Глава 1328 - Необходимая подготовка
Первоначальные приготовления к постройке были довольно скучны и утомительны. Ну, по крайней мере, Клейн в этом был убеждён.
В древнем дворце Клейн сидел на законном месте Шута – стуле с высокой спинкой, с самопишущим пером в руке. Перед ним лежали листы обычной бумаги с именами, возрастом и описанием судьбы каждой из марионеток. Клейн заставлял Червей Духа возникать из его тела, и они образовывали рядом с ним аватары.
Некоторые Клейны сели на полу, а другие тем временем заняли оставшееся двадцать одно место, помимо места Шута. Некоторые колдовством явили кровати и легли на них...
Потом они вызвали из кучи мусора различные книги и со всей серьёзностью стали в них вчитываться.
Книги были, в том числе, такие:
“Как изготавливать вино”,
“Управление движением поездов”,
“Свод правил по приготовлению десертов”,
“Духовное лицо готовится вступить в должность”,
“Газовые настенные лампы, газометры и ремонт всевозможной семейной техники”,
“Деси-ликатесы”,
“Управление гаванью”,
“Основы юриспруденции”,
Журналы “Дамская Эстетика”…
То были специальные знания, которые нужно было усвоить разным марионеткам. Лишь сделав это, они сумеют хорошо сыграть свои роли, и это им придаст правдоподобия во всех отношениях. Случись им даже завести разговор по душам с чужаками, марионетки не выкажут ничего неладного.
Клейну пришлось бы нетрудно, если бы ему нужно было просто запоминать сведения, но он должен был по-настоящему постигать их и применять. Вдобавок ему нельзя было допускать путаницы среди своих персонажей. Он не мог позволить, чтобы дюжий сильный электромонтëр с низким уровнем дохода заговорил о чудодейственности какого-нибудь средства для ухода за кожей или о том, на каком отрезе шëлковой ткани попался изъян.
Стоило такой ситуации произойти в романе, пьесе, опере, и, наверное, она придала бы им странную притягательность, но проводить подобное в реальный мир, было явно жутко и не несло пользы ходу ритуала.
Для избегания такой проблемы Клейну оставалось только усерднее трудиться на ранних этапах. Он надеялся, что каждый персонаж в городе марионеток будет реалистичным, цельным и уместным.
К счастью, лишь немногим людям в городе нужно было глубокое понимание соответствующих специальных знаний. Большинство жителей были полуграмотны или неграмотны совершенно. Они полагались в жизни на опыт, полученный через повторение нехитрых телодвижений. Для этих персонажей Клейну нужно было усвоить относительно малые знания, совсем как рабочим, которые проходят лишь простое обучение, или даже вовсе не обучаются, перед отправкой на линию сборки.
Прошло неведомо сколько времени, и Клейн отложил перо, потëр виски и издал долгий вздох облегчения.
Он, наконец, записал сведения о жителях городка марионеток, числом около пяти тысяч, и его подготовка по соответствующим знаниям была почти завершена.
–
Это как сверх-полномасштабный фильм, который ставит режиссёр, а я – сценарист этого фильма. Тут же и осветитель, и визажист, и все актёры... Ради этого ритуала мне действительно придётся очутиться на грани потери контроля. Если не буду осторожным, моя личность расщепится, и я свалюсь в пропасть безумия... По счастью, у меня есть профессиональный психолог...
Да, мне надо обратить внимание на одну нестыковку в делах городка. Пускай я джентльмен с хорошими манерами, но у большинства жителей городка низкий социально-экономический статус. Что в речи, что в действиях, они склонны быть грубее... Я не могу допустить ошибки во время актёрской игры и дать своим психологическим барьерам препятствовать ей...
– Тихо вздыхал Клейн, а аватары вокруг него тем временем рассыпались на Червей Духа, и затем он велел им зарыться ему в тело.
Разумеется, это было не всё. Был и ещё один “Клейн”, который сохранял прежнее состояние, готовясь быть на страже в Замке Сефирот.
В следующую секунду Клейн уже вернулся в реальный мир и достал из Исторической Бездны Всепожирающий Глад.
Затем “Телепортировался” на остров, находящийся в Море Берсерков, но явно поодаль от безопасного морского пути.
То была “сцена”, выбранная Клейном заранее.
Это место было круглый год отгорожено от штормов. На нём не было признаков человеческой деятельности, только огромный лес и живущие в нём животные.
Клейн огляделся и выбрал пятачок открытого пространства. Прижал правую руку к левой стороне груди и искренне помолился:
– Я желаю, чтобы здесь был город, что вмещал бы пять тысяч человек.
Как только произнёс, щёлкнул пальцами.
И вдруг открытый пятачок стало невероятно плоским. И окружающий лес сильно “отступал”, давая огромные запасы древесины, камня и почвы.
И почти тут же из земли выросли здания, они сами выстраивались из камня и дерева. Высотой они не превышали четырёх этажей. Архитектурный стиль же был близок к стилю лоэнского Залива Деси.
В какое-то мгновение ока образовались жилые постройки, библиотека, полицейский участок, телеграфная контора, здание городского управления, небольшая больница, кондитерская фабрика, водокачка, газовая компания, станция паровых локомотивов, параллельные железнодорожные пути и загородные плантации. И улицы заодно вымостились цементом или каменной плиткой.
Под конец на площади посреди города горделиво встал, поднявшись из земли, остроконечный собор.
То был собор, посвящённый Богине Вечной Ночи, что соответствовало фоновой планировке города.
– Надеюсь, что на этом острове будет глубоководная гавань, – Клейн не останавливался, загадал второе желание.
Пам!
Снова щёлкнул пальцами, исполняя своё желание.
