Глава 2 - Чжао Цинфэн перевернул стол
Чжао Цинфэн перевёл дух, кивнул и уже шагнуть за порог, как сестра жены окликнула его:
— Постой.
Он замер и обернулся:
— Что ещё?
Бай Лиюэ была на год старше Сяосин, но моложе самого Цинфэна. Впрочем, из уважения к статусу родственницы он всегда звал её сестрой Лиюэ. Обе сестры Бай обладали редкой, вызывающей красотой. Сейчас Лиюэ стояла в шелковой сорочке на тонких лямках, и её пышные формы выглядели весьма соблазнительно, но Цинфэну было абсолютно не до того.
— Куда ты собрался на ночь глядя? — недоверчиво спросила Лиюэ. — И где Сяосин?
— Она ужинает по работе, я поеду заберу её, — сухо отозвался Цинфэн.
Однако лицо его в этот момент менее всего походило на лицо любящего мужа, спешащего за женой. Лиюэ подозрительно смерила его взглядом, но всё же отступила:
— Ну иди.
Выгнав машину из подземного паркинга, Чжао Цинфэн ощутил, как внутри нарастает сжигающая ярость. Кадр, где его жена переплетает руки с чужим мужчиной, стоял перед глазами ядовитым клеймом. Ужасная догадка, от которой разрывалась душа, превращалась в неоспоримый факт: жена ему изменяет!
Пальцы так сжали руль, что побелели костяшки.
Адрес банкета был указан в описании к видео: отель «Тяньнань» — самое роскошное заведение города, где скромный посиделки обходились минимум в десятки тысяч юаней.
Припарковавшись, Цинфэн закурил и тяжелым, чеканным шагом вошел в сияющий огнями холл. Каким бы ни был финал, он встретит его лицом к лицу.
Узнав у официанта, что банкетные залы расположены на втором этаже, он поднялся по лестнице. Едва подойдя к первой же VIP-ложе, Цинфэн услышал звонкий, бархатистый голос жены:
— Успех нашей компании — это заслуга каждого из присутствующих! Я поднимаю этот бокал за вас и благодарю за неустанный труд!
В её голосе звучала игривая лёгкость — трудно было поверить, что эта женщина уже шесть лет как мать.
— Госпожа Бай, это вам спасибо!
— За госпожу Бай!
— И за господина Чжана! Если бы не его талант, у нас не было бы этого праздника, ха-ха!
В зале царила атмосфера веселья и непринужденного триумфа.
Чжао Цинфэн сделал глубокий вдох и без стука толкнул массивную дверь.
Шум мгновенно стих. Десятки глаз уставились на вошедшего мужчину с немым изумлением.
Взгляд Цинфэна мгновенно нашел Бай Сяосин. На ней было облегающее чёрное платье, обнажающее гладкие плечи и хрупкие ключицы. Иззящная талия переходила в соблазнительный изгиб бёдер. Держа в тонких пальцах бокал с вином, она застыла, а на её раскрасневшемся от алкоголя лице отпечаталось крайнее изумление.
Впрочем, статусный руководитель взял верх, и Сяосин быстро выдавила улыбку:
— Милый? Ты приехал за мной? Ты ел? Присесть с нами не хочешь?
— Так это муж госпожи Бай... А я-то думаю, отчего лицо знакомое, — пронеслось по залу с облегчением.
Однако несколько человек переглянулись, бросив весьма двусмысленные взгляды на молодого человека, сидевшего по правую руку от Сяосин.
Юноша был чертовски хорош собой — разве что едва уступал самому Цинфэну. Он сидел вплотную к Сяосин, и при виде мужа его улыбка на миг оцепенела, но он тут же взялся играть роль дружелюбного хозяина:
— Это брат Чжао? Проходи, садись на моё место! — Он поднялся, демонстрируя готовность уступить стул.
Но Бай Сяосин лишь беззаботно махнула рукой:
— Да брось, Цзысюань, сиди! Моему мужу всё равно где сесть, мы уже закругляемся, зачем лишняя суета?
Чжан Цзысюань тут же опустился обратно, воровато улыбнувшись:
— Спасибо, сестрица Сяосин! — После чего перевёл взгляд на Цинфэна. В этом взгляде отчетливо читался дерзкий, провокационный вызов.
Чжао Цинфэн криво усмехнулся:
— Что ж, тогда я просто постою рядом.
Он выдвинул свободный стул, сел, достал сигарету и закурил, даже не прикоснувшись к приборам. Его тяжелый, пристальный взгляд навис над столом, и атмосфера праздника в мгновение ока стала удушающе натянутой.
Бай Сяосин нахмурилась, недовольно метнув на мужа строгий взгляд, но попыталась разрядить обстановку:
— Ну же, коллеги, продолжаем! Угощайтесь!
В табачном дыму глаза Цинфэна казались темнее ночи. И тут Чжан Цзысюань, взяв сервировочные палочки, заботливо положил в тарелку Сяосин отборного моллюска:
— Сестрица Сяосин, эти морские ушки просто божественны, съешь еще!
Сяосин сначала опешила, но тут же мягко улыбнулась:
— Спасибо, Цзысюань! — Она отправила угощение в рот и с чувством произнесла: — Ты так тяжело трудился в последнее время, ночами не спал, закрыл два грандиозных проекта... Скажи, какую награду ты хочешь? Может, дать тебе отпуск?
Цзысюань качнул головой и, не отрывая нежного взгляда от Сяосин, тихо ответил:
— Мне не нужен отпуск. Сестрица так добра ко мне, я хочу работать еще усерднее, чтобы отблагодарить тебя за заботу!
— Ах, Цзысюань, я в тебе не ошиблась! — расцвела Сяосин. — Проси всё, что душе угодно, всё устрою!
Взгляд юноши стал ещё более глубоким и откровенным:
— Я хочу лишь одного — всегда быть рядом с тобой и видеть твои успехи...
Хлоп! Хлоп! Хлоп!
Одиночные, звонкие аплодисменты разрезали тишину.
Все присутствующие вздрогнули и обернулись к Чжао Цинфэну, который аплодировал с абсолютно ледяным выражением лица.
Бай Сяосин снова сжала губы.
— Какая трогательная братская любовь, — с лёгкой, ядовитой улыбкой произнёс Цинфэн. — Раз уж дело дошло до таких признаний, вам, наверное, стоит обняться?
Лицо Сяосин изменилось, и она вспыхнула:
— Чжао Цинфэн! Что за глупости ты несешь?! К чему этот яд?
— Яд? — Цинфэн хохотнул. — А ты спроси у своих коллег, насколько тошнотворно выглядит ваш флирт со стороны!
— Ты назвал нас тошнотворными?! — Сяосин не верила своим ушам. Этот мягкий, уступчивый муж… как он смеет говорить с ней в таком тоне?!
— О, у меня есть слова и похуже. Хочешь послушать?
Сяосин опешила, её глаза наполнились гневом.
«Подумаешь, не посидела с тобой в твой день рождения!..» — сжала она кулаки и процедила:
— Прекрати устроить сцены на пустом месте! Дома поговорив. Если не хочешь везти меня домой — уходи. Ты портшь людям праздник!
— Порчу праздник? — Чжао Цинфэн поднялся, обвёл присутствующих безумным взглядом, взялся за край тяжелого дубового стола и с диким криком рванул его вверх: — Да пошли вы на хрен со своим праздником!