Глава 1333 - Предостережение исходя из опыта
Вдруг, ни с того ни с сего, у Венделя стали напрягаться мышцы спины, словно его вот-вот разорвëт.
В голове у него, потрясëнного, одолеваемого сомнениями, мелькнуло несколько догадок.
–
Жители Утопии – чудовища в человечьей шкуре. Они обычно выглядят нормально, но как только натыкаются на слепые пятна в логическом мышлении, то показывают отличающуюся от обычного человека сторону, и это ещё, если не обращать внимания на те подробности, которые явно вызывают вопросы? Или, быть может, тот сотрудник понял, что я лгу, и не желал со мной иметь дела, так что притворился, будто меня не видел, и дал уйти? Но почему?
Да, то, что я таскал с собой багаж в уборную, можно объяснить тем, что я боюсь его потерять, но вся платформа укрыта. Зонт брать незачем. Вдобавок и дождь уже к тому времени прекратился...
Вендель инстинктивно отвёл взгляд от окна, и увидел, что платформа, на которой находились, была залита солнцем. Пассажиры ждали в очереди за ограничительной линией, один за другим проходя, и всё разительно отличалось от того тёмного, мрачного впечатления, что производила Утопия.
Уф...
– Выдохнул Вендель и вдруг расслабился.
Здесь не Утопия... Я уже уехал...
– Бормотал он себе под нос, вытирая холодный пот, стекающий со лба.
Когда припоминал, что недосмотрел несколько раньше, это было так, будто провалился в кошмар, от которого не мог пробудиться, как ни старался.
Погодя Вендель встал и решил покурить на платформе, развеяться.
Табак его отлично успокоил, и это позволило припомнить пережитое давеча в Утопии.
И тогда его осенило по поводу той встречи:
Может, это потому что я от всей души помог Трейси, тот сотрудник нарочно проигнорировал мои проблематичные действия и отпустил меня?
Вендель с большей охотой был готов принять это объяснение по сравнению с тем, что всё население Утопии – чудовища, прячущиеся в человечьей шкуре.
И тут краем глаза увидел, как проводник беседует с группой людей в уголке.
Вендель сделал несколько шагов вперёд, пытаясь расслышать, о чём говорят эти люди.
Своим слухом, выходящим за пределы обычного, смутно расслышал разговор с расстояния, не вызывающего подозрений:
– Прошлой ночью, станция... Утопия...
– Не существует... в королевстве...
– Пожалуйста, храните это в тайне...
У Венделя чуть дёрнулись брови. По описанию в документе, который он нёс на груди, он приблизительно понимал, о чём говорит проводник поезда.
Беседующие говорили, что в королевстве нет никакой станции с названием “Утопия” или подобным, и прошлой ночью паровой локомотив “пропал”!
Тут в сердце Венделя снова хлынул отчётливый ужас. Чувствовалось, что это величайшее благословение, что смог живым выехать из Утопии.
…
Альфред вернулся из гавани Эскельсона в Бэклэнд почти через неделю.
Он задержался, поскольку навещал по пути родственников своих погибших товарищей, повидал старых друзей, пожилую родню, вернувшуюся в свои поместья на время каникул, и встретился с некоторыми деловыми партнёрами своей семьи.
– Это куда больше выматывает, чем даже участие в боях, – ворча, сетовал Альфред отцу, графу Холлу.
Отец улыбнулся и указал на лестницу.
– Возвращайся в свою комнату и отдохни немного. Поговорим позже в кабинете.
Душевным состоянием и прогрессом своего младшего сына граф Холл был весьма доволен.
Альфред огляделся вокруг и спросил с улыбкой:
– Где же самая ослепительная драгоценность Бэклэнда?
На миг замолчал, затем добавил:
– А Гибберт?
Граф Холл засмеялся и сказал:
– Одри пошла в свой фонд и вернётся только во второй половине дня. Всё жаловалась, что ты не смог ей дать точное расписание, и потому она не знает, когда ты приедешь. Гибберт теперь член Кабинета Министров. Он очень занят.
