Глава 1309 - Дополнительные уроки
Обойдя первобытный остров по кругу трижды, Рассвет, наконец, держал путь вдаль, застилаемую штормами годы напролёт.
Бернадетт медленно отвела взор и остановила его неподвижно на Диадеме Мудреца, которая так и висела в воздухе.
Бернадетт, Ясновидящая, ясно видела возможность продвинуться вперёд. Знала, что полностью провела соответствующий ритуал, не дав случиться бедствию, в котором замешана была бы сила высшего порядка.
Но заплатила она за это тем, что лично запечатала своего отца, родного отца, по которому тосковала и которого искала более ста лет.
– Какая ирония... – Тихонько вздыхала Бернадетт, глядя на вертикальный глаз, инкрустированный бриллиантами.
У неё было два больших желания на время после отъезда из Интиса. Первое – расследовать правду, скрывающуюся во всём этом деле, и узнать, не поняла ли отца неправильно. Второе – пойти по стопам отца и посмотреть, не выпадет ли возможность вернуть его к жизни.
Своё первое желание Бернадетт уже исполнила. Правда была в том, что она действительно неправильно понимала своего отца. Это притушило её боль и противоречивые чувства. Её ненависть к отцу совершенно развеялась, но зато добавилось вины.
С этой-то виной и постоянной тоской по отцу Бернадетт изо всех сил старалась исполнить второе желание, но исход последовал не из приятных.
Если бы с самого начала не было никакой надежды, Бернадетт бы, наверное, не отреагировала сейчас так бурно всей душой. Однако же дочь ясно увидела свет, увидела отца, но у неё не было выбора, кроме как собственноручно отправить его почить вечным сном.
Прошло тихое мгновение, и глаза Бернадетт, слегка расфокусированные, снова стали ясными.
Она больше не колебалась, больше не винила себя. Больше не испытывала всевозможных отрицательных эмоций. Она твëрдо-решительно подняла правую руку и вывела в бездонной пустоте древние слова, мерцающие лучами звёздного сияния. Вызвала существо из духовного мира – получеловека-полуветер и забрала у него обратно вспомогательные составляющие зелья Мудреца.
Что же касалось остального, поскольку всем этим вещам не требовалось какое-то особое хранение, они находились в комнате для коллекций на Рассвете.
Вскоре Бернадетт с помощью Бледной Смерти разбила на мелкие осколки Диадему Мудреца. И сварила зелье, которое позволяло ей продвинуться на Последовательность 2.
Глядя на бурлящее пузырьками зелье Мудреца, где в каждом пузырьке было по прозрачному оку, Бернадетт снова, не дрогнув, подняла правую руку и поднесла стеклянную бутылочку ко рту.
Королева Тайн знала, что в этот миг ей нужны не печаль и не банальная сентиментальность, но решимость и воля с усилием проталкиваться вперёд. Ибо если она хотела помочь своему отцу, Императору Расселу, всецело вернуться к жизни, то нуждалась в более высокой Последовательности и более мощной силе.
Потому она готова была похоронить боль в глубочайшей глубине души и не давать ей подействовать на состояние ума. Лишь тогда, когда вокруг не было никого, ночью, Бернадетт могла снова дать боли подняться на поверхность и вкусить её в одиночестве.
Когда зелье Мудреца влилось в рот Бернадетт, её тело заметными темпами становилось прозрачнее.
Она расщепилась на густые, сложные знания, обращаясь в сущность, представляющую собой течение информации.
Весь Рассвет целиком, а с ним окружающие ветра, шторма, молнии, морская вода и волны на ней – всё оторвалось от реальности. Словно оказалось разложено, возвращено в самые основополагающие блоки информации.
Для большинства Потусторонних Последовательности 3 пути Жреца Тайн такое состояние было крайне опасно. Если Потустороннему недоставало силы воли, не хватало удачливости и подготовки, то знание, в которое он обратился, за секунды пропитала бы всевозможная информация. Человека бы смыло, растворило и уподобило этой информации, смешав с ней, и таким образом он быстро лишился бы собственного сознания. Он не смог бы заново собрать своё тело, превратился бы в весьма странного монстра, с которым в мистицизме трудно иметь дело.
