Глава 84. Первому Императору нужно оформить паспорт
До своего переноса в этот мир Лю Ди глубоко почитал лишь единиц из исторических деятелей, и человек, стоявший перед ним, занимал среди них первое место. А уж после рассказов Бианя уважение юноши к великому правителю лишь возросло. Не прояви он стойкость в древности — Голубая Планета давным-давно превратилась бы в кровавое месиво под когтями Цюнци, а человеческий род был бы стёрт с лица земли. Его вклад в спасение людей превосходил всё, что было записано в пыльных хрониках, просто те великие подвиги так и остались скрыты от потомков.
Световая фигура, казалось, услышала его слова. Призрак едва заметно дрогнул, а его туманные черты пришли в движение. Он изо всех сил пытался использовать последние крупицы духа, чтобы передать послание:
— Потомок… Голубой Планете… нельзя… возрождаться… Иначе… постигнет…
Слова оборвались. Призрачный силуэт начал стремительно таять. Начиная с ног, он превращался в золотистую пыль, которую развевал невидимый сквозняк.
Лю Ди резко протянул руку, но его пальцы лишь прошли сквозь угасающий свет.
— Да ты можешь толком объяснить, уважаемый?! — с досадой выдохнул Лю Ди.
Больше всего он терпел не могу любителей изрекать туманные фразы, а ещё больше — тех, кто драматично умолкал на самом интересном месте. «Нельзя возрождаться»? Что значит «постигнет»? Кто постигнет? Что случится? Испугался на полуслове и сгинул, оставив его гадать над загадкой!
Лю Ди вскинул ладонь, на которой тут же закружилась нежно-зелёная аура.
Дао Первозданной Жизни. Воссоздание истины, возврат к истокам и пересборка бытия.
— А ну-ка оживай обратно, Первый Император! — скомандовал юноша.
Он не знал, сработает ли это: хотя его Дао было способно возвращать усопших, истинная природа Первого Императора оставалась загадкой. Впрочем, попытка не пытка! Позволить этому загадочному призраку развеяться и оставить его в дураках — вот что действительно раздражало.
Изумрудный свет волной хлынул из его руки, окутывая тающую тень. Развеивание призрака сначала замедлилось, замерло, а затем процесс повернул вспять! Золотистые крупицы начали стремительно слетаться обратно, обретая плотность, форму и плоть. Из небытия — в реальность, из призрачного света — в живого человека.
Лю Ди заворожённо наблюдал за этим процессом, думая про себя: «А ведь чертовски удобная штука!» Интересно, тот практик Царства Императоров из глубокой древности тоже погиб? И если да, сможет ли он вернуть и его? Если Дао Первозданной Жизни способно воскрешать даже правителей такого уровня, то до каких высот он сам уже сумел дорасти?
Впрочем, размышлять было некогда — формирование завершилось.
В склепе стоял живой человек. Он был почти на голову выше Лю Ди. Он просто неподвижно замер, не произнося ни слова, но сама атмосфера в подземной усыпальнице изменилась до узнаваемости — казалось, само небо и земля по праву рождения обязаны клониться перед ним.
Мужчина опустил взгляд, сжал ладонь в кулак, разжал и снова сжал. Затем медленно вскинул голову и уставился на Лю Ди. В его глазах не было ни капли растерянности, ни сумбура, ни шока от чудесного спасения — лишь глубокое спокойствие и едва уловимая оценка.
— Это ты вернул Чжэна к жизни? — глубоким, бархатистым голосом спросил он.
Лю Ди молча кивнул.
Первый Император на мгновение замолк. Его взгляд скользнул по скромному склепу, по голым каменным стенам. После чего он произнёс абсолютно ровным тоном, словно констатируя очевидный факт:
— Похоже, Великая Цинь, воплотив заветы Чжэна, взрастила народ, где каждый подобен дракону. А уж бессмертных практиков ныне — не счесть. — Он сделал паузу, и уголки его губ тронула едва заметная горделивая улыбка. — В конечном счёте Чжэн добился своего.
Лю Ди продолжал хранить молчание. Он банально не знал, с чего начать. «Каждый подобен дракону»? «Бессмертные практики»? Да Империя Цинь пала тысячи лет назад!