Альфред кивнул и вернулся в свою комнату, где принял душ. Переоделся в рубашку, жилет и строгий костюм.
– Предпочитаю непринуждённую повседневную манеру Восточного Балама, – Альфред взглянул в зеркало и улыбнулся своему адъютанту.
– В этом наряде вы более похожи на знатного человека, – сказал адъютант и передал документ, который держал в руке. – Генерал, это от М
I
9.
– МI9? – Альфред в задумчивости сорвал с конверта печать. – Так быстро пришёл результат расследования по Утопии?
Не успев договорить, вытащил документ и стал листать.
Листал всё медленнее и медленнее. В конце концов, стал читать заново с первой страницы.
Содержание расследования, в общем и целом, делилось на две части.
Первая касалась члена МI9, доставлявшего доклад Альфреду. Этот человек случайно оказался в Утопии и стал свидетелем убийства. Ему удалось, приложив усилия, сбежать среди ночи и вернуться на паровой локомотив. Второе: по пути следования железных дорог на заливе Деси, ведущих в Бэклэнд, не было остановки, называемой Станцией Утопия, и гавани под названием Утопия в море Берсерка тоже не было. Те, кто в дальнейшем проводили расследования, не нашли никаких следов.
Эти два случая не поражали воображение Альфреда. А удивило его, кто был замешан в убийстве.
Звали виновницу Трейси. Она была владелицей гостиницы. Образование у неё было уровня среднего класса, она закончила гимназию. А после стала любовницей одного предпринимателя. В последнее время Трейси пыталась избавиться от этой идентичности.
Всё это было один к одному с той владелицей гостиницы Трейси, которую встречал Альфред. Сходилась каждая деталь.
В итоге он точно определил, что виновницей убийства была Трейси, красавица, получившая неплохое образование и способная вдруг среди ночи заиграть печальную музыку.
Такая вот биография у виновницы?
– пробормотал Альфред про себя.
Всё внушало впечатление, что жители Утопии весьма правдоподобны. Это не было, как Альфред ожидал, иллюзией.
Иными словами, после того, как уехали чужаки, местное население Утопии продолжало жить своей жизнью. Своими любовью, ненавистью, страданиями и печалями. Испытывать и переживать всякое.
За исключением того, что Утопия как будто не существовала в реальном мире, она во всём остальном была подобна любому обычному городку в Королевстве Лоэн.
Возможно, Утопия реальна. Все там реальны. Но вот если кто-то захочет войти в город, то им нужно оказаться в верном месте в верное время... –
Еле заметно кивнул Альфред и отложил доклад по расследованию от МI9.
Пусть даже дело на этом и обрывалось бы, Альфред не намерен был расследовать дальше.
Следует знать, что на Южном континенте случались бесчисленные причудливо-странные происшествия и явления. Стоило кому-то оказаться слишком любопытным, и это навлекало куда бóльшую опасность, чем человек себе представлял.
Поправив одежду и настроение, Альфред подошёл к кабинету отца и постучал согнутым палец, в дверь.
– Входи, входи, – раздался зычный голос графа Холла.
Альфред пригладил свои белокурые волосы, толкнул дверь, вошёл и сел.
Граф улыбнулся ему и сказал:
– А ты уже мужчина.
– Никто не скажет таких слов мужчине, – отвечал Альфред безо всякого стеснения.
– В душе я тебя до сих пор ощущаю тем юнцом-бунтарëм, – говорил с улыбкой граф. – Ты теперь Потусторонний Последовательности 5?
Альфред отвечал неоднозначно:
– Да, я уже настоящий рыцарь.
Граф Холл кивнул и вдруг вздохнул.
– Ты, должно быть, немало тягот пережил. Насколько мне известно, всё это, хоть зелья, хоть война, причиняет людям серьёзный ущерб, и телам их, и душам, и умам.
– Каждому на жизненном пути достаётся немало страданий, – проговорил Альфред со вздохом.
