Глава 159 - Улики неопровержимы
Глаза Чжугэ Яна вспыхнули, и он, ухмыльнувшись, воскликнул:
— Ни фига себе, да у тебя зарплата-то, оказывается, будь здоров! Сегодня придётся как следует тебя разорить.
С этими словами он уселся за стол.
Впрочем, Чжао Цинфэн подметил: тело начальника оставалось напряжённым, словно сжатая пружина, готовое в любой миг сорваться с места и рвануть вперёд. И хоть на губах его играла улыбка, краешки глаз то и дело скользили по сторонам, цепко ощупывая взглядом каждый угол зала. Он был начеку.
«Истинный сыщик, каких поискать», — мысленно похвалил его Чжао Цинфэн.
Не тратя слов попусту, он заметил, что мужчина в очках лишь мельком глянул в их сторону и снова уткнулся в свою тарелку. Тогда Чжао Цинфэн взял меню и, не глядя, ткнул пальцем в пару блюд. А затем быстро застучал по экрану телефона.
[Прямо перед тобой, слева. Мужчина в сером костюме и очках — убийца.]
Зрачки Чжугэ Яна сузились. Он-то рассчитывал, что появятся хоть какие-то зацепки, но чтобы сам преступник сидел здесь, прямо перед ним... Это же надо, какая удача! Он скользнул взглядом по залу, затем вытащил сигарету и, улыбнувшись, протянул руку к Чжао Цинфэну:
— Дай-ка прикурить.
Чжао Цинфэн похлопал себя по карманам и с досадой покачал головой:
— Чёрт, зажигалку где-то обронил.
Чжугэ Ян, изобразив на лице лёгкое раздражение, поднялся и, подойдя к мужчине в очках, вежливо попросил:
— Слышь, друг, огоньку не найдётся?
В глазах очкарика мелькнула настороженность, но, не придав этому значения, он полез в карман и протянул сыщику зажигалку.
Но стоило его пальцам сомкнуться на металле, как Чжугэ Ян молниеносным движением вывернул ему руку за спину и припечатал лицом к столу, холодно бросив:
— Не двигаться!
По залу прокатилась волна изумлённых возгласов. Очки мужчины съехали набок, он задёргался, пытаясь вырваться, но хватка у сыщика была железной. Чжугэ Ян, не тратя времени, ловко защёлкнул на его запястьях наручники, и лишь тогда окружающие поняли: перед ними полицейский.
Чжао Цинфэн всё это время стоял в стороне, наблюдая за происходящим. Для него этот тип не был бы и противником — пара секунд, и всё кончено. Но он намеренно уступил эту славу Чжугэ Яну. Такая услуга может аукнуться в будущем. Всё же поимка такого зверя — как минимум орден второй степени.
— Ты кто такой?! Отпусти меня немедленно! — заорал очкарик, захлёбываясь паникой.
— Я следователь по особо важным делам. И ты прекрасно знаешь, за что я тебя взял, — спокойно ответил Чжугэ Ян.
— Я ничего не знаю! Ничего! — голос мужчины сорвался на визг. — Я преподаватель колледжа! Вы не имеете права! Я буду жаловаться на вас!
— Тварь вроде тебя — и учитель? — усмехнулся сыщик.
В этот момент в дверях ресторана показались двое в форме. Они быстро подошли и, подхватив очкарика под руки, поволокли его к выходу.
Всё произошло в считанные секунды. С той самой минуты, как Чжао Цинфэн указал на убийцу, Чжугэ Ян ни на миг не усомнился и без единого вопроса ринулся в бой. Такая решимость вызывала уважение. Чжао Цинфэн невольно покачал головой, восхищённый.
Он двинулся следом за процессией. Официант, только что принёсший заказ, растерянно смотрел им вслед, держа поднос с дымящимися тарелками:
— А это... как же? Есть-то будем?
---
Комната для допросов. Гул неоновой лампы, бетонные стены, металлический стол.
— Имя, — ледяным тоном произнёс Чжугэ Ян.
Очкарик, уже успевший взять себя в руки, глубоко вздохнул и ответил:
— Сунь Тун.
— Где ты был с марта по июнь две тысячи восемнадцатого года?
— Работал в Тяньнане. — Сунь Тун пожал плечами, стараясь казаться невозмутимым.
Чжугэ Ян скользнул взглядом по материалам дела. В тот год поступило сообщение о зловонии, идущем из одного дома. Когда полиция вскрыла дверь и спустилась в подвал, многих вывернуло прямо на месте.
В клетке, прикованные цепями, лежали три тела. Повсюду кровь, следы пыток, отсутствующие части тел. ДНК-экспертиза подтвердила: это сёстры Лу, пропавшие тремя месяцами ранее. Это было чудовищно. Просто чудовищно.
