Глава 10 «Все слышали Этот человек не желает слушать голос разума»
Минул еще один год. Предновогодняя ночь в городе Паньнин была столь же шумной и многолюдной, как и в тот день, когда они впервые здесь оказались.
В глазах Чэнь Сюня светилось любопытство. Ведя за собой на привязи Большого Чёрного Быка, он неспешно прогуливался по улицам, то и дело останавливаясь, чтобы поглазеть по сторонам. В руках он держал всевозможные лакомства – теперь, когда у них завелись деньги, пришло время их тратить.
Как и прежде, они ели по очереди: кусочек – хозяину, кусочек – зверю. Прохожие, глядя на них, весело хохотали, приговаривая, что этот юноша весьма забавный малый.
Правда, на этот раз не обошлось без накладки: когда они набрели на цирковое представление, Чэнь Сюнь никак не мог сдвинуть Большого Чёрного Быка с места. Им пришлось дождаться конца выступления, прежде чем продолжить путь.
Бык свято верил, что это культиваторы показывают им свои техники, и смотрел на всё, затаив дыхание, то и дело издавая восторженное:
— Му-у!
— Хозяин, помните нас? — Чэнь Сюнь подошел к одной из лавок и слегка улыбнулся. — Мы пришли купить резное дерево.
Кое-что изменилось: рядом с торговцем сидел ребенок, играя с деревянными фигурками, а сама лавка переехала, хоть и находилась неподалеку от прежнего места.
— О, молодой человек, это вы! — Торговец на мгновение замер, а затем его осенило. Это был тот самый юноша, что когда-то выменял фигурку на рис. — А вы совсем не изменились.
— У вас есть фигурки быков? Нам нужно две.
— Будет исполнено! — Улыбнулся торговец и, пошарив в запасах, достал две фигурки. Быки выглядели как живые, без единого изъяна. Он протянул их Чэнь Сюню:
— Прошу, молодой человек.
Расплатившись, Чэнь Сюнь помахал фигурками перед мордой Большого Чёрного Быка, заставляя того в волнении топтаться на месте, и весело расхохотался.
Затем они снова отправились к реке запускать фонарь желаний. На этот раз Бык наотрез отказался показывать Чэнь Сюню, что загадал, и загородил фонарь всем своим мощным телом.
После этого Чэнь Сюнь повел своего спутника в южную часть города Паньнин. Там было сосредоточено множество лечебниц. Кузницы находились в северной части, но до них было слишком далеко – пешком пришлось бы добираться несколько дней.
Спустя двое суток они остановились перед заведением, над входом в которое висела табличка: «Медицинская Лавка Пинтай». По бокам от двери красовались строки парных надписей.
Справа значилось: «Пусть в мире исчезнут все хвори», слева: «И пусть на полках пылится лекарство». Сверху же всё объединял девиз: «Мир всей земле».
В лавку то и дело заходили и выходили люди с печатью тревоги на лицах. Здешний лекарь славился добрым именем, и простые люди почитали его как спасителя страждущих.
Подручные внутри трудились не покладая рук, отмеряя снадобья, а несколько врачей занимались ранеными. То и дело из глубины помещений доносился чей-то мучительный вопль.
— Старый Бык, я зайду внутрь разведать обстановку, а тебя привяжу у входа. Ты уже большой, должен уметь постоять за себя, — серьезно проговорил Чэнь Сюнь. — Если какой незнакомец решит тебя увести – кричи во всё горло и бей его копытом, но только не слишком сильно.
— Му! — Большой Чёрный Бык кивнул, бросив на хозяина обнадеживающий взгляд: мол, не волнуйся, я знаю меру.
— Вам лечиться или за лекарством? — Бросил на ходу один из помощников.
— Я ищу Нин Сы, мастера Нина, — Чэнь Сюнь вежливо сложил руки. Он заранее разузнал, что Нин Сы – владелец этого заведения, человек мягкого нрава и милосердного сердца, уважаемый всеми горожанами.
— Младший братец, ты меня искал? — Из глубины зала вышел человек. Его густые черные волосы были собраны в узел, лицо украшали аккуратные усы, а в глазах затаилась легкая грусть. На вид ему было около сорока.
Однако Чэнь Сюнь наметанным глазом определил, что этот человек отлично заботится о своем здоровье, и его истинный возраст, скорее всего, значительно больше.
— Мастер Нин, я пришел, чтобы обучаться врачеванию, — Чэнь Сюнь поклонился. При этом движении его рукава случайно соскользнули, обнажив тугие узлы мускулов. Веки Нин Сы дрогнули: «Какое могучее тело».
— Ха-ха, я временно не принимаю учеников, — мягко ответил Нин Сы. — Тебе лучше поискать в другом месте.
— Мастер Нин, я искренне желаю постичь это искусство и не боюсь никаких трудностей, — с надеждой в голосе взмолился Чэнь Сюнь. — Позвольте мне быть хотя бы чернорабочим, лишь бы я мог чему-то научиться.
— Эх… — в глазах Нин Сы промелькнуло сомнение. Внезапно снаружи раздалось громкое, яростное мычание. Все в лавке встревожились, а Чэнь Сюнь, подобно порыву ветра, в мгновение ока выскочил за дверь.
