Глава 146 Что там у ваших сыновей
Две недели спустя — город Джура
— Отец! — Радостный крик эхом разнесся по дворцу Робина. Цезарь, прибавив шагу, бросился к нему и сжал в крепких объятиях.
С их последней встречи прошло чуть меньше трех лет.
— Ха-ха, с возвращением, паршивец! Ого, бороду отрастил? Тебе идет... — Робин не сразу нашелся, что сказать в такой момент, и поспешил сменить тему.
Выпустив отца из объятий, Цезарь коснулся бороды: — Ты правда так считаешь? Сначала я решил ее оставить, чтобы скрыть остатки детских черт, а потом просто руки не доходили подровнять... О, я смотрю, ты тоже окончательно возмужал, поздравляю! Ха-ха-ха!
С тех пор как их тела были перестроены, минуло шесть лет, и теперь им обоим на вид было по восемнадцать.
Оба стали выше и привлекательнее, чем в прежних обличьях, хотя Цезарь и обогнал отца в росте...
Их рост почти замедлился, а детская припухлость и мягкость черт практически исчезли. Еще года два или три, и физическое развитие завершится — тогда их облик застынет на долгие годы, прежде чем старость вновь начнет брать свое... если, конечно, они вообще дадут своим телам шанс состариться.
Процесс старения замедлится, подстраиваясь под их уровень силы. И если они будут становиться сильнее быстрее, чем их тела продолжат стареть, то этот облик сохранится на века.
— Да, борода тебе к лицу, не вздумай сбривать... Эй вы двое, чего там в тени застряли? А ну, идите сюда! — Робин направился к Тео и Пиону, которые после прибытия скромно стояли поодаль.
— Приветствуем нашего господина, — Пион и Тео поклонились, завидев приближающегося Робина.
— Господин? Какой еще господин, идиоты? Разве я не говорил, что теперь вы мои дети? — Робин не замедлил шага и так же крепко обнял обоих юношей. — С возвращением!
Парни переглянулись, улыбнулись и кивнули Робину. Пион ответил за двоих: — Спасибо, отец...
Когда они уходили на войну с мятежниками, Робин был еще подростком, но теперь он сравнялся ростом с Тео и даже стал чуть выше Пиона. По крайней мере, теперь обращение «отец» не резало слух случайным свидетелям.
Затем Пион подошел и обнял четырнадцатилетнюю Зару. Юная леди стояла в стороне, улыбаясь сквозь слезы, и они принялись наперебой расспрашивать друг друга о том, как прошли эти годы.
Даже Робин на несколько минут увлекся беседой с Билли, пока...
Краем глаза Робин заметил юношу, стоявшего далеко позади. Тот не сводил с него сияющих глаз, словно взирал на божество.
Робин оборвал фразу на полуслове и, указав пальцем на юношу, выкрикнул: — Чт... Что ТЫ здесь делаешь?!
— Я?.. Старший брат Цезарь сказал, что я могу поехать с ними, если захочу... — ответил Альфред, виновато опустив голову.
— Твой старший кто?! Да что это такое? Почему ты весь в ранах? Ты даже использовал несколько талисманов жизненной силы, чтобы просто держаться в такой форме! Кто это с тобой сделал? — Робин видел состояние принца своими глазами истины, и от этого зрелища его едва не хватил удар.
— Ну... недавно у нас была крупная стычка с рыцарями, так что... — принц смущенно почесал затылок.
— ЦЕЗАРЬ, какого дьявола здесь происходит? Почему ты таскаешь за собой Его Высочество Маленького Принца? Он должен был закончить обучение месяц назад и вернуться в столицу! Почему он до сих пор здесь?! — Робин в два нервных шага подлетел к Цезарю и схватил его за ухо.
— Я не виноват! Сначала он вел себя заносчиво и требовал, чтобы я поскорее закончил его обучение и отпустил восвояси. Но как только он понял, что вот-вот постигнет великий закон огня, его как подменили. Приклеился ко мне намертво, шагу ступить не давал, все «старший брат» да «старший брат»...