То дело прогремело на весь город. Начальство отдало приказ: раскрыть за три дня. Чжугэ Ян тогда ещё не работал в отделе. Следователи, изучив записи с камер, вышли на мужчину ростом под метр восемьдесят, но тот был в кепке и медицинской маске, и лица разглядеть не удалось.
А вот улик на месте преступления было... слишком много. Волосы, частички кожи — сотни образцов, принадлежащих разным людям. В таком бардаке невозможно было вычленить следы настоящего убийцы.
Целых полмесяца расследование топталось на месте. Дом был старый, заброшенный, стоял на окраине, камер там почти не было. Постепенно дело легло на полку. Они тогда решили, что убийца, скорее всего, сбежал из Тяньнаня. Но он, сука, остался. И даже устроился преподавать.
Сунь Тун усмехнулся:
— Офицер, чтобы меня арестовать, нужны основания, верно?
— Похищение, лишение свободы, изнасилование, убийство... Этого хватит? — бесстрастно ответил Чжугэ Ян.
— Чушь! — Сунь Тун нахмурился. — Вы что, перепутали меня с кем-то? С каких пор полиция хватает людей бездоказательно? И где ордер на арест, кстати?
Чжугэ Ян промолчал. Факт оставался фактом: прямых улик у него не было.
Чжао Цинфэн терпеливо ждал в коридоре. Рядом с ним, едва сдерживая дрожь, стояли три девушки — сёстры Лу. Они неотрывно смотрели на закрытую дверь кабинета, и в их призрачных глазах пылала смесь надежды и отчаяния.
Наконец дверь открылась. Чжугэ Ян вышел, хмуря брови:
— Упорствует. Говорит, я ему руку вывихнул, требует медосмотр и компенсацию морального вреда.
Он был взбешён. Чжугэ Ян, конечно, верил Чжао Цинфэну. Профессиональное чутьё подсказывало: этот Сунь Тун — тот самый. Но без доказательств даже явного преступника не посадить.
Чжао Цинфэн ничуть не удивился такому повороту. Он ожидал, что Сунь Тун будет отпираться до последнего. Сознайся он — и пуля обеспечена, причём без права на апелляцию. Поэтому, пока Чжугэ Ян был в кабинете, он уже успел переговорить с сёстрами.
— Есть улики! — с улыбкой заявил он.
Глаза Чжугэ Яна вспыхнули:
— Какие? Где?
— За мной!
Чжао Цинфэн сел в свой старенький «Ауди» и поехал вперёд, сёстры Лу бесшумно скользили рядом. За ним, включив проблесковые маячки, тронулась полицейская машина.
— Это ещё что за место? — удивился Чжугэ Ян, когда они остановились у старой пятиэтажки в запущенном дворе. Чжао Цинфэн уверенно поднялся на третий этаж и замер у одной из дверей.
— Квартира какого-то дальнего родственника Сунь Туна. Тот давно уехал за границу, ключи остались у нашего фигуранта. Сам он сюда не наведывается, так что и проверить некому было.
Чжао Цинфэн не стал договаривать — и так ясно, что внутри что-то есть.
Чжугэ Ян кивнул и тут же принялся названивать, вызывая специалистов. Минут через десять к дому подошёл мужчина в форме с чемоданчиком инструментов.
— Старина Чжуан, справишься с замком? — спросил Чжугэ Ян.
Чжуан, бегло осмотрев дверь, усмехнулся:
— Пять минут.
Натянув перчатки, он поколдовал с отмычками, и через несколько мгновений дверь бесшумно распахнулась.
«В отделе всё же собрались умельцы», — мысленно отметил Чжао Цинфэн.
Они осторожно вошли внутрь. По указанию сестёр Лу Чжао Цинфэн прошёл в спальню и, наклонившись, вытащил из-под кровати чёрный кожаный чемоданчик.
— Он самый.
Чжугэ Ян глубоко вздохнул и, натянув перчатки, открыл крышку.
Внутри, аккуратно уложенные, стояли три стеклянные банки. В каждой — законсервированный в формалине кусок человеческой плоти.
Даже у видавшего виды Чжао Цинфэна лицо окаменело. Ледяная ярость сжала грудь.
Старшая из сестёр Лу, завидев эти банки, задрожала, вспоминая агонию при жизни. Её губы беззвучно шевелились, а слёзы, невидимые миру, катились по призрачным щекам. Младшие же сёстры, не в силах смотреть на это, сжались в комок и, всхлипывая, опустились на корточки, спрятав лица в ладонях.
Щёлк. Щёлк.
Полицейские, сохраняя мрачное молчание, фиксировали находку, снимали отпечатки с банок. Улики были неопровержимы.