Глава 76 «Пылающая кровь»
Когда настрой изменился и он решил больше не сдерживаться, Ван Сюань ощутил, как всё внутри него преобразилось. Взгляд стал пронзительным – разве может в сердце того, кто идет путем Древнего Искусства, не кипеть горячая кровь?!
В эту эпоху расцвета технологий он старался не привлекать внимания, заботясь лишь