Глава 297 - Непутевое чрево Бай Сяосин
— Муж, это что за взгляд у тебя? — недоуменно заморгала та.
Чжао Цинфэн с трудом проглотил ком в горле и осторожно осведомился:
— Ты с каких пор тут сидишь? Напугала до смерти!
— Да только что пришла! — беззаботно отмахнулась жена.
Отлегло. Видимо, Луна смылась загодя и вовремя замела следы.
Выдохнув с облегчением, он вернул лицу привычное выражение безмятежности:
— В другой раз хоть стучись, входя в комнату.
С этими словами он поднялся с постели и направился в ванную.
Бай Сяосин презрительно скривила губы и забубнила себе под нос: «Подумаешь, к мужу в спальню без стука зашла! Тоже мне, барин нашёлся, фыркает тут…»
Пока он методично орудовал зубной щеткой, сзади бесшумно выныривали две извивающиеся тени.
Бай Сяосин обвила его руками за талию и коварно захихикала:
— Муженек!
Ее пальцы тут же принялись шарить по его телу. Чжао Цинфэн, скривившись, оттолкнул её локтем:
— Ты что творишь?! Не видишь, я зубы чищу!
А та лишь с наглым видом задрала нос: — Я просто исполняю свой супружеский долг!
Не говоря ни слова, он молча вытолкал ее за дверь и защелкнул замок:
— Не ори под ухом.
Бай Сяосин осталась крайне оскорблена и ущемлена в лучших чувствах. Топнув ногой в коридоре, она обиженно забормотала:
— Ишь ты какой! И вовсе не стыдно…
Закончив утренние процедуры, Чжао Цинфэн вышел из ванной и сразу заметил, что его одеяло скомкано. Сердце вновь предательски ёкнуло.
Сделав вид, что ничего не произошло, он неторопливо заправил постель и бросил:
— Как только пообедаем, сразу трогаемся в путь, едем обратно в Тяньнань.
Бай Сяосин опешила:
— Так быстро? У тебя же раны не зажили! Ни швы не сняты, ни повязки не меняли!
Чжао Цинфэн беспечно отмахнулся:
— Ерунда.
Любой другой смертный на его месте в данный момент в лучшем случае валялся бы в реанимации без сознания, а в худшем — уже знакомился с чертями. О том, чтобы встать на ноги, не было и речи.
Забудьте про пулевые пробоины — даже края банального хирургического разреза не смогли бы срастись с такой скоростью.
Оставалось лишь гадать, до какого ненормального, запредельного уровня дошла скорость регенерации в его теле.
Конечно, до полного заживления было далеко, и для снятия швов требовалось как минимум с месяц поберечься, но на базовую подвижность это уже никак не влияло.
Бай Сяосин попыталась было возразить, но он оборвал её ленивым взмахом руки:
— Говорю же, всё в порядке. Прекращай зудеть под ухом.
К его невыносимому характеру она уже привыкла, а потому лишь покорно вздохнула: — Ладно уж. Тогда рулить обратно буду я.
Чжао Цинфэн оставил это заявление без ответа.
Спустившись вниз, они обнаружили в столовой Бай Лиюэ.
Та невозмутимо, с грацией фарфоровой куклы, потягивала утренний кофе. Увидев пару, она приветливо кивнула, не выказав и тени смущения:
— Доброе утро, Цинфэн, Сяосин.
Чжао Цинфэн мысленно присвистнул. Эта луна с виду казалась наивной и простодушной, но выдержка у нее железная!
Ночью дважды нарушила обет молчания, а наутро держится так, будто вокруг вакуум и ничего вообще не произошло.
Бай Сяосин удивленно вскинула брови:
— Сестрёнка, а ты сегодня прямо светишься! Прекрасно выглядишь!
Бай Лиюэ украдкой скользнула взглядом по Чжао Цинфэну и невинно хлопала ресницами:
— Правда? Да неужели?
— Ещё как! Зуб даю! — горячно подтвердила та.
И впрямь: лицо Бай Лиюэ пылало естественным, здоровым румянцем, а кожа буквально искрилась изнутри.
Слегка замявшись, она выдала первое попавшееся оправдание:
— Наверное, просто выспалась. В больнице-то все эти дни глаза толком не сомкнуть было.
Бай Сяосин тотчас же закивала в знак солидарности:
— Ой, и не говори! Я тоже так думаю.
Деревенщина ты бестолковая… У Чжао Цинфэна от столь толстокожей наивности чуть глаз не задергался. Скривившись, он пресек этот парад лицемерия:
— Хватит болтать, садитесь завтракать.
После трапезы Чжао Цинфэн вышел на крыльцо погреться под лучами полуденного солнца.
К обеду в особняке собралась почти вся семья — за исключением Бай Чэньяна, который застрял на делах в компании. Впрочем, Бай Цзянхэ уже давно передал бразды правления сыну, а сам вел жизнь праздного сибарита.
Улучив момент за обеденным столом, Чжао Цинфэн бросил:
— Мы после обеда выдвигаемся в Тяньнань.