Он выразился эвфемистической поговоркой в лоэнском духе.
После паузы добавил:
– По сравнению с тем временем, когда я уезжал из Бэклэнда, ныне моё состояние даже получше. Стоит мне, как следует постичь метод, и уже не нужно будет волноваться особо о воздействии безумия на моём уровне.
Граф не стал продолжать разговор на эту тему, а сказал:
– Твоя сестра тоже стала Потусторонней.
– О? – поразился было Альфред, но затем кое-что вспомнил. Буркнул с некоторым раздражением:
– Я думал, она просто сменила хобби.
– Похоже, что Одри в своих приключениях получила небольшую помощь от тебя, – сказал граф Холл, которого, казалось, осенила эта мысль. – Я надеюсь, ты сумеешь поговорить с сестрой о том, как опасно, безумно и болезненно всё это дело с зельями Последовательностей. Пусть она остаётся на том же уровне, что сейчас.
Альфред без колебаний ответил:
– Поговорю, конечно.
***
Вечером, в небольшой комнатке-кабинете Одри.
– Альфред, почему ты ищешь меня? – Одри, переодевшаяся в домашнее, подвела Сьюзи к двери и открыла брату.
Она уже несколько минут его ждала.
– Мне надо предостеречь тебя насчёт кое-чего, – Альфред вошёл в кабинет и лёгким движением подтянул к себе стул.
Одри улыбнулась и указала на золотистую ретривершу.
– Тебе нужно, чтобы я Сьюзи увела?
Альфред тоже не сдержал улыбки, глядя на сидящую сбоку послушную ретривершу, глаза которой светились необычайно осмысленным взглядом.
– Не нужно. Я думаю, он не будет подслушивать наш разговор.
– Она, – мимоходом поправила его Одри.
Когда благородная барышня уселась напротив Альфреда, он про себя вздохнул.
Он не видел младшую сестру несколько лет, и она уже не была нежной барышней. Как бы она ни выглядела, какого бы ни была нрава, она уже достигла уровня, которому впору изумиться. Это была уже не та маленькая девочка, что раньше.
Альфред отвёл взгляд и как бы невзначай спросил:
– Я слышал, ты стала Потусторонней?
– Да, – честно отвечала, кивнув, Одри.
Брат было намеревался спросить, на какой Последовательности сестра находится, но поразмыслил, и ему показалось, что это слишком прямолинейно. Она могла с лёгкостью вспылить, потому он, взвешивая каждое слово, проговорил:
– Ты, должно быть, Потусторонняя пути Зрителя, верно? У Радужной Саламандры похожие силы.
Радужная Саламандра была подарком Альфреда сестре.
Одри отвечала утвердительно, и Альфред пошутил:
– Ты умеешь исцелять в царстве ума? Многим Потусторонним, включая меня, нужна помощь в этом смысле. Да, забыл тебе сказать, что я уже Последовательность 5 Наказующий Паладин пути Арбитра.
Одри поджала губы и улыбнулась.
– Я квалифицированный психиатр, прошедший профессиональное обучение. Можешь попросить у Отца и Матери, чтобы подтвердили.
Она уже Последовательность 7...
– Выражение лица Альфреда постепенно сделалось торжественным.
– Одри, я должен тебе напомнить, что зелья приносят не только силу.
Сказав это, приумолк и наблюдал за реакцией сестры. Понял, что Одри вовсе не испытывает нетерпения и слушает очень серьёзно.
– В каждом зелье содержится безумие, которое может привести к потере контроля... Я видел прежде подобные ситуации. Больше одного раза... Такое случалось с моими врагами, случалось с моими друзьями. Никого не пощадило... – Альфред стал размышлять в купе обо всём пережитом в Восточном Баламе, и разъяснять в подробностях опасности каждого зелья.
При этом Альфред понимал, что его сестра Одри не единственная его внимательно слушает. Золотистая ретриверша Сьюзи вела себя ещё к тому же невероятно тихо.