Глава 163 «Если бессмертный готов, возможности найдутся везде»
— Помогать слабым, спасать невинных… в Государстве Гань мы этим не особо промышляли, а? — Чэнь Сюнь самодовольно отхлебнул чаю. — Хе-хе, зато Главе Секты я знатно по затылку приложил, а ведь он – великая личность!
— Му-му-му! — Бык тихонько рассмеялся, вспомнив, как тот несчастный перепугался, решив, что пришел его смертный час.
— А помнишь, как мы в Альянсе Четырёх Символов шпионами заделались? То еще было дельце, — Чэнь Сюнь пустился в воспоминания, и в его взгляде промелькнула нотка грусти. — Захватывающе, ничего не скажешь.
— Му… — Бык покосился на Чэнь Сюня: тот тогда во что бы то ни стало решил придумать какой-то нелепый пароль. Вроде бы обычная купля-продажа сведений, а бедных культиваторов в такой ступор ввели, что те и слов связать не могли.
— Эх, сокровище мое, — Чэнь Сюнь с любовью перелистывал страницу за страницей. — А как мы с беженцами брели? Сдается мне, именно тогда мои боты и приказали долго жить.
— Му-му? — Бык аж подпрыгнул: он-то всегда думал, что обувка развалилась, пока они вместе по свету бегали.
— Бык, ты тут ни при чём, — фыркнул Чэнь Сюнь, явно задетый за живое. — Не знаю, какой дьявол подкинул обломок лезвия на ту дорогу. Чёрт возьми, все же бежали сломя голову, кто в здравом уме будет божественным сознанием землю прощупывать на предмет всяких железок? Вот те на!
Чэнь Сюнь в сердцах сплюнул:
— Но хорошо, что руки на месте – подлатал, зашил, и снова как новые.
— Му-му-му!
У Быка от смеха уже живот ходуном ходил. Он пододвинул стул поближе к Чэнь Сюню и принялся рассматривать тетрадь вместе с ним.
Память – штука ненадежная, не то что запись. Именно за это качество Бык и уважал Чэнь Сюня больше всего.
— Бык, смотри! Я даже записал те секты, где твое искусство формаций потерпело крах: Врата Сотни Призраков, Врата Небесной Горы, Секта Ветра и Грома… — Чэнь Сюнь ехидно посмеивался, листая список позорных страниц из жизни Быка. — А я всё гадал, чего ты тут так заливаешься.
— Му?! — Бык, не веря своим ушам, вскочил. Неужели Чэнь Сюнь и это записал? Он в ярости попытался выхватить тетрадь, но смех того становился всё наглее.
Вне себя от негодования, Бык выхватил свою тетрадь, в которую записывал всё о Чэнь Сюне. Просчитался он, ох как просчитался…
— Вот те на!!
Чэнь Сюнь побагровел и тоже вскочил:
— Бык, а вот тут я с тобой по-хорошему поговорю!
— Му? — Бык выпустил пар из ноздрей. Поверил… решил, что Чэнь Сюнь и впрямь собирается взывать к его совести.
— Я…
Не успел Чэнь Сюнь договорить, как Гора Девяти Дворцов содрогнулась. В небо взметнулись два столпа божественного света – их аура была подавляющей, величественной и суровой.
Огромный чудесный челнок завис в небесном своде. Две фигуры, стоявшие на нем, источали такую мощь, что невольно хотелось пасть ниц и не поднимать глаз.
— С почтением провожаем Патриархов!
По всем пикам Горы Девяти Дворцов разнеслись звучные женские голоса, а сам горный хребет окутала морозная дымка.
— Ого, Патриархи Зарождающейся Души!
— Му!!
Чэнь Сюнь и Бык опешили – они впервые видели экспертов такой силы. Они тут же поспешно сложили руки, кланяясь небесам.
— В Северных Землях неспокойно, но на Горе Девяти Дворцов должен царить порядок. Пусть всё идет своим чередом, — величественный голос, лишенный всяких эмоций, разнесся по округе. — Младшая сестра Цзинь Юй скоро вернется. Усердно культивируйте.
— Повинуемся воле Патриарха!
— Му!
Отовсюду слышались ответные клики. Чэнь Сюнь с Быком тоже вопили во всё горло – повара ведь тоже свои люди, разве нет?
Омм…
Едва голос затих, челнок в миг скрылся за горизонтом. Его скорость заставила Чэнь Сюня и Быка умереть от зависти – им тоже захотелось такую штуковину.
Они переглянулись: похоже, после ста лет ожидания их шанс наконец настал.
Чэнь Сюнь тихонько передал сообщение Быку:
— Бык, возможности даются тем, кто готов. Но если готов бессмертный, то возможности – на каждом шагу!
— Му!! — Бык вытаращил глаза, всё еще смакуя в памяти ауру Патриархов Зарождающейся Души.
— Вечером соберемся и выдвигаемся к Долине Слушающего Снега, — Чэнь Сюнь потер ладони, его глаза горели азартом. — Мы там уже каждый камень изучили, комар не пролетит.
— Му! — Бык боднул Чэнь Сюня: это уж точно!
— Но раз их Патриарх так открыто об этом заявила, — Чэнь Сюнь лукаво прищурился, — это может быть и ловушкой. Бык, будь готов бежать в любой момент.
— Му, — Бык не стал забивать себе голову лишним: раз старший брат сказал, значит так и есть.
Тем временем на самой вершине горы стояли пять дев. Их облачения из легкого шелка колыхались на ветру, а кожа белизной не уступала первому снегу.
Легкий ветерок играл прядями волос у их лиц, придавая им особое, пленительное очарование.
Все пятеро смотрели вдаль; в их глазах читалось недоумение.
— Старшая сестра, почему праматерь не пожелала открыть нам правду о Северных Землях?
— Весь Мир Культивации объединил усилия, неужели в Северных Землях может случиться что-то непредвиденное?
— Говорят, Павильон Моюй выступил в полном составе, обнаружив там великую возможность. Что же это всё значит?
— Эти культиваторы из Павильона Моюй вечно ищут выгоду, вести от них приходят путаные…
Закончив, четверо разом посмотрели на старшую сестру Горы Девяти Дворцов – Цзян Сюэчэнь.
Она медленно обернулась и сделала шаг: складки её белоснежного платья заструились, подобно лунному свету, делая её походку еще более величественной и мягкой.
Младшие сестры на миг замерли, чувствуя собственное несовершенство перед её красотой. Краса Цзян Сюэчэнь славилась во многих государствах, к тому же она была обладательницей Небесного Духовного Корня.
— Не стоит тревожиться, — тихо произнесла Цзян Сюэчэнь; её глаза были прозрачны, как осенние воды, а сама она казалась существом небесным, чуждым земной суете. — Просто усердно культивируйте.
— Слушаемся, сестра, — со вздохом поклонились девы и, вспорхнув в воздух, скрылись, оставив после себя лишь тонкий аромат.
Оставшись одна, Цзян Сюэчэнь долго стояла в тишине. Холодный ветер коснулся её лица, и в кончиках её пальцев вдруг вспыхнула магическая сила.
В её очах сверкнула молния, из Золотого Ядра вылетела чистая белая нефритовая табличка и застыла в безбрежном небе. Её рука в такт движению глаз начала выписывать в воздухе знаки.
Сосредоточившись, Цзян Сюэчэнь принялась за расчеты на табличке: поход в Северные Земли начал приносить свои плоды.
— Десять Великих Сект, Три Великие Силы, беглые культиваторы из Государства У, варварские культиваторы Севера… — шептала она.
Десять Великих Сект славились своим высокомерием; восточные земли Государства Гань до этого похода фактически находились в изоляции.
Три Великие Силы тайно противоборствовали им, хотя на поверхности всё выглядело как идеальное сотрудничество.
Пути для культиваторов и поток духовных трав были перекрыты; никто не знал, сколько душ сгинуло в тени этой борьбы.
Но теперь из-за похода на Север это хрупкое равновесие было окончательно сломлено…
Морщинка на лбу Цзян Сюэчэнь пролегла еще глубже, в глазах отразилось едва заметное потрясение, а в следующий миг она исчезла с вершины горы.
Закат догорал, опускались сумерки, и серп луны вонзился в небо.
По обе стороны от Долины Слушающего Снега громоздились неприступные пики; отвесные кручи, подобные лезвию ножа, обступали её с трех сторон.
Мир вокруг стал белым-бело: снег гнул ветви к земле, а ветер завывал в кронах деревьев.
Снежинки, кружащие над долиной, несли в себе духовную энергию, но и холод от них исходил такой, что пробирал даже опытных культиваторов.
У входа в долину повсюду сидели в медитации женщины-культиваторы. Среди них было не менее десяти великих культиваторов Золотого Ядра – охрана была безупречной: начался особый период.
Внутри долины по четырем сторонам стояли столпы великой формации; казалось, они черпали силы прямо из Духовной жилы, непрерывно источая потоки безбрежной энергии.