Глава 387 «Эта черепаха действительно не знает благодарности»
— Сестра Хэ… Кажется, брат Сюнь снова стал сильнее. — Сяочи робко подбежал к Малому Журавлю, и его величественная морда вмиг стала подлой. — Лучше просто признайся во всём.
Большой Чёрный Бык рядом тоже советовал во всём повиниться, обещая, что не даст Чэнь Сюню распускать руки.
Малый Журавль понурила голову. Большой Чёрный Бык подтолкнул её к себе на спину, и она с обреченным видом полетела к берегу.
Она чувствовала во всём теле слабость, её черное платье больше не развевалось на ветру, а ладони взмокли от пота.
Сяочи втайне сглотнул слюну, лихорадочно соображая, как оправдаться перед братом Сюнем. Это ведь он первым обеими лапами проголосовал за посадку цветов и лично притащил половину рассады из Древнего Леса.
На берегу бушевали бурные волны.
Чэнь Сюнь сидел на стуле, скрестив руки, и пронзительно смотрел на Малого Журавля.
Позади него возвышались горы мусора, да и рядом валялось несколько куч, но никто не обращал на это внимания – они уже давно привыкли к подобной обстановке.
Сяочи заискивающе улыбался, его губы то и дело подергивались. В животе у него теснились тысячи слов, но стоило ему увидеть выражение лица брата Сюня, как он не смог вымолвить ни звука.
Бросив на Малого Журавля взгляд, полный сочувствия, он незаметно присел рядом с Чэнь Сюнем.
— Му-у-у!
— Симен Хэйню, замолчи.
— Му!
Большой Чёрный Бык шумно выдохнул и тут же затих, не смея перечить Чэнь Сюню в такой момент. Нужно было соблюдать приличия. Он тоже уселся рядом с другом, не сводя глаз с Малого Журавля.
Та обхватила голову руками, в её глазах заблестели слезинки, а нижняя губа была плотно прикушена.
— Наньгун Хэлин.
— Старший брат…
— А ну-ка покажи мне свои записи с размышлениями о прочитанном.
— Старший брат… У меня руки на голове… Я не могу… достать их.
— Используй магическую силу!
— У-у… Хорошо, только не ругайся.
От внезапного окрика Чэнь Сюня девочка вздрогнула и всхлипнула:
— Сейчас достану.
В тот же миг из её тела показался нежный росток. У пространственного кольца возникла стопка маленьких тетрадей, которые гибкий побег бережно передал в руки Чэнь Сюню.
Тот прищурился и принялся перелистывать записи. Почерк был куда изящнее его собственного – буквы ложились на бумагу, словно взлетающие фениксы. В его глазах промелькнуло довольство.
— Хе-хе, брат Сюнь, видишь, сестра Хэ все эти годы очень прилежно училась…
— Бэймин Хунши, ты тоже помалкивай. С тобой я разберусь позже. В цветочном поле ведь и твоя доля есть?
— А?!
Грива Сяочи встала дыбом, а морда снова сморщилась. «Невинная рыбка попала под раздачу!»
Чэнь Сюнь покосился на него и холодно хмыкнул:
— Наньгун Хэлин, я не против твоего цветочного поля, но скрывать подобные вещи от меня не стоило.
— А? Старший брат, так ты согласен?! — Малый Журавль просияла и невольно опустила руки.
— Руки на голову!
— Ой… — пробормотала она и снова прижала ладони к затылку с обиженным видом. Перед старшим братом вся её былая важность улетучилась, оставалось только покорно выслушивать нагоняй.
Большой Чёрный Бык повернулся к Чэнь Сюню, заступаясь за неё:
— Му-му-у!
— Старый Бык, не балуй её. Будь Малый Журавль мальчишкой, я бы уже давно приложил руку, и парой фраз дело бы не кончилось.
Лицо Чэнь Сюня оставалось суровым, он вдумчиво читал записи, даже не прибегая к божественному сознанию.
— Она не такая, как мы. Если продолжать так её баловать, это ей только навредит.
Большой Чёрный Бык тихо промычал и перестал вмешиваться. Чэнь Сюнь не хотел, чтобы третья сестра росла такой же дикаркой, как они, и не хотел, чтобы она вечно копалась в мусоре – эту работу они возьмут на себя.
Сяочи сглотнул слюну; он тоже считал, что сестре Хэ не стоит становиться такой же, как они.
— Малый Журавль, протяни руку.
— У-у-у…
Обида в её глазах была готова перелиться через край. Она вытянула руку, ожидая удара, и даже не посмела защититься магической силой.
Девочка зажмурилась, но удара не последовало. Вместо боли она почувствовала прикосновение цветка. Она резко открыла глаза и ахнула от восторга:
— Какая прелесть!
— Этот цветок мы со вторым братом сорвали на скалах. Захватили его для тебя, на Мусорном Острове таких не встретишь.
Чэнь Сюнь откинулся на спинку стула, в его взгляде всё еще сквозила строгость.
— На игры тебе дается только один час в день. Если узнаю, что тратишь больше времени, пущу твоё поле под духовную траву. Второго раза не будет.
— Хи-хи, спасибо, старший брат! Спасибо, второй брат!
Малый Журавль запрыгала от радости, то и дело восклицая:
— Я поняла! Обещаю, больше не буду лениться, только один час!
— Старый Бык, Сяочи. — Чэнь Сюнь посмотрел на них по очереди и веско произнес:
— Если посмеете снова меня обманывать, я отхожу вас обоих так, что вы на собственной шкуре прочувствуете, что такое мощь культиватора Великого Мира.
— Му?!
— Брат Сюнь!!
Большой Чёрный Бык и Сяочи мигом вскочили, их лапы задрожали. «У него же сила, способная вырывать горы, дух, охватывающий мир! От одной его оплеухи можно копыта отбросить, против него не выстоять!»
Радость на лице Малого Журавля сменилась застывшим выражением. Она опустила голову и спрятала руки за спину. Теперь она точно не посмеет бездельничать, чтобы не подставлять второго брата и четвёртого брата.
— Сяочи.
— Брат Сюнь!
— Иди сюда, дай посмотрю, как твоя культивация.
Тон Чэнь Сюня смягчился, на лице снова появилась улыбка.
— Пока используй для тренировок душегубный камень, поглощающий холодную энергию. О драгоценном лекарстве для закалки тела не беспокойся, достану тебе самое лучшее.
Слыша это, Сяочи подбежал к нему и затараторил:
— Брат Сюнь, когда я достиг Преобразования Духа, в моей голове сама собой всплыла техника культивации наследия! Уверен, достичь Опустошения для меня не составит труда!
— Му-му-у! — Большой Чёрный Бык, казалось, радовался за друга даже больше него самого, шумно выпуская пар из ноздрей.
— Ха-ха, отлично!
Чэнь Сюнь с облегчением выдохнул и крепко хлопнул Сяочи по плечу.
— Когда наберемся сил, мы обязательно найдем дорогу назад. Навестим Клан Байли, Секту Пяти Скандх и всех остальных. На Великие Равнины Небесного Разлома мы тоже непременно вернемся.
Ррр!
Сяочи издал негромкий рык и решительно кивнул. Жизнь на свалке теперь казалась ему спокойной и счастливой, от прежней нетерпеливой навязчивой идеи не осталось и следа. Он тоже заметно вырос над собой.
Чэнь Сюнь тепло улыбнулся, медленно поднялся и посмотрел на Малого Журавля:
— Третья сестра, ну-ка посмотрим, насколько ты выросла.
Та с радостью подскочила к нему, схватилась за край его одежды и даже несколько раз приподнялась на цыпочках:
— Старший брат, я прилично прибавила в росте!
Чэнь Сюнь, нахмурившись, приложил ладонь к её макушке, соизмеряя с собственным ростом. Разницы он почти не заметил.
Он прочертил линию на своей одежде – отныне так он будет отмечать рост Малого Журавля.
— Старший брат, если ты так будешь рисовать, одежда станет некрасивой!
— Ха, подумаешь! Мы со вторым братом одежду из грубой ткани тысячу лет носили, культиваторам до таких мелочей дела нет.
Чэнь Сюнь совершенно не придал этому значения и подмигнул Большому Чёрному Быку:
— Верно ведь, Старый Бык?
— Му-му-у! — Большой Чёрный Бык оскалился в улыбке, помахивая хвостом. Он уже давно привык к тому, что Чэнь Сюнь за своим видом особо не следит.
Сяочи лишь мотнул головой – сам он одежду недолюбливал. Сестра Хэ хотела сшить ему костюм, но он отказался – никак не мог привыкнуть, и до сих пор удивлялся, как это удалось брацу Быку.
Чэнь Сюнь погрузился в раздумья. Вопрос о росте Малого Журавля был вовсе не случайным.
Последние сто лет он и Большой Чёрный Бык тратили Эссенцию Всего Сущего, накопленную за пятьдесят лет, на подпитку её истинного тела.
Это означало, что её истинное тело прибавило как минимум пятьсот тысяч лет к своему возрасту, а вот её человеческий облик изменился ничтожно мало. Она всё еще выглядела маленькой девочкой, даже до подростка не дотягивала.
Древо Журавлиного Духа Инь-Ян Пяти Элементов казалось Чэнь Сюню чем-то запредельным. Чувствовалось, что в нём скрыта какая-то великая тайна, которую даже они, создатели этого древа, не могли подглядеть.
А эта Черепаха Пагубной Сущности целыми днями лежала ни жива ни мертва, пригревшись на Малом Журавле.
Как-то раз Чэнь Сюнь попробовал покормить её своей эссенциальной кровью. Кто же знал, что она внезапно распахнет глаза и с видом крайнего ужаса посмотрит на него, будто увидела кучу навоза!
Чэнь Сюнь тогда страшно рассвирепел. Если бы не вмешательство Малого Журавля, он бы прихлопнул её одним ударом.
Девочка долго уговаривала его, объясняя, что существо стадии Очищения Ци просто не в силах вынести мощь его крови – в ней заключена слишком великая сила, и дело вовсе не в брезгливости.
Только тогда Чэнь Сюнь остыл и решил больше не вмешиваться: пусть Малый Журавль сама её растит, а черепаха эта и впрямь не знала благодарности.
Он отбросил лишние мысли и спокойно сказал:
— Ступайте, занимайтесь делами. Старый Бык, все вопросы по разборке материалов на тебе.
— Без проблем, брат Сюнь! На заводе уже скопилась целая гора всякого хлама.
— Му-му-у!
— Старший брат, тогда мы пойдем всё устроим.
Их лица стали серьезными. Большой Чёрный Бык подхватил Малого Журавля и Сяочи на спину и, оттолкнувшись от земли копытами, взмыл в небо.
Чэнь Сюнь с улыбкой смотрел им вслед и слегка помахал рукой.
Когда они окончательно скрылись из виду, вокруг снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь плеском волн.
Чэнь Сюнь уселся поудобнее, достал удочку из древесины журавлиного духа с леской из Тысячежильной Духовной Лианы. Без всякой наживки он забросил крючок в море ли за десять от берега.
Слегка ссутулившись, он обеими руками сжимал удочку, подставляя лицо морскому бризу и задумчиво взирая на лазурную даль.