся в нескончаемый поток информации. Сильный электромагнитный ураган в этом городе крушил всё на своём пути, разрушал все информационные объекты.
Воспользовавшись моментом, когда Визионер отбивался от Тирана, Заратул сделал шаг вперёд и вошёл в раскрывшуюся ему бездонную пустоту.
А пустота эта соединялась с другим островом, тем, что “Он” прежде устроил на Море Берсерков, с помощью
“Своих” сил Потустороннего Служителя Тайн.
Расстояние между двумя местами свелось к нулю.
Заратул в своей чёрной мантии, с капюшоном на голове, быстро исчез в освещаемой молниями бездонной пустоте. А через секунду появился, но не на отдалённом острове, а над отелем “Ирисы” в Утопии.
Всего миг назад, когда Заратула ошарашила мощь шторма, находящийся в Замке Сефирот Клейн ухватил возможность воспользоваться “завесой”, накинутой на тело, и силой сефиры принудительно “Привил” пустоту перед своей целью к гостинице “Ирисы”. Он тайком переделал ключевой пункт в построениях Заратула.
То было подавляющее воздействие Короля Ангелов на ангела Последовательности 1 того же пути.
Бух! Бух! Бух!
Непрестанно шарахали молнии, оплетая Заратула с “Его” длинными белоснежными усами.
Выражение непроницаемо-чëрных глаз “Его” ничуть не изменилось. “Его” тело стремительно померкло-развеялось и исчезло среди молний.
Явился “Он” всего лишь в облике проекции из Исторической Бездны.
“Его” истинное тело скрывалось в некотором отрезке тумана истории.
Сидящий на месте Шута Клейн тотчас устремил взор в серовато-белый туман под собой, а там, на бесчисленные точки света.
Клейн пока что не мог найти Заратула, поскольку тот наверняка применил скрытый отрезок истории, известный лишь “Ему” или очень малому количеству сущностей. Но то, что Клейн “Его” найти не мог, не означало, что ему оставалось только наблюдать и терпеливо ждать, когда Заратул достигнет “Своего” предела и не сможет больше находиться в тумане истории. Поскольку Клейн был владельцем Замка Сефирот и сущностью уровня Короля Ангелов, его предварительного управления сефирой было уже достаточно, чтобы многое завершить.
Через секунду Клейн открыл ящик и вызвал карту Шута, приладив её в тело.
В мгновение ока он преобразился в Шута, одетого в цветастые одежды и роскошный головной убор. Шут источал глубокую грозную ауру, и вместе с тем производил несколько нелепое впечатление. Весь Замок Сефирот стал легонько сотрясаться.
Тук!
Шут-Клейн взял правой рукой Звёздный Посох за кончик и стукнул по краю длинного крапчатого стола.
В реальном мире появился серо-белый туман, в вышине над которым смутно виднелся древний дворец.
В этом древнем величественном дворце быстро вырисовался странный источник света, образованный многочисленными сферическими огнями, и излучал незримую ужасающую сосущую силу.
Туман истории вмиг закипел, и не замедлила появиться фигура Заратула, в том месте, которое Клейн не освещал. “Его” тащило вверх, и “Он” не мог это остановить.
Закон слияния признаков Потусторонних!
С помощью Замка Сефирот Клейн спроецировал силу слияния признаков Потусторонних в туман истории!
Тут фигура Заратула в чёрной мантии, в капюшоне, повалилась и стала бледной бумажной фигуркой.
“Его” истинное тело появилось на другом острове в Море Берсерков. “Он” силами Потустороннего Служителя Тайн быстро присоединил к разным бумажным фигуркам действие склонности к слиянию.
Хватаясь за возможность, даваемую “Ему” бумажными фигурками, Заратул поскорее загадал желание:
– Я желаю, чтобы мой признак Потустороннего на время успокоился.
Как только “Он” договорил и сжал ладони, “Он” уже увидел краем глаза “Своё” сбывшееся желание. Это позволило “Ему” избежать действия сосущей силы, исходящей от Замка Сефирот, карты Шута и признака Потустороннего Служителя Тайн вкупе.
Одновременно “Он” сделал шаг назад и ступил аккурат на млечно-белый кусок горной породы.
