Глава 194 - Сестринское единство?
Чжао Цинфэн сделал глубокий вдох, пытаясь унять бешено колотящееся сердце, и лишь затем произнёс:
— И… о чём же поговорим?
— О чём угодно, — тихо ответила Бай Лиюэ. — Мне что-то не спится.
— Хе-хе, — Чжао Цинфэн выдавил сухой смешок. — Как это не спится? Бессонница?
— Да нет.
Бай Лиюэ бросила взгляд в щель приоткрытой двери: сестра сидела на диване, уставившись в одну точку.
Вот уже два дня она была в таком странном, нервном состоянии.
Бай Лиюэ не стала рассказывать Чжао Цинфэну о Бай Сяосин, лишь тихо вздохнула:
— Я думаю о том, что тебе рано или поздно придётся жениться. И когда это случится, Ее будет очень тяжело принять новую маму.
Чжао Цинфэн при этих словах тоже замолчал, и лишь спустя долгую минуту ответил:
— Поэтому я и планирую жениться только после того, как она поступит в университет.
— Всё не так просто, — возразила Бай Лиюэ. — Я сегодня видела в интернете один ролик: женщина одна подняла детей, а когда решилась снова выйти замуж, дети её не приняли. Иными словами, даже когда Ее станет взрослой, если у тебя появятся какие-то планы, она вполне может тебе помешать.
Так уж устроено общество: многие молодые люди не понимают, через что пришлось пройти старшему поколению, и считают, что в зрелом возрасте вступать в новый брак — это лишь повод для насмешек.
Чжао Цинфэн нахмурился:
— Так ты к чему клонишь?
Бай Лиюэ понизила голос:
— Я к тому, что тебе нужно любым способом найти подход, чтобы Ее это приняла.
— Чтобы Ее приняла…
Чжао Цинфэн горько усмехнулся:
— Ты же видела, как Ее относится к Чэнь Лэси. Кроме меня и Бай Сяосин, она больше всех любит… тебя.
На этом слове он внезапно осекся.
Бай Лиюэ тоже молчала, чувствуя, как краска заливает щёки.
Оба замолчали. Сердце Бай Лиюэ билось всё быстрее, и наконец она проговорила:
— Ладно, ты… ты подумай хорошенько. Я… я пойду спать.
С этими словами она в панике повесила трубку.
В эту самую минуту в комнату вошла Бай Сяосин и как бы невзначай поинтересовалась:
— Сестрёнка, с кем это ты только что разговаривала?
— Н-ни с кем! — Бай Лиюэ испуганно вздрогнула, не решаясь встретиться с сестрой взглядом.
Бай Сяосин удивилась, но углубляться не стала. Подойдя к кровати, она посмотрела на спящую поверх одеяла, скрючившуюся, словно лягушонок, Чжао Ее и с горькой улыбкой проговорила:
— Сестрёнка, муж заблокировал меня в «Вичате». Что же мне теперь делать?
— Заблокировал… — Бай Лиюэ на мгновение задумалась. — Ну так если что-то нужно, ты можешь просто позвонить ему.
Бай Сяосин покачала головой, и в голосе её послышалась боль:
— Я не понимаю. Я просто боюсь, что его снова кто-нибудь подставит. Я хочу ему помочь, так почему же он так злится?
— Возможно, у него уже есть свой план, и он не хочет, чтобы ты вмешивалась, — немного подумав, предположила Бай Лиюэ.
— Ах, — Бай Сяосин тяжело вздохнула. — Наверное, ты права… Теперь, когда всё уже случилось, я хочу пойти к нему, но боюсь, что он станет меня ещё больше презирать. Я… я просто не знаю, что делать.
Лицо её было исполнено отчаяния.
На прекрасных чертах застыла целая буря чувств: обида, печаль, затаённая горечь…
— Сяосин, — Бай Лиюэ кашлянула и осторожно проговорила: — По-моему, если уж не получилось быть мужем и женой, можно остаться друзьями. Может, стоит оглянуться по сторонам, присмотреться к другим — вдруг найдётся кто-то лучше…
— Сестрёнка, как ты можешь такое говорить?!
Не дав сестре договорить, Бай Сяосин, широко распахнув глаза, в шоке перебила её.
Бай Лиюэ нахмурилась:
— А что не так с моими словами?
— Конечно не так! — Бай Сяосин, разволновавшись, воскликнула: — Я люблю только своего мужа! Никаких там «других пейзажей» для меня не существует! Пока я жива, я буду добиваться его возвращения!
Слушая это, Бай Лиюэ почувствовала, как у неё разболелась голова, а на душе стало тяжело.