На расстоянии около трёх километров от городка быстро образовалась небольших размеров гавань. В ней было две пристани, пять складов, портовая гостиница, простой ресторанчик, отделение полиции, таверна, маяк и морская база…
– Желаю, чтобы между гаванью и городком было удобное сообщение, – загадал Клейн третье желание.
Поднял правую руку и щёлкнул пальцами.
Вмиг пролегли между городком и гаванью бетонная дорога и товарные пути.
По плану Клейна часть гавани была отведена для прибывающих морем. Городок был предназначен в основном для приезжих с Северного и Южного континентов.
Любуясь на пустой город, Клейн придержал шляпу и “Телепортировался” на городскую площадь. Не торопясь подошёл к собору, посвящëнному Святой Арианне.
Дверь собора была открыта, внутри было темно.
Прошло неизвестно сколько времени, и у двери появились три фигуры: тридцатилетний джентльмен в строгом костюме и галстуке, обычного, скромного и деликатного вида женщина и ребёнок, одетый как взрослый.
Женщина с трудом сделала несколько шагов, потом выпрямила шею. Затем улыбнулась и потянулась к джентльмену, взяла его под руку.
У джентльмена на лице была слабая улыбка. Позволив даме опереться на него, он протянул правую руку и взял за руку мальчика.
Мальчуган прыгал-скакал туда-сюда и на вид был весьма бойкий.
Движения их были поначалу слегка грубоваты, но чем дальше они шагали по площади, тем глаже начинали двигаться.
После того, как прошли эти люди, из Собора Святой Арианны выходил ещё и ещё народ. Среди которого были полицейские, рабочие-ремонтники, сотрудники газовых компаний, шеф-повара ресторанов, убелëнные сединами старики и фермеры в простой одежде...
В следующий час люди выходили из собора Вечной Ночи без конца. Они либо поворачивали на ту или другую улицу, шли в ту или иную сторону, входили в разные дома, либо останавливались на площади, либо любовались видами, где ещё не было голубей.
При этом количество выходящих из собора людей превысило его вместительность, но, казалось, конца людскому потоку нет, словно недра собора сообщались с каким-то другим городом.
Прошло ещё пятнадцать минут, и у входа в Собор Святой Арианны, наконец, воцарилась тишина. Но вылезали ещё наружу крысы, тараканы, ночные бабочки, муравьи, мухи и комары.
И, в конце концов, открылось разноцветное окно в самой вершине собора. Оттуда вылетели белые голуби и опустились посреди площади.
Люди, что оставались там, окончательно ожили. Кто-то дразнил голубей, кто-то искал уличных торговцев, некоторые играли на семиструнных гитарах, а другие, улыбаясь, беседовали с друзьями.
Человек в цилиндре и кителе, с тростью в руке, покинул городскую площадь. Пришёл в другой конец городка и встал перед деревянной доской.
Достал письменные принадлежности и написал имя городка на доске:
“Ихарнам”.
Подумав немного, человек “стëр” название “Ихарнам” и написал другое:
“Утопия”.
…
Бэклэнд, в роскошном поместье семейства Холлов.
– Альфред уже сел на круизный корабль и плывёт обратно на Северный континент? – не скрывала удивления Одри.
Был сентябрь тысяча триста пятьдесят второго года.
В последние полгода Одри не так уж усердно заставляла отца отказаться от мысли возвратиться в Восточный Честер до середины года. Ведь поджимала насущная необходимость перестраивать города Бэклэнд и Констант. На политической арене королевства тоже нужно было восстанавливать равновесие заново. У графа Холла было множество дел, с которыми он должен был разобраться, и не было настроения отправляться отдыхать.
Посему всякий раз, когда граф Холл попадал в затруднительное положение, Одри нужно было лишь проявить инициативу и сказать, что желает остаться в Бэклэнде, а в Графство Восточный Честер вернуться в течение следующих шести месяцев, чтобы заставить события развиваться так, как она хочет, и получать за это похвалу.
Что же до Психологических Алхимиков, и те её не торопили. До сего момента встреча их совета была проведена трижды. В основном затем, чтобы участники сообщили результаты своих исследований и различные сведения о территориях под их юрисдикцией. Только мадам Алчность дважды попросила наводок на дракона ума.
Говоря откровенно, если бы мистер Шут не напомнил Одри обращать внимание на кролика, мистера Гнева, и незапоминающегося председателя, ей бы совещание определённо показалось бы интересным. Мистер Кролик был полон идей, но Одри оставалась бдительной, как всегда.
– Да, лайнер уже вышел из гавани, – с улыбкой кивнул граф Холл.
– Когда Альфред приедет в Бэклэнд и закончит необходимые встречи и беседы в обществе, мы вернёмся в Восточный Честер поохотиться на лис.
Осень была лучшим временем для охоты на лис.
Одри лаконично поддакнула.
– Ладно.
...
Альфред, как генерал-майор армии, за морским флотом в Залив Деси не последовал. А взял с собой адъютантов и сквайров и сел на гибридный парусник с паровым двигателем, что держал курс на гавань Притц.
Плыли почти два дня, и тут столкнулись со штормом в Море Берсерков.
Сквозь сильную тряску на корабле матросы увидели с наблюдательного пункта в свои телескопы какой-то огонёк.
Это светил маяк.
___
Примечание автора:
Я прописал в деталях три плана в предыдущей главе, поскольку мне ощущалось, что третий план создаёт самое сильное впечатление, но Клейну с его характером такое невозможно предпринять, так что, к сожалению, мне пришлось от этого отказаться. Я особо выписал это для всех вас, чтобы вы имели представление, каков же самый причудливый и таинственный метод.