Глава 250
— Шеф, поезжайте в жилой комплекс «Престиж».
Хотя Чжао Цинфэн действительно направлялся домой, спешка была вызвана другим — предстояло обсудить с Лэн Ни дальнейшие планы, а присутствие болтливой Бай Сяосин этому бы только помешало.
Счастливая Лэн Ни возбужденно затараторила:
— Ой, старик Чжао, тут такое дело!
Мужчина искоса взглянул на неё.
Приложив ручки к груди, та состроила комично испуганную гримасу:
— Я прикончила этого ублюдка Чжан Фана, но кто бы мог подумать, что после смерти он сам превратится в призрака! Ужас какой!
Чжао Цинфэн невольно скривил губы в усмешке. Сама-то ведь ничуть не лучше.
Не дождавшись ответа, призрачная девица удивленно протянула:
— Эй, старик Чжао, ты чего молчишь?
Тяжело вздохнув, Чжао Цинфэн тронул за плечо водителя такси:
— Шеф, не спешите, успеем.
Тот добродушно кивнул:
— Безопасность прежде всего!
Только тогда Лэн Ни смущенно умолкла, натянув виноватую улыбку.
Добрая половина часа ушла на дорогу до комплекса. Поднявшись в квартиру, Чжао Цинфэн первым делом набрал номер Бай Лиюэ.
Трубку сняли мгновенно:
— Цинфэн? Малышка Ее уже у меня, ты заедешь за ней?
— Пусть побудет у тебя, у меня еще пара незаконченных дел.
— Ладно… А когда мы вылетаем в Тяньдун?
Завтра на календаре наступал первый день зимы.
Поразмыслив пару секунд, он ответил:
— Полетим послезавтра.
— Договорились.
Завершив звонок, Чжао Цинфэн перевел взгляд на молча ждавшую его Лэн Ни:
— Ты говоришь, душа Чжан Фана тоже вылетела из тела?
Та кивнула с самым серьезным видом:
— И что нам теперь с ним делать?
Чжао Цинфэн усмехнулся:
— Завтра отправимся навестить его лично.
Лэн Ни опешила:
— Он же теперь бестелесный призрак, как его достанешь?
Закурив сигарету, мужчина произнес всего четыре слова:
— Ты слышала про…
— Про что?
— …рассеивание души?
Услышав это зловещее сочетание, Лэн Ни едва не подскочила на месте.
Даже пребывая в бесплотной форме, она ощутила, как по спине пробежали ледяные мурашки. Нервно хохотнув, она попыталась свести всё к шутке:
— Т-ты ведь шутишь, правда?
Парень покачал головой с абсолютно непроницаемым выражением лица:
— Никаких шуток.
На несколько минут в комнате повисла тягостная тишина.
Докурив сигарету, Чжао Цинфэн бросил окурки в пепельницу:
— Отдыхай пока здесь. В доме семьи Чжан сегодня ночью будет жарко, разберемся со всем завтра утром.
Поскольку Лэн Ни всё еще не растворилась в воздухе, он логично предположил, что физическая оболочка Чжан Фана еще не остыла окончательно, но особого значения этому не придал.
Когда он уже направлялся к дверям спальни, призрачная девушка окликнула его:
— Старик Чжао!
Остановившись, он обернулся:
— Что еще?
Помявшись с секунду, Лэн Ни грустно улыбнулась:
— Да так… Просто хотела пожелать тебе спокойной ночи. До завтра.
Чжао Цинфэн кивнул в ответ:
— И тебе спокойной ночи. Увидимся.
Щелк.
Клавиша выключателя погрузила гостиную во мрак.
Лэн Ни бесшумно скользнула к панорамному окну. Смотря на сверкающие огни ночного мегаполиса, она впервые ощутила столь острую, щемящую тоску.
Смерть Чжан Фана больше не волновала её.
Огромный ночной Тяньнань продолжал жить своей бурной жизнью: ревели моторы дорогих авто, перемигивались рекламные щиты, а душа девушки заходилась от белой зависти.
Никакие богатства или власть не стоили и ломаного гроша по сравнению с возможностью просто дышать.
Стоило умереть, как всё теряло смысл. Даже любить кого-то можно было лишь издалека…
— Эх… — тихо прозвучал надломленный вздох в пустой комнате.
…
Наступило утро.
Выйдя из спальни, Чжао Цинфэн мимоходом бросил сидевшему на подоконнике призраку:
— Доброе утро.
Заметив его, Лэн Ни лучезарно улыбнулась в ответ:
— Доброе!
Проведя на ногах всю ночь без сна и усталости, она в полной мере прочувствовала всю специфику своего нового существования.
Закончив утренние процедуры и накинув легкий джемпер, парень направился к выходу:
— Собирайся, пора закрывать гештальт с этим ублюдком.
Лэн Ни безмолвной тенью последовала за ним.
Хотя на дворе стояло первое декабря и температура воздуха упала ниже нуля, сам Чжао Цинфэн щеголял в легком свитере, даже не притрагиваясь к висевшему на локте пальто.