Демон Знания!
Известен он был также и как Информационное Создание.
Бернадетт довелось прежде полагаться на Диадему Мудреца и обращаться в потоки информации по нескольким поводам. Хоть это состояние и ограничивалось двумя-тремя секундами, дольше не длилось, но всё же это можно было считать опытом. Теперь, в эти мгновения, Королева Тайн изо всех сил старалась сохранить своё сознание и установить связь с информацией, производимой в духовном мире предотвращением масштабного бедствия.
Информация несла на себе явный индивидуальный отпечаток Бернадетт и вовлекала в себя силу очень высокого уровня. Информация была исключительно “плотна”, и её не могла за какие-то краткие периоды рассеять другая информация. Это помогло Бернадетт укрепить сознание и понемногу собрать рассеивающееся течение информации вокруг тела.
При этом Клейн, находящийся над серым туманом, постучал по краю длинного крапчатого стола при помощи молитвенного огонька. Применил способность Призывателя Чудес менять до какой-то степени возможность развития некоторых событий и наделил Бернадетт некоторой толикой удачи.
Шло своим чередом время. Несколько раз Бернадетт колебалась на грани потери сознания, но, в конце концов, сумела поймать волну и на ней преодолеть всё это. Собрала всю информацию, что принадлежала ей, и начала воссоздавать своё тело.
И тут Бернадетт постепенно почувствовала заботу и беспокойство Адмирала Звёзд Каттлеи о ней. Почувствовала, как члены Стихийного Рассвета и её экипажа творят свои ежедневные молитвы.
Это ещё лучше стабилизировало её состояние, позволив ей сопротивляться древней воле, которая понемногу разрасталась в её теле.
И в эти мгновения из ниоткуда явилась вереница тайных сведений. Ухватив удобную возможность, когда Бернадетт перестраивала своё тело, эта информация попыталась слиться с ней.
То были помехи от Скрытого Мудреца!
Как воплощение знаний и сведений этого мира, как сущность псевдо-Последовательности 0 пути Жреца Тайн, Скрытый Мудрец имел некоторое влияние на Потусторонних более низших Последовательностей, чем “Он”.
Не давая Бернадетт шанса воспользоваться бледно-белесой маской, “завеса”, которой был обëрнут Клейн, тихонько приподнялась.
Время-пространство вокруг Бернадетт исказилось, полностью отгородив её от внешнего мира. Даже информация не могла взаимозаменяться.
Ухватив это внезапное мгновение покоя, Бернадетт полностью перестроила своё тело и на собственных якорях удержала равновесие против той ужасающей воли, что восставала в нём.
В это мгновение Бернадетт по-настоящему стала “Ею”, ангелом Последовательности 2 пути Жреца Тайн, важной фигурой в таинственном мире, которую можно было величать тайной сущностью.
Сразу вслед за этим она увидела, как искажённое пространство вокруг неё возвращается к нормальному состоянию. Увидела, как в её сторону хлынула вереница тайных сведений.
Бернадетт вытянула правую руку и с лёгкостью ухватила эти сведения, извлекая содержащуюся в них полезную информацию.
Едва Бернадетт собралась возвращаться из духовного мира в реальность, и тут перед её глазами разгорелся оранжевый свет.
Свет мигом сгустился в пухлого старца с короткой бело-седой бородкой.
Старец улыбнулся и сказал:
– Мадам, я Оранжевое Сияние Иларион.
–
Оранжевое Сияние...
– Бернадетт была озадачена. Она не понимала, почему Иларион вдруг перед ней появился, они не особенно много общались прежде.