Она поймала себя на странной мысли: ах, если бы Гу Чэн не умер, может, у Бай Сяосин появился бы другой выбор…
Бай Сяосин бросила на сестру укоризненный взгляд:
— Сестрёнка, больше так не говори! То, что меня заблокировали, — это ещё полбеды. Главная проблема — эти женщины: Чэнь Лэси, Су Цюрань, а теперь ещё и Лэн Ни объявилась. Одной мне с ними не справиться. Сестрёнка, ты должна мне помочь.
Сердце Бай Лиюэ отчаянно забилось:
— И… как я могу тебе помочь?
Бай Сяосин задумалась:
— А почему бы тебе не пойти к моему мужу…
— Хорошо, я завтра же перееду туда!
Слова вырвались у Бай Лиюэ почти непроизвольно. В последнее время она так жалела о своём уходе, что будь у неё второй шанс, она ни за что бы не ушла, стерпела бы любые неудобства, лишь бы остаться.
— Переедешь? Куда переедешь?! — Бай Сяосин опешила. — Я имела в виду — устроиться на работу в его компанию!
— А?
Бай Лиюэ приоткрыла рот, и на лице её отразилось разочарование.
— Ну стань постоянной стримершей «Цзюмей»! Когда ты там появишься, мой муж будет только рад. А главное — мне кажется, что эта Чжоу Мэй тоже что-то замышляет! — Бай Сяосин, не придав значения оговорке сестры, продолжила размышлять вслух: — В прошлый раз, когда муж лежал в больнице, она столько времени провела с ним в одной палате. Эта старая карга наверняка точит зуб на моего мужа!
— Ну уж нет, — Бай Лиюэ покачала головой. — Не думаю, что у Чжао Цинфэна такая уж большая привлекательность.
— Есть! Точно есть! — уверенно заявила Бай Сяосин. — Этой женщине уже под пятьдесят, а она всё не замужем. Чувствую, она тоже представляет угрозу.
— Ей от силы лет тридцать с небольшим, а ты уже насчитала пятьдесят, — фыркнула Бай Лиюэ. — Так и до предвзятости недалеко.
— Ай, не бери в голову такие мелочи! — Бай Сяосин махнула рукой. — Главное — не дать этим женщинам добиться своего! Сестрёнка, ты же не хочешь потерять такого замечательного зятя?
Бай Лиюэ, вспомнив о чём-то своём, покраснела и опустила голову:
— Цинфэн и Ее — моя семья. Конечно, я не хочу видеть его с другими…
— Вот именно! — Бай Сяосин обрадовалась и даже в ладоши хлопнула. — Ты права, сестрёнка: зять — тоже семья! Значит, ты должна мне помочь. Если мы, сёстры, будем действовать сообща, всем этим пичугам придётся потесниться!
— Ну… хорошо…
…
Повесив трубку, Чжао Цинфэн долго размышлял.
Что же она имела в виду?
«Подумать хорошенько… О чём подумать?»
А если по-честному, то если бы это была Бай Лиюэ, Чжао Ее наверняка бы не возражала, а может, даже была бы рада…
Эта мысль заставила сердце Чжао Цинфэна учащённо забиться.
Но тут же перед его мысленным взором всплыли другие лица: страстная Чэнь Лэси, понимающая Су Цюрань, а ещё Чжоу Мэй…
Поразмышляв ещё немного, Чжао Цинфэн тяжело вздохнул и пробормотал себе под нос:
— Чжао Цинфэн, Чжао Цинфэн… Ну ты и кобель.
Он понимал, что кого бы он ни выбрал, без сожалений не обойдётся.
А потому решил не мучить себя мыслями и просто лечь спать.
Будь что будет — там видно будет.
На следующий день.
Чжао Цинфэн поднялся без десяти семь.
Умывшись и спустившись вниз, он уже собрался звонить Цзоу Юю, как вдруг заметил припаркованный у входа «Майбах».
С лёгким удивлением он подошёл ближе и увидел, что окна в машине опущены, а внутри сидят Цзоу Юй и Ся Чжу.
Заметив Чжао Цинфэна, оба поспешно вышли из машины.
Чжао Цинфэн спросил:
— Вы… что, всю ночь здесь просидели?
— Мы обязаны охранять господина Чжао, — серьёзно ответил Ся Чжу.
Зрачки Чжао Цинфэна дрогнули. Он усмехнулся:
— Ночью-то надо спать.
— Господин Чжао, мы спали прямо в машине! — сказал Цзоу Юй.
Чжао Цинфэн посмотрел на этих двоих молодых людей, и в душе его что-то шевельнулось. Помолчав пару секунд, он рассмеялся:
— Ха-ха! Ну что ж, видно, придётся мне вам прибавку к жалованью сделать.