Глава 390 - Удар в спину от Цзян Яо
Чэнь Яньчжи был чуть ниже Чжао Цинфэна.
Тем не менее он смотрел на него сверху вниз с нескрываемымвысокомерием.
Чжао Цинфэн усмехнулся:
— А ты еще что за экземпляр? Какое твое собачье дело до меня и Лэси?
— Я ее брат! Родной брат! — отчеканил тот.
Чжао Цинфэн отмахнулся:
— Да хоть сам император. Здесь не твоя вотчина, так что советую убираться подобру-поздорову.
Улыбка мгновенно испарилась с лица Чэнь Яньчжи, сменившись ледяной маской:
— Чжао Цинфэн, я-то думал, ты парень башковитый. Оказывается, ошибся.
— Это в каком же смысле? — прищурился Чжао Цинфэн.
— В самом прямом. Умный человек знает, когда стоит остановиться. Нельзя зариться на то, что тебе не по зубам — от этого только хуже будет, причем обоим, — отрезал Чэнь Яньчжи.
Встретившись с ним взглядом, Чжао Цинфэн произнес твердо, без тени сомнений:
— В то, что происходит между мной и Лэси, никому не позволено совать нос. Даже ее старшему брату!
Чжао Цинфэн начинал раздражать столичного гостя. Спустя пару секунд тот процедил сквозь зубы:
— Ты просто ничего не понимаешь.
Больше не удостаивая его вниманием, Чэнь Яньчжи отвернулся.
На самом деле тащиться сюда ему претило, но об этом попросила сама Чэнь Лэси.
Вспомнив об упрямстве сестры, Чэнь Яньчжи раздраженно бросил:
— Юнь Цзин, доигрались ведь до ручки. И что теперь скажешь?
Он и Сяо Шулин прожигали Юнь Цзина требовательными взглядами.
Атмосфера накалилась добела.
Трое молодых людей во дворе представляли три сильнейших столичных клана и сливки золотой молодежи всей Поднебесной.
Перед таким авторитетом пасовал даже влиятельный тяньдунский клан Бай.
Чжао Цинфэн сохранял невозмутимость, хотя в его глазах мелькали расчетливые искорки.
Пауза затягивалась.
Наконец Юнь Цзин криво ухмыльнулся:
— Понятия не имею, чем вы купили семейку Бай, раз сюда сорвались и клан Сяо, и клан Чэнь, да еще и сам молодой господин Чэнь лично прилетел из столицы.
Чэнь Яньчжи произнес бесстрастно:
— Ты же знаешь, я без особой нужды из дома не выхожу. Но раз уж я здесь, тронуть его тебе не позволено.
Взгляд Юнь Цзина скользнул на Чжао Цинфэна с глубоким подтекстом:
— Это ведь Чэнь Лэси тебя подослала, верно?
Чэнь Яньчжи промолчал, что прозвучало как подтверждение.
Тогда Юнь Цзин повернулся к Сяо Шулин:
— И ты здесь ради него? Ради этого Чжао Цинфэна?
Сяо Шулин гордо вскинула подбородок:
— Ну и что с того?
— Тьфу ты, — Юнь Цзин не удержался от сарказма и поднял большой палец перед носом Чжао Цинфэна. — Ну ты даешь, Чжао Цинфэн! Пожалуй, присвою тебе титул главного альфонса всея Китая: подмять под себя принцесс из кланов Чэнь и Сяо одновременно… Это талант.
Лицо Чэнь Яньчжи потемнело от гнева:
— Юнь Цзин, ты бдительность-то не теряй, выбирай выражения!
А вот Сяо Шулин на удивление промолчала, не найдя что возразить.
— Но погодите-ка! — внезапно расхохотался Юнь Цзин. — Насколько мне известно, Чэнь Лэси со дня на день должна обручиться с Сяо Мином! Получается, наш Чжао Цинфэн — одновременно любовник будущей невесты и зять семейства?
Сяо Шулин смущенно захлопала глазами, заметно растерявшись от столь замысловатых семейных интриг.
— Ха-ха-ха! — издевательски протянул Юнь Цзин. — Ну и санта-барбара у вас тут творится!
Слушать эти насмешки дальше Чэнь Яньчжи уже не мог. Сорвавшись с места, он в два прыжка преодолел расстояние до Юнь Цзина и вцепился тому в воротник:
— Ты пасть свою поганую закрой, усек?
— Всё-всё, хватит, упс, переборщил, — примирительно поднял руки Юнь Цзин, не теряя наглой ухмылки. — Остынь, полегче на поворотах.
Драку затевать тот не собирался, так что Чэнь Яньчжи с презрением оттолкнул его и разжал пальцы.
На губах Юнь Цзина вновь расцвела зловещая улыбка. Он перевел взгляд на Чжао Цинфэна:
— Ладно. Сегодня за тебя впряглись двое, так что хрен с ним, пальцем не трону. Но вот моя физиономия…
Он ткнул пальцем в собственные щеки, где всё еще отчетливо горели следы от оплеух.
