Глава 180. Свалить вину на другого и остаться безнаказаннымʔ
– Ублюдок! И ты смеешь говорить, что сделал это ради сестры? Отравил её, подсунул этот гнусный дурман страсти – и всё ради неё? Она же твоя родная кровь! Неужели тебе совсем не дорога её честь?
От того, как легко Сяо Цзин во всём сознался, лицо Сяо Юаньу потемнело. Сверкнув глазами, он гневно отчитал сына.
– Яд?
– Дурман страсти?
– Отец-император, о чём вы? Какая отрава, какой дурман? Ваш сын ничего не знает! Сестру отравили? Что ещё за дурман?
Но стоило всем решить, что Сяо Цзин признал вину, как на его лице проступило неподдельное изумление. Он потрясённо уставился на Сяо Юаньу и растерянно заверил, что ничего об этом не знает.
При этих словах Сяо Цзина все опешили. Цинь Янь слегка прищурился. Он так и знал, что этот интриган не станет так просто во всём сознаваться. Так вот оно что.
Судя по всему, он готов был признать лишь сговор с Сяо Ваньюй, а вот вину за отраву явно собирался свалить на Чжоу Хуая.
Этого Цинь Янь и опасался больше всего. Если речь шла лишь о сговоре с принцессой, то дело было не таким уж и серьёзным. К тому же они задумали это вместе, а значит, наказывать следовало и Сяо Ваньюй. Поэтому Сяо Юаньу наверняка не стал бы применять суровых мер.
Но отрава – совсем другое дело. Если вину Сяо Цзина докажут, у него будут серьёзные неприятности, и простым наказанием он уже не отделается.
Сяо Цзин, очевидно, понимал всю серьёзность ситуации, а потому и не думал признаваться. Этот парень решил всё отрицать.
– Не знаешь?
– Ты же сам признался, а теперь отпираешься? – Сяо Юаньу уже не знал, что и думать об этом непутёвом сыне. Глядя на Сяо Цзина, он криво усмехнулся.
– Отец-император, ваш сын действительно сговорился с сестрой, но я лишь обещал помочь ей устроить встречу с почётным герцогом Цзинем. Обо всём остальном ваш сын ничего не знает! Какая отрава, какой дурман страсти, я правда ничего не знаю! Что вообще произошло?
Сяо Цзин по-прежнему выглядел беспомощным и потерянным. Он с невинным видом смотрел на Сяо Юаньу. По его выражению лица девяносто девять из ста человек поверили бы в его невиновность.
"Чёрт побери, вот же актёр. Не зря говорят, что у борцов за трон чернее сажи и душа, и помыслы", – мысленно выругался Цинь Янь.
Теперь все поняли, что задумал Сяо Цзин. Этот хитрец решил свалить вину за отраву на Чжоу Хуая, сделав его козлом отпущения.
– Господин Чжоу, что всё это значит? Я просил вас лишь устроить встречу почётного герцога Цзиня с принцессой Чаннин. При чём здесь отрава?! – Сяо Цзин и сам перешёл в наступление, гневно уставившись на Чжоу Хуая.
Услышав его вопрос, Чжоу Хуай поднял голову. Их взгляды встретились. Они обменялись быстрыми, едва заметными знаками, и Чжоу Хуай мгновенно понял, чего от него хотят: он должен был взять всю вину на себя.
Чжоу Хуай понимал: если хочет выжить, придётся подчиниться. Не признается сейчас – всё равно не избежит смерти. Сяо Цзин – правитель Чжао, и даже если он сознается, Сяо Юаньу вряд ли его казнит. В итоге вся ответственность ляжет на него, Чжоу Хуая, и тогда ему точно несдобровать.
Раз уж смерть так или иначе вероятна, лучше уж взять всё на себя. Так, по крайней мере, Сяо Цзин останется в безопасности, а у него самого появится хоть какой-то шанс на спасение.
– Ваше Величество, пощадите! Пощадите! Во всём виноват ваш старый слуга, это я всё по глупости своей натворил! Это я по собственной инициативе подсыпал яд принцессе Чаннин и почётному герцогу Цзиню!
– В тот день правитель Чжао нашёл меня и попросил пригласить почётного герцога, создав им с принцессой возможность побыть наедине. От него же я узнал, что принцесса Чаннин всё ещё не может забыть почётного герцога Цзиня и хочет с ним воссоединиться.
– И тут ваш старый слуга, поддавшись искушению и помутнению рассудка, решил, что это отличный шанс заслужить расположение его высочества. Мне в голову пришла мысль поставить их перед свершившимся фактом, а потому я и подсыпал яд принцессе Чаннин и почётному герцогу Цзиню.
– Я думал, что если они на глазах у всех в Министерстве ритуалов совершат… это, то ради сохранения чести им придётся снова быть вместе.
– Ваше Величество, это было лишь минутное помутнение! Я не хотел причинить вреда принцессе и почётному герцогу. Прошу Ваше Величество, примите во внимание мою многолетнюю усердную службу и то, что я лишь хотел исполнить заветное желание принцессы Чаннин. Сжальтесь и сохраните мне жизнь!
Чжоу Хуай был решителен. Приняв решение, он тут же громко взмолился, взваливая всю ответственность на свои плечи.
Надо сказать, его слова звучали вполне логично, и многим показалось, что так оно и было.
– Господин Чжоу, вы… вы… как вы могли? Вы же подставляете меня!
– Отец-император, ваш сын и подумать не мог, что господин Чжоу отравит сестру! Ваш сын действительно ничего не знал, прошу отца-императора разобраться.
Сяо Цзин с облегчением выдохнул. Он боялся, что Чжоу Хуай его предаст, но, к счастью, тот оказался достаточно умён, чтобы понять ситуацию и сделать правильный выбор. Теперь, когда Чжоу Хуай взял вину на себя, его собственное преступление стало гораздо менее значительным.
– Ваше Величество, это действительно была моя самодеятельность. Дело с отравой не имеет к его высочеству никакого отношения. Я готов один понести всю ответственность, прошу Ваше Величество о справедливости.
Даже в такой момент Чжоу Хуай не забыл добавить ещё пару слов, чтобы получше обелить Сяо Цзина.
Он поступил так от безысходности, надеясь лишь, что Сяо Цзин сможет в итоге его вытащить. Пусть даже сошлют – лишь бы остаться в живых. Если однажды Сяо Цзин взойдёт на престол, у него ещё будет шанс вернуться.
– Господин Чжоу, вы хорошо подумали? Вы понимаете, какими будут последствия, если вы возьмёте всё на себя? Вы действительно этого хотите? – нахмурившись, спросила Сяо Чо.
Поступок Чжоу Хуая действительно создал трудности. Главное, что теперь к Сяо Цзину было не подкопаться. Поэтому Сяо Чо не хотела так просто отпускать его и решила надавить.
– Тётушка, что вы имеете в виду? Господин Чжоу уже во всём признался. Неужели вы хотите, чтобы он оговорил невиновного?