Старшая из клана подняла на него взгляд:
— Так скоро? С чего вдруг спешка?
Чжао Цинфэн улыбнулся:
— Времени вагон, но в офисе накопилось порядочно хвостов, пора разгребать.
Старуха больше не спорила и лишь согласно кивнула.
Бай Цзянхэ нахмурился:
— Раз уж раны ещё не до конца затянулись, давай я организую вертолет. Домчит с ветерком.
Немного подумав, Чжао Цинфэн покачал головой:
— Нет, отец. Пожалуй, поеду на машине.
Из всех возможных способов передвижения он по-прежнему нежно любил лишь свою старенькую «ауди».
Бай Цзянхэ только вздохнул:
— За рулем придется провести больше десяти часов!
— Пустяки, — усмехнулся парень. — Мне просто нельзя делать резких движений, а крутить баранку здоровья вполне хватит.
Видя, что старик собирается продолжить спор, Бай Сяосин вмешалась:
— Пап, оставь его. Упертый как баран, всё равно сделает по-своему.
Покончив с едой, семейство помогло погрузить вещи.
Садиться за руль жене Чжао Цинфэн не доверил и сам занял водительское кресло.
Однако, когда Бай Сяосин уже собралась нырнуть на пассажирское сиденье рядом с ним, оказалось, что переднее место уже занято — Бай Лиюэ уже сидела пристегнутая ремнем безопасности.
Бай Сяосин тут же взвилась мегерой:
— Эй, Бай Лиюэ! Ты это к чему сейчас устроила?
Та лениво скосила на нее глаза:
— А к чему ты клонишь?
— А ну вылезай! — перекосило от злости лицо Сяосин.
— Меня на заднем сиденье укачивает, — холодно и бесстрастно парировала Лиюэ.
Бай Сяосин чуть не задохнулась от возмущения:
— Ври больше! Ты с пеленок в машинах ездишь, когда это тебя укачивало?!
Разгорающийся скандал грозил перерасти в полноценную битровку за место под солнце. Чжао Цинфэн, чувствуя, как у него начинает пульсировать в висках, примирительно поднял руку:
— Всё, хватит. В прошлый раз Лиюэ ехала сзади, так что теперь её очередь впереди — это справедливо. Лезь назад, нам пора ехать.
Раз уж слово взял глава семьи, Бай Сяосин, хоть и захлебываясь от бессильной ярости, была вынуждена захлопнуть дверь заднего ряда.
Бай Лиюэ бросила на Чжао Цинфэна короткий взгляд, и уголки её губ чуть заметно взлетели вверх.
Дорога прошла без происшествий.
Старенькая «ауди» вкатилась в огни ночного Тяньнаня, когда город уже погрузился в полумночный сон.
Возвращаться в элитный жилой комплекс «Усадьба Юйцзян» Чжао Цинфэн не стал: время позднее, проще заночевать в жилом комплексе «Престиж».
Бай Сяосин торжествовала. Поездка в Цюндун принесла роскошные плоды: муж больше не гнал её из дома, а его отношение потеплело на несколько градусов. Прогресс налицо!
Глядишь, такими темпами удастся вернуть беглого муженька окончательно и бесповоротно.
Наступила ночь.
Чжао Ее, наболтавшись в машине за целый день до хрипопы, вырубилась едва коснувшись подушки, даже не поужинав.
Чжао Цинфэн наскоро сварганил пару простых блюд и уже собирался будить дочку, как Бай Лиюэ остановила его:
— Оставь её, пусть спит. Набегалась за день, бедняжка.
— Пожалуй, ты права, — согласился он, кивнув.
В этот момент лицо Бай Сяосин резко перекосило, и она с криком сорвалась с места, умчавшись в туалет.
Оба переглянулись.
Спустя пару минут дверь санузла отворилась, и на свет появилась унылая, словно тухлая рыба, Бай Сяосин.
— Что такое? — насторожилась Бай Лиюэ.
Сяосин уныло опустила плечи:
— Тетка приехала.
В этот момент Чжао Цинфэн и Бай Лиюэ синхронно, с облегчением выдохнули.
Бай Сяосин от такого зрелища даже дар речи потеряла:
— Эй, вы чего оба?! Совсем стыд потеряли?!
Переглянувшись вновь, они молча уставились в тарелки, стараясь скрыть ехидные ухмылки.
— Ладно, едим что есть, — кашлянув, произнес Чжао Цинфэн. — Приехала тетка — пей больше горячей водички.
— О да, великий совет — «пей горячую воду»! — заскжетала зубами Бай Сяосин.
Но против природы не попрешь: непутевое женское чрево взбунтовалось не вовремя, и оставалось лишь смириться.
Закончив ужин, Чжао Цинфэн аккуратно перемыл всю посуду.
Стоило ему переступить порог кухни, как в глаза бросилась жена, которая с бледным лицом тыкала в экран телефона, выпалив на одном дыхании:
— Корпорация «Юньтянь» собирается влить целых десять миллиардов в компанию «Синфэн»?!