А когда он узнал, что этот закон — совершенный великий закон, который превосходит всё, что есть в Империи Пламени, и что у Тео с Пионом тоже есть техники совершенных великих небесных законов, он два дня проплакал у себя в комнате. А потом стал умолять разрешить ему остаться с нами. С тех пор он ел, пил, тренировался и даже сражался с нашими врагами плечом к плечу, и—
— В... В... В... В... — Мила широко распахнула глаза и начала заикаться, пытаясь что-то сказать, но слова застревали в горле.
— ...Отец, кажется, твоя невеста сломалась... Я сказал что-то лишнее? — спросил Цезарь, глядя на ее реакцию.
— Тьфу, оставь ее, скоро придет в себя. — Робин не боялся, что Мила услышит лишнее: как и Альфред, она принесла клятву хранить его секреты, прежде чем начать обучение искусству рун у Зары.
К тому же, как его будущей жене, ей пора было узнавать такие вещи.
Он продолжил, все еще не выпуская уха Цезаря: — То есть ты хочешь сказать, что втянул Маленького Принца в войну с мятежниками и подверг его жизнь опасности? Посмотри на это милое королевское личико, разве оно должно быть в опасности? Оно же всё в шрамах! Ты хочешь, чтобы его брат и дядя меня прикончили? Так ты благодаришь меня за то, что я тебя кормил и задницу тебе вытирал, когда ты был младенцем?!
— У меня тоже лицо в шрамах, а у Тео до сих пор дыра в груди не затянулась, но ты только что хвалил мою крутую бороду! — угрюмо пробурчал Цезарь, глядя в пол.
— Молчать! Вы — мои генералы, мои руки и ноги, это ваша работа. Если я однажды увижу, что на вас нет ни единой царапины, я сам вам их наставлю! — Робин сжал ухо Цезаря еще сильнее.
— Простите, что рассердил вас... Ваше Превосходительство... Я объяснил старшему брату Уильяму, что сам попросил остаться, потому что здесь лучшие условия для тренировок. Пожалуйста, не разлучайте меня со старшим братом Цезарем, я многому учусь, следуя за этими тремя великими воинами... — взмолился Альфред.
После этих слов все посмотрели на него с недоумением, но Цезарь расхохотался и взглянул на Робина: — Ха-ха-ха, видишь? На турнире Восьми Королевств этот парень вел себя как истинный монарх и бесстрашно противостоял святым, пока Пион был в плену. Он месяцами сражался с нами, по локоть в крови сотен врагов... но превращается в ласкового котенка, стоит только упомянуть твое имя.
Робин долго смотрел на Альфреда, затем перевел взгляд на Милу, которая все еще не оправилась от шока...
Оба они и раньше знали, что он создатель системы талисманов, но тогда они и глазом не моргнули.
Поначалу они лишь думали о том, как извлечь из него побольше выгоды.
Но теперь, услышав о техниках совершенных великих небесных законов, они были потрясены до глубины души, хотя и знали, что он гений-исследователь.
Такого не должно было случиться, особенно с Милой, которая уже изучала руны и могла создать большинство из них!
Он не говорил ей об этом раньше не из желания что-то скрыть, а просто потому, что не видел нужды...
Только сейчас он понял... Насколько сильно он недооценивал значение великих небесных законов.
Наконец он отпустил ухо Цезаря, потер лоб и обратился к Альфреду: — Ладно. Раз ты сам этого хочешь, а твоя семья знает, что это твой выбор и я не отвечаю за твою безопасность, можешь оставаться с ними...
Если подумать, у меня для тебя сегодня может найтись поручение... Давайте, присаживайтесь, все вы. Нам нужно обсудить несколько важных перемен!
— Есть! — На лице Альфреда расплылась широкая улыбка, когда он понял, что его пригласили на это собрание.
Все подошли и заняли свои места. Зара усадила рядом с собой даже отрешенную Милу. Робин продолжил: — Скоро прибудет Патриарх, и когда он будет здесь, мы начнем разговор, а пока... Билли, садись, чего ты стоишь?
— В... В... Великие небесные законы... Цезарь сказал, что у всех твоих троих сыновей... техники совершенных... великих небесных законов... — пробормотал Билли и, закатив глаза, рухнул в обморок.