Глава 166 «Великие Равнины Небесного Разлома, поглощающие духовную энергию»
Собрав все вещи на Горе Девяти Дворцов и оставив на кухне записку, Чэнь Сюнь и Большой Чёрный Бык растворились в бескрайней ночи.
Они не стали лететь по воздуху, а использовали техники передвижения, пробираясь сквозь густые леса и горы в сторону Великих Равнин Небесного Разлома.
— Му!! — Большой Чёрный Бык то и дело восторженно вскрикивал и терся о Чэнь Сюня, никак не приходя в себя от радости.
За всё время их странствий им редко встречались культиваторы, готовые слушать доводы рассудка. Обычно, даже при равной силе, начиналось хвастовство покровителями, которое неизбежно перерастало в драку.
Чэнь Сюнь обнял бычью голову и задумчиво произнес:
— Послушай, Бык, похоже, культиваторы Зарождающейся Души действительно отличаются от обычных практиков.
— Му, — выдохнул Большой Чёрный Бык, уже заметно успокоившись. Он с непониманием посмотрел на Чэнь Сюня: почему тот не выглядит счастливым?
— Слишком долго общаясь с обычными культиваторами, я начал недооценивать Патриархов Зарождающейся Души. Эта старуха превзошла мои ожидания.
— Му?
— Во-первых, этот цветок – ценнейшее сокровище Павильона Сяньюэ и особенность Горы Девяти Дворцов, но Патриарх Цзинь Юй отдала его без колебаний, — Чэнь Сюнь прищурился. — Во-вторых, той атакой она не силу нашу проверяла, она подтверждала наш уровень культивации.
— Му-му?
— Я так и не понял ту силу Зарождающейся Души, но она точно не использовала всю мощь и определенно что-то заметила.
— Му-у… — Большой Чёрный Бык выпустил струю пара и сделал вид, что задумался. Ему-то показалось, что Патриарх просто была вежливой.
— Её слова: «Если что-то понадобится, приходите на Гору Девяти Дворцов»… Чёрт побери, неужели она нас раскусила?
Сердце Чэнь Сюня екнуло:
— Может, она намекала, что за техникой культивации Зарождающейся Души можно прийти к ней?! Вот те на…
— Му!! — Испуганно взревел Бык. Неужели Чэнь Сюнь попал на крючок?
— Впрочем, говорила она туманно, соблюдая дистанцию и не допуская промашек. Прямо в моем стиле, — Чэнь Сюнь одобрительно кивнул, поглаживая подбородок. — Хорошо, что мы действовали осторожно и выжидали так долго, иначе всё могло закончиться не так быстро.
Большой Чёрный Бык легонько подтолкнул Чэнь Сюня, глядя на него с восхищением. Потратить столько лет, терпеливо дожидаясь идеального момента… Ему еще многому предстояло научиться у старшего брата.
— Бык, в Мире Культивации нельзя быть беспечным.
Чэнь Сюнь вскинул голову, искоса наблюдая за реакцией Быка и в душе наслаждаясь моментом:
— Держись меня, и среди Патриархов Зарождающейся Души для тебя, Симен Хэйню, обязательно найдется место.
— Му!! — Большой Чёрный Бык принялся ластиться к Чэнь Сюню, расплываясь в широчайшей улыбке.
— Ха-ха-ха! Вперед, к Великим Равнинам Небесного Разлома!
— Му-му!!
По лесам разносился их дерзкий хохот и вопли, от которых духовные звери Периода Очищения Ци в ужасе забивались поглубже в свои норы.
Однако этот поход на Гору Девяти Дворцов стал для Чэнь Сюня серьезным предупреждением. Эти Патриархи, сумевшие возвыситься среди бесчисленных небесных избранников, обладали глубочайшим умом. В их характерах не было места детской наивности. К тому же для прорыва на стадию Зарождающейся Души требовалось пройти испытание сердца Дао – именно на нем спотыкалось большинство великих культиваторов Золотого Ядра. Время отсеивает лишнее: духовный корень определяет лишь начало пути, но никогда не гарантирует финала.
Прошло два года. Запад Государства Гань, Великие Равнины Небесного Разлома.
Бескрайние просторы, мёртвая тишина песчаного моря – величественно, строго и бесконечно однообразно. Желтый, повсюду желтый, этот обжигающий цвет казался застывшими в одно мгновение яростными волнами мироздания.
— Бессмертие – это так прекрасно… так чудесно… — распевал Чэнь Сюнь.
— Му-у…
— Быть бессмертным – это так здорово… так здорово…
— Му-му…
— Я мастер алхимии, ты мастер формаций…
— Му-му-му!
Утреннее солнце заливало светом бескрайнюю равнину. Порывы ветра вздымали песчаные волны, кружа в воздухе мириады искр дробленного золота. На горизонте показались две фигуры. Чэнь Сюнь в потрёпанной соломенной шляпе сидел в медитации на спине Большого Чёрного Быка. Его громкое пение заставляло вибрировать даже окрестные камни.