В лифте спутница зябко поежилась:
— Слушай, тебе совсем не холодно?
Мужчина отрицательно качнул головой — его физические показатели давно перешагнули рамки обычного человека.
Вспомнив недавнюю поездку на велосипеде к дому Бай Лиюэ, когда он крутил педали больше получаса без единой передышки и даже не вспотел, он понял, что простым смертным такое было просто не по силам.
Лэн Ни хихикнула, пытаясь разрядить обстановку:
— Я вот тоже абсолютно не мерзну!
Лукаво ухмыльнувшись, Чжао Цинфэн дождался, пока они спустятся в безлюдный подземный паркинг, где не было камер наблюдения, и резко перехватил её за запястье.
Одетая в тоненькое шелковое платьице призрачная девушка мгновенно ощутила мертвящий холод и испуганно выдохнула:
— Ай, ледяной какой!
— Ха-ха! — рассмеялся он.
Смерив его гневным взглядом прекрасных глаз, она наигранно надула губки:
— Противный!
Впрочем, на душе у неё отчего-то стало тепло.
Больше не донимая спутницу шуточками, Чжао Цинфэн сел за руль своего старенького Audi.
Машина плавно выехала со двора, направляясь прямиком к родовому гнезду клана Чжан.
Но стоило им приблизиться к парадным воротам поместья, как перед глазами предстала толпа зевак и вереницы припаркованных автомобилей.
Масштабы траура явно превышали привычные рамки.
Внутри и вокруг усадьбы яблоку негде было упасть — повсюду суетились телохранители в строгих костюмах и дежурные наряды полиции.
Но больше всего поражало количество элитных машин и влиятельных лиц, лица многих из которых Чжао Цинфэн прекрасно помнил по вчерашнему дню рождения Су Цюрань.
Нахмурившись, он заглушил мотор, вышел из машины вместе с призраком и направился к главному входу.
Охрана бросила на него пару настороженных взглядов, но чинить препятствия не стала.
Шагнув во двор, он еще издали услышал надрывные, фальшивые причитания плакальщиц.
Большинство гостей прибывало лишь ради приличия — отдать дань уважения покойному, зажечь пару ароматических палочек и поспешно ретироваться.
Поток людей непрерывно сменял друг друга.
Среди присутствовавших нашлись и те, кто лично знал Чжао Цинфэна. Припомнив вчерашний триумф с поддержкой Чэнь Леси, они почтительно кивали ему издалека:
— Здравствуйте, господин Чжао!
Даже не зная их имен, парень вежливо кивал в ответ, изредка пожимая протянутые руки.
Благодаря авторитету безумной девчонки, его собственный статус в глазах местных тузов вырос на несколько ступеней.
Переступив порог главного зала особняка, он уперся взглядом в массивный траурный гроб из ценных пород дерева, установленный в центре.
На коленях перед ним забилась в истерике группа родственников, а в углу, не переставая дымить сигаретой сменяющимися окурками, сидел убитый горем Чжан Тяньюн с покрасневшими воспаленными глазами.
Стоило Чжао Цинфэну перешагнуть порог, как старик вскинул голову. Их взгляды встретились.
— Это ты! — прохрипел Чжан Тяньюн.
Не удостоив его ни единым словом, Чжао Цинфэн молча подошел к гробу и остановился в изголовье, глядя на безжизненное лицо мажора.
Никаких поклонов. Никаких благовоний.
Медленно поднявшись на ноги, отец покойного сорвался с места. Шагая чеканным, полным ненависти шагом, он прошипел сквозь зубы:
— Чжао Цинфэн! Отвечай мне прямо — это твоих рук дело?!
Вопли плакальщиц оборвались в единую секунду. В тишине зала все присутствующие уставились на них с замиранием сердца.
Несколько сотрудников полиции тут же насторожились, положив руки на кобуру.
Чжао Цинфэн лишь легко улыбнулся:
— Уважаемый председатель, вы часом не перебрали с утра?
Глаза Чжан Тяньюна налились кровью от бессильной ярости. Потеря рассудка от горя сквозила в каждом его движении:
— Мой сын перешел тебе дорогу! У тебя были все мотивы! Отвечай, мерзавец, ты ли убил его?!
Его голос громыхал под сводами потолка, но Чжао Цинфэн даже бровью не повел. С легкой издевкой в голосе он ответил:
— Господин Чжан, громкость голоса не делает вас правым. А от чего именно окочурился ваш сынок — пусть разбираются дознаватели в форме.
Тяжело дыша и стиснув зубы до скрежета, старик прорычал:
— Мне плевать на закон! Тот, кто посмел поднять руку на моего мальчика, испил бы чашу мук до самого дна, кто бы за ним ни стоял!
Лениво пожав плечами, Чжао Цинфэн демонстративно развернулся к выходу.
Чжян Тяньюн прожигал взглядом его удаляющуюся спину, до крови впившись ногтями в ладони.
— Это он! Он убил меня! Не отпускайте его! — вдруг раздался откуда-то сверху истошный вопль.