— Этот памятный сувенир я не забуду никогда! Чжао Цинфэн, наша игра только началась, мы еще повеселимся!
Чжао Цинфэн процедил сквозь зубы:
— Смотри сам не обделайся от страха, когда проиграешь.
— Ха, — усмехнулся Юнь Цзин, меняя тон. — Тебя-то я сегодня не трону! Но вот клан Бай… тут уж извините.
Бай Чэньян насторожился:
— Чего ты задумал?
— Скоро узнаешь.
Не успел он договорить, как к воротам особняка марширующим шагом вошли несколько мужчин в строгих деловых костюмах в сопровождении внушительного наряда полиции.
— Бай Цзянхэ, Бай Чэньян, Чжоу Шэн… Нам поступило официальное заявление о возбуждении уголовного дела по факту организации масштабной противоправной деятельности. Вот ордера на арест!
От этих слов во дворе поднялся крик.
Бай Чэньян помрачнел:
— Какая еще незаконная деятельность? Вы ордер проверьте, ошибка какая-то!
— Никакой ошибки, — бесстрастно отчеканил старший инспектор, махнув рукой. — Взять их!
Офицеры бросились вперед, защелкивая холодные браслеты на запястьях тех, чьи имена значились в бумагах.
Судя по оперативности, у следствия имелась железобетонная база доказательств, иначе ордера на арест влиятельных лиц просто не подписали бы.
Среди домочадцев поднялась паника. Старый лис Бай Цзянхэ, повидавший на своем веку всякое, глубоко вздохнул и гаркнул:
— Отставить панику! Никому не сопротивляться!
В мгновение ока верхушка клана оказалась в наручниках.
Тогда Бай Цзянхэ медленно повернул голову, вперив тяжелый взгляд в одну из женщин в толпе:
— Цзян Яо! Ах ты… тварь!
Догадываться не приходилось — без внутренней утечки информации официальные структуры никогда бы не получили доступ к секретным закрытым файлам.
— Муж мой! — с истерическим криком из толпы выскочила Цзян Яо, театрально заламывая руки. — За что вы его вяжете, отпустите! Какое он имеет отношение к преступлениям…
Лица Бай Цзянхэ налились кровью от ярости, он рявкнул:
— Цзян Яо, хватит ломать комедию! Думаешь, я не знаю, кто настучал?!
Женщина перестала притворяться. Напускное удивление сползло с ее лица, уступив место злобной, торжествующей ухмылке.
Юнь Цзин довольно рассмеялся:
— Ну вот, Цзян Яо, а ты переживала. Больше прятаться смысла нет — эти птички улетают надолго, если не навсегда.
Услышав это, Цзян Яо расплылась в ехидной улыбке, виляя бедрами подошла к Юнь Цзину и кокетливо произнесла:
— Ой, Юнь Цзин, ну зачем вы сразу всё выдали? Так ведь неинтересно было!
Тот собственническим жестом приобнял ее за талию.
Бай Цзянхэ в этот момент едва не задохнулся от переполнившей его ненависти:
— Цзян Яо, шлюха неблагодарная!
— Тьфу! — с презрением сплюнула та. — На себя-то в зеркало глянь, старый пень! Ты мизинца молодого господина Юнь не стоишь! Да, это я сдала вас с потрохами, и что ты мне сделаешь, а?
— Ах ты… сука…
Старик затрясся от бессильной злобы.
Юнь Цзин хохотнул:
— Смотри, как бы удар хватил старикашку.
С этими словами он нагло протянул руку и лапал Цзян Яо за грудь прямо на глазах у потрясенной родни.
Увиденное переполнило чашу терпения клана Бай.
— Цзян Яо! Если бы не поддержка нашей семьи, твой клан давно бы сгнил на помойке!
— Волчья пасть, неблагодарная тварь!
Люди кричали проклятия, но изменщица не испытывала ни капли раскаяния.
Задеревенело вскинув подбородок, она холодно процедила:
— И что с того? Я законная жена Бай Цзянхэ! Когда их закроют, половина активов клана Бай перейдет ко мне, если не всё целиком! А вы… если хотите и дальше жрать досыта, советую кланяться мне в ножки, может, объедков и перепадет.
— Пошла вон!
— Да кто в здравом уме станет слушать эту суку?
— Лучше по миру пойдем, чем под тобой ходить!
Сморщившись от брезгливости, Цзян Яо покачала головой:
— Тупоголовое стадо.
Юнь Цзин лишь поддакнул:
— Ничего, когда животы заурчат от голода, и языки станут не такими длинными.
Бай Цзянхэ, Бай Чэньян и остальные члены семьи сгорали изнутри от пламени жгучей ненависти, но сделать уже ничего не могли.
По личным показаниям Цзян Яо их везли на допрос, и если выдвинутые обвинения подтвердятся, впереди их ждала долгая, беспросветная жизнь за решеткой.