Этот камень “Он” давно соединил с каким-то ещё местом, и он застыл в какой-то форме.
Заратул шагнул вниз, и “Его” фигура вмиг исчезла без следа. Неизвестно было, куда “Он” делся, но камень, казалось, подвергся сильнейшему воздействию стихий и распался.
Шут-Клейн устремил взор вниз с бескрайних высот и внимательно осмотрел всё вокруг, но так и не нашёл Заратула.
Это значило, что тот вышел из его поля зрения.
Не колеблясь, Клейн сосредоточился кое на чëм ещё.
Он уже повелел всем каменьям на Звёздном Посохе загореться, подражая способности пути Мародёра обходить правила. И поменял местоположение возрождения своего тела на марионетку, находящуюся не в Утопии.
Прежде несколько жителей Утопии уехали по разным причинам в другие города. Уехав, они должны были продолжать и дальше устанавливать свои связи с реальным миром. Клейн выбрал одного путешественника-энтузиаста. Тот находился сейчас на некоем горном хребте.
Когда выполнялась вторая половина “воскрешения” Клейна, он достал карту Шута. Вызвал девять уникальных особенностей духовного мира, подготовленных заранее, и положил их вместе с “завесой”.
Сразу же после этого Звёздным Посохом включил силу Замка Сефирот и вновь подстегнул способность пути Мародёра обходить правила, давая девяти особенностям духовного мира и той “завесе” “стать” частью своего тела.
Через секунду вокруг марионетки, что была на полпути к вершине горы, возникли несметные осколки света.
А из недр тела марионетки вылетел Червь Духа. Он всё разламывался, разламывался, и слился со световыми осколками.
Вскоре осколки сгустились в световой шар, и тот, затвердевая, обратился в фигуру Клейна.
Как только фигура Клейна окончательно вырисовалась, он обратился в прозрачных личинок, которые рассыпались во все стороны, и дал “завесе” и девяти особенностям духовного мира упасть наземь.
Затем Черви Духа завершили процесс пересборки, и часть их превратилась в полуцилиндр, ещё какие-то части в рубашку, в строгий костюм, в брюки.
Клейн времени зря не терял. Тотчас схватил “завесу” и особенности духовного мира и взялся осторожно и прилежно варить зелье.
Для Клейна теперь наступило лучшее время, чтобы продвинуться в Служители Тайн.
С одной стороны воздействия ритуала завершались с помощью Джина. Продлиться это обещало недолго, и постепенно бы исчезло. С другой стороны, Адама, который более всех склонен был сорвать Клейну ритуал, подавлял Повелитель Штормов, и “Ему” некогда было вмешиваться.
Доведись Клейну принимать зелье и продвигаться на Последовательность 1 в какое-то другое время, он весьма беспокоился, что Визионер Адам воспользуется морем коллективного бессознательного, чтобы внедрить в критический момент какую-нибудь отрицательную эмоцию. Так потеря контроля стала бы неизбежной.
Леодеро Клейн позвал не ради того, чтобы разделаться с Заратулом, но для того, чтобы удержать истинного бога – Адама!
Во время ритуала Служителя Тайн никак нельзя было применить силу Замка Сефирот, чтобы произвести заранее в зарождающейся форме божественное царство, которое бы отгородило Клейна от внешнего мира. Следствием этого стала бы невозможность при ритуале установить связь с соответствующей областью в духовном мире, а в итоге ритуал вышел бы неудачным.
Менее чем через десять секунд на ладони Клейна появилось зелье, тёмное, как ночное море. Одновременно фигура, что осталась в Замке Сефирот, щëлкнула пальцами, исполняя ту небольшую толику желаний, что накопилась в молитвенных огоньках и багряных звёздах, и это позволило Клейну усвоить последнюю каплю зелья Призывателя Чудес.
Фигура в Замке Сефирот тотчас рассеялась, позволяя телу Клейна стать целым, чтобы он мог в лучшем своём виде принять зелье.
Когда море снова озарили молнии, Клейн поднял правую руку и поднёс бутыль, поданную марионеткой, ко рту.
Залпом проглотил зелье, воздушно-лëгкое.