Впрочем, Первый Император, похоже, и не ждал ответа. Он выпрямился во весь рост, и его лицо вновь стало суровым:
— Ты спас Чжэна, и Чжэн не останется в долгу. — Его голос зазвучал с непререкаемой мощью:
— Чжэн дарует тебе титул Тайвэя — верховного командующего всеми войсками государства. Отныне вся армия Поднебесной подчиняется твоим приказам!
Лю Ди окончательно опешил.
Тайвэй? Верховный командующий? Вся армия Поднебесной?
Юноша открыл рот, но так и не нашёл слов. Этот великий правитель всерьёз полагал, будто его Империя Цинь благополучно процветает и по сей день!
Лю Ди решил начать с самого простого:
— А что именно ты помнишь?
Первый Император слега нахмурил брови:
— Чжэн оставил наказ: когда потомки Великой Цинь обретут достаточную силу, они должны вернуть меня к жизни. Ты пришёл — и Чжэн снова жив. А остальное… — Он не стал договаривать.
Лю Ди всё понял. Он воскресил именно Первого Императора, легендарного правителя, а не того древнего владыку Царства Императоров. Это были две разные личности. Даже если Первый Император являлся его перерождением, он обладал собственной разумом и судьбой. Сам древний владыка мог быть жив и давно покинул Голубую Планету, а вот Первый Император действительно умер и теперь был возвращён к жизни.
Лю Ди поднял руку и мягко коснулся пальцем лба правителя.
Первый Император даже не дернулся, позволяя юноше сделать это. В тот же миг в его сознание хлынул плотный поток информации — вся история Поднебесной со времён династии Цинь и до сегодняшнего дня.
Крах Цинь, возвышение Хан, эпоха Троецарствия, смута сменяющих друг друга династий, расцвет Тан, раскол, процветание Сун, татаро-монгольское иго, эпохи Мин и Цин, революция и становление современной страны.
Объём знаний был колоссальным, но Лю Ди идеально структурировал его, уместив всё в пару дыханий.
Первый Император застыл каменным изваянием. Его выражение лица сменилось с величия на глубокую потрясённость, а затем на острую, жгучую боль. Его пальцы сжались в кулаки так, что побелели костяшки, но осанка оставалась безупречно прямой. Губы шевелились, но не издавали ни звука.
Спустя долгую паузу он едва слышно прошептал:
— Пала?.. — Голос звучат надломленно, словно он спрашивал самого себя:
— Великая Цинь… пала?..
Лю Ди молчал.
Первый Император закрыл глаза, его грудь тяжело вздымалась. Он верил, что созданная им великая империя простоит века и достигнет невероятного расцвета, а вышло что? Она рухнула едва ли не сразу после его смерти! Его сыновья, его верные министры, его великие завоевания — всё обратилось в прах.
Он разжал веки. В его глазах вспыхнула горечь, обида и ярость, но все эти чувства исчезли за долю секунды. Его лицо снова обрело прежнюю невозмутимость. Он оставался Первым Императором — великим властелином, перед которым склонялся весь мир.
Глубоко вздохнув, он посмотрел на Лю Ди:
— Выведи Чжэна отсюда. Я хочу своими глазами увидеть нынешнюю Поднебесную.
Лю Ди кивнул и положил руку ему на плечо. В следующую секунду оба исчезли из склепа.
*
Над городом сияло яркое солнце. Первый Император парил в небесах, глядя на раскинувшийся внизу мегаполис. Вокруг высились стеклянные небоскребы, по улицам мчались нескончаемые потоки автомобилей, а вдали в лучах солнца ослепительно блестела Академия Цзися.
Он жадно вдыхал свежий воздух, в котором переплетались ароматы духовной энергии, городская копоть и тот особый дух жизни, с которым он никогда прежде не сталкивался.
Он смотрел очень долго. А затем прикрыл глаза, и на его губах появилась искренняя, хоть и едва заметная улыбка.
— Чжэн хочет побыть один, — произнёс он.
Лю Ди кивнул:
— Тебе бы для начала паспорт оформить. А то примут за сумасшедшего. В нашем обществе без документов ты даже бутылку воды в магазине не купишь.
Первый Император медленно повернул к нему голову:
— Паспорт?
— Ну… бумажка, подтверждающая, что ты — это ты. Без неё тут шаг сделать нельзя.
Правитель величественно вскинул подбородок:
— Чжэн — это Чжэн. Мне не нужны доказательства.
Лю Ди лишь вздохнул и не стал спорить.