Как руководитель Стихийного Рассвета и бывший Тайновед, она довольно хорошо знакома была с Семью Сияниями духовного мира. Даже знала, как молиться Семи Сияниям, а заодно знала и ритуал, требующийся для получения нужного совета. Знала, что семь блистательных лучезарных сияний были символом духовного мира и содержали в себе бесконечные знания из разных областей. Сияния были определённо на ангельском уровне.
– Одна великая сущность желает сообщить вам знания, касающиеся Великих Древних, Внешних Божеств и Космического Пространства, дабы вы более или менее точно постигли состояние этого мира и соответствующую порчу.
– Что за сущность? – спросила Бернадетт в недоумении и с опаской.
Она смутно догадывалась, какой будет ответ, но всё же ей это представлялось совсем невероятным. Ведь как-никак Семь Сияний были тоже важными фигурами в таинственном мире. Даже если истинному Богу Последовательности 0 нелегко было заставить их выполнять “Его” поручения.
Оранжевое Сияние Иларион усмехнулся и отвечал:
– Великий правитель над духовным миром.
Великий правитель над духовным миром...
– Повторила про себя Бернадетт почётный титул, и мысли её стали носиться туда-сюда.
Иларион взглянул на неё и улыбнулся.
– Есть у “Него” и другое именование – Мистер Шут.
…
Где-то в море Будущее держало курс по безопасному маршруту.
Каттлея внезапно вскочила, пробудившись от своего сновидения, её лоб покрывал холодный пот.
Во сне она только что увидела Королеву, лежащую на земле, всю в крови. Грудь Королевы была разорвана, и оттуда выползал монстр-младенец.
Как Тайновед, что продвинулся с помощью капли крови Змея Судьбы, Каттлея была уверена, что этот сон ей приснился не без причины. Это было явно дурное предзнаменование.
И явно не из приятных был этот сон.
Каттлее было неспокойно, она поднялась, надела свою накидку. Пыталась помолиться мистеру Шуту в надежде, что эта могущественная сущность даст ей какие-то наводки или защитит Королеву.
Вскоре перед глазами Каттлеи появилась сцена.
Королева Тайн Бернадетт выходила из духовного мира и возвращалась на Рассвет, затем постепенно давая кораблю удалиться от безымянного острова.
Каттлея тут же вздохнула с облегчением и искренне поблагодарила мистера Шута.
Закончив молитву, радостная Каттлея открыла окно своей капитанской каюты и сделала при этом так, что звёздный свет сгустился в длинный мост, доходящий до палубы.
Надела свои очки с толстыми стëклами и зашагала по этому сверкающему звëздному мосту к палубе, где продолжила свою неторопливую прогулку в тихой ночи.
Придя к носу корабля, Каттлея увидела, как Фрэнк Ли возится с бутылями и пузырьками.
– Что ты делаешь? – Каттлея невольно нахмурилась.
Фрэнк поднял взгляд и сказал с лучащейся улыбкой:
– Мои идеи наткнулись на препятствия и проволочки, потому сейчас пока я совсем не могу двигаться дальше. Я попросил Нину, чтобы достала мне почвы со дна моря для изучения в ней микробов.
Проговорив это, Фрэнк продолжал с предвкушением во взгляде:
– Когда у меня в следующий раз будет отпуск, я бы хотел отправиться в глубины Северного моря или к полюсам, где весь мир – лëд, да снег. Есть вероятность, что там под толстым слоем льда таится множество древних микроорганизмов времëн Четвёртой эпохи, Третьей, а то и Второй, и Первой. Вот это меня озолотит.
– Не будет у тебя пока никаких отпусков...
– Сказала про себя Каттлея.
Клейн наколдовал ящичек и положил в него четыре Карты Ереси. Запечатав их, незамедлительно вернулся в реальный мир и отправился прямиком в ближайший собор Вечной Ночи.
Намерен был сообщить Богине Вечной Ночи в форме молитвы о потаëнных опасностях Карты Ереси, напомнив “Ей” обратить внимание на таковые проблемы. Клейну не хотелось, чтобы Мать-Земля Лилит раздобыла карту Матери или карту Луны.