Большой Чёрный Бык, тоже в старой соломенной шляпе, то и дело подмыкивал – песня брата ему явно нравилась. Он шел неспешно, но каждый его шаг покрывал тысячу чи, оставляя на земле лишь призрачные силуэты.
— Бык, начинаем погружение. Нужно расставить формации, — Чэнь Сюнь перешел на крик, чтобы перекрыть шум ветра. — Будем выращивать травы и готовить Пилюлю Зарождения Души!
— Му-му! — Большой Чёрный Бык взревел и вместе с Чэнь Сюнем начал зарываться в землю.
За время пути они подготовили всё необходимое, забравшись в этот раз гораздо дальше, чем прежде.
Грохот заполнил пространство.
Под землей оказались сплошные плывуны, причем весьма странные. Чэнь Сюнь хмурился, замечая, что здесь совершенно нет духовной энергии. Словно её выкачали или разъели. С его нынешним пиком Золотого Ядра он уже мог кое-что разглядеть.
— Старый Бык.
— Му?
— В пограничном городе нет духовной энергии, а в Городе Юйсюй, что рядом с равнинами, она есть, но только благодаря формациям сбора духовной энергии, — Чэнь Сюнь зачерпнул горсть песка. — Странно всё это. Место у Города Юйсюй ведь тоже не самое лучшее.
— Му-му! — Большой Чёрный Бык зажестикулировал. — Му-му-му!
— Думаешь, раньше здесь всё было иначе?
— Му-му-му!
— По крайней мере, когда строили город, Великие Равнины Небесного Разлома точно не были такими!
— Му! — Большой Чёрный Бык с мудрым видом кивнул. Обладая врожденным чутьем, он чувствовал, что когда-то здесь могла течь духовная энергия.
— Вот ведь… Бык, ты заметил? Мы прожили здесь двадцать лет, но расход магической силы был чуть больше, чем в самом Государстве Гань.
Чэнь Сюнь прищурился, разглядывая песок:
— Неужели здесь, на равнинах, есть что-то, поглощающее энергию?
— Му-у… — Большой Чёрный Бык протяжно выдохнул. Это было вполне вероятно.
— Может, тут зарыта какая-то супер-формация сбора энергии? И она ворует нашу силу? Вот же паскудство.
Чэнь Сюнь внезапно разозлился – сколько лишних духовных камней ушло на восстановление магической силы! — Бык, ты ведь мастер формаций, так это работает?
— Му! — Большой Чёрный Бык тоже возмутился. Они всегда экономили энергию, так что чувствовали малейшие изменения. Действительно, за двадцать лет они переплатили минимум сотню духовных камней низшего качества!
Он снова покачал головой. Никакой работы формаций он не чувствовал – всё казалось естественным процессом.
— Получается, через вечность в нашем Государстве Гань энергии будет становиться всё меньше и меньше?
Чэнь Сюнь вскинул брови. С их бессмертием они точно доживут до тех времен. — Теперь понятно, почему Десять Великих Сект так рвутся исследовать Северные Земли.
Хотя процесс поглощения шел медленно, со временем духовная энергия в округе могла иссякнуть окончательно.
— Му, — Большой Чёрный Бык быстро сообразил, что брат прав. Учитывая древнее наследие сект и ум их Патриархов, они наверняка давно заметили проблему. Он посмотрел на Чэнь Сюня и медленно поднял копыто, показывая большой палец.
— Видишь, Бык, с ростом уровня культивации наш кругозор и масштаб мышления мгновенно расширились.
Чэнь Сюнь хмыкнул, развеивая песок по ветру:
— Место Патриарха Зарождающейся Души по праву должно принадлежать мне!
— Му-у! — Большой Чёрный Бык затрепетал от восторга. Они с братом наконец-то выбились в люди.
— Погнали, Бык!
— Му!
Спустя сутки непрерывной работы…
Чэнь Сюнь с помощью Топора Рассекающего Горы прорубал пещерную обитель, а Большой Чёрный Бык устанавливал Формацию Пяти Пределов, чтобы стабилизировать стены. Они работали слаженно. Вместе они принялись выращивать духовные травы – редкие растения, чей возраст уже превышал необходимые по рецепту значения, тянулись вверх.
Из-под земли то и дело доносился смех: «Цзе-цзе-цзе», а в очаге весело потрескивала древесина журавлиного духа. Сами того не заметив, они стали воспринимать Древо Журавлиного Духа как верного спутника, который пребудет с ними в вечности. Человек, Бык и Дерево коротали дни в подземной обители, согревая друг друга в смене сезонов. А наверху по-прежнему кружил песок, царило безмолвие и пустота. Никто не приходил, никто не уходил. Лишь Великое Солнце устало клонилось к горизонту, окрашивая закатными лучами безбрежные пески.