«Какая невероятная ловкость», – восхитился про себя Нин Сы и поспешил следом, чтобы узнать, что стряслось.
— Ох и упрямая же у меня скотина! Ну никак не хочет идти! — Посмеиваясь, объяснял собравшейся толпе какой-то местный проходимец. Лицо его при этом было перекошено – он впервые осознал, что значит поговорка «силен как бык».
— Му! Му! — Яростно ревел Большой Чёрный Бык. Он уже собирался пустить в ход копыта, но, заметив появившегося Чэнь Сюня, жалобно закричал.
— Что ты делаешь?! Это мой бык! — Крикнул Чэнь Сюнь, гневно округлив глаза. — А ну отпусти!
— С чего это он вдруг твой? — С презрением хмыкнул бандит, окинув Чэнь Сюня оценивающим взглядом. Перед ним был просто неопытный юнец.
— То есть по-хорошему ты договариваться не намерен?
— Ха, глупости какие! Это мой бык, и точка. Или ты подраться вздумал? — Подонок сплюнул на землю, выпустил поводья и начал медленно закатывать рукава, нарочито поигрывая кинжалом.
Он годами верховодил на этих улицах и не сомневался, что легко приструнит какого-то молокососа.
— Все слышали? — Крикнул Чэнь Сюнь толпе. — Этот человек не желает слушать голос разума.
При этом он как бы невзначай продемонстрировал три Топора Рассекающих Горы, висевших у него на поясе.
Бандит осекся, его зрачки сузились. «Ничего себе тесаки… Это что еще за новости?»
Чэнь Сюнь сделал шаг вперед и неспешно расстегнул ворот. Перед взорами окружающих предстали шестнадцать кубиков пресса – тело его было крепким и закаленным, словно выкованным из стали.
В толпе пронесся шум изумления. Этот юноша выглядел ничем не примечательным, а оказался мастером боевых искусств.
— Стой! Младший братец, я тут внезапно понял, что ошибся! Это не мой бык… ха-ха, — глаза бандита забегали. Парень выглядел слишком угрожающе. Он начал медленно пятиться, понимая, что нарвался не на того. — Я, пожалуй… пойду уже.
— Пошел к черту, негодяй! Получай! — Внезапно взревел Чэнь Сюнь и бросился вперед. Его скорость была такова, что на месте остался лишь размытый силуэт, а кулак размером с добрый булыжник уже летел прямо в лицо обидчику.
— А-а-а!! Дедушка, не бей!! — На всю улицу разнеслись крики боли. Подонок катался по земле, истошно моля о пощаде, пока Большой Чёрный Бык брезгливо плевал в него слюной, а под конец и вовсе сбил рогами в сторону.
Бандит лежал в пыли, чувствуя себя едва живым: кости, казалось, превратились в труху, лицо было залито кровью, а всё тело невыносимо воняло бычьей слюной.
Против парня с шестнадцатью кубиками пресса и железными руками не помогли бы и пятеро подельников. Оставалось только терпеть побои и впредь обходить это место за версту.
— Так его! — Раздались выкрики из толпы.
— Поделом этому мерзавцу!
— Только и знает, что бездельничать да людей задирать, давно пора было его проучить!
Горожане ликовали. Юноша совершил то, на что у них самих не хватало храбрости.
Чэнь Сюнь лишь холодно хмыкнул. Покуситься на Старого Быка! Если этот тип вздумает мстить, Чэнь Сюнь без колебаний устроит здесь кровавую баню.
— Му! Му! — Большой Чёрный Бык ткнулся мордой в плечо хозяина. Только рядом с ним он чувствовал себя в безопасности.
— Всё в порядке, друг, я рядом, — Чэнь Сюнь обнял быка за голову, продолжая ледяным взглядом провожать удирающего проходимца.
Затем он перевел взор на Нин Сы. У того по спине пробежал холодок. Юноша с тремя топорами на поясе и шестнадцатью кубиками пресса… неужели он и впрямь пришел учиться медицине?
— Мастер Нин, прошу вас, примите меня. Мы согласны на любую черную работу в вашей лавке, а мой верный Чёрный Бык тоже может быть полезен.
Чэнь Сюнь низко поклонился, и в его голосе звучала неподдельная искренность.
— Му! Му! — Большой Чёрный Бык тоже жалобно посмотрел на лекаря, словно поддерживая просьбу.
— Мастер Нин, возьмите его! Нечасто встретишь столь благородного юношу!
— И то правда, Мастер Нин, пареньку, видать, нелегко приходится – пришел в город с одним только быком, чтобы на жизнь заработать.
Простые люди наперебой заступались за Чэнь Сюня – в их глазах он выглядел бедняком с тяжелой судьбой.
— Хорошо, я принимаю тебя, — кивнул Нин Сы. Юноша и впрямь казался неприкаянным. Если оставить его на улице, банда того проходимца может ему отомстить, а в стенах лавки его никто не посмеет тронуть.
— Благодарю, Мастер Нин! — Чэнь Сюнь просиял и поклонился столпившимся людям, благодаря их за поддержку.
— Идем, — улыбнулся Нин Сы и, заложив руки за спину, повел их во внутренний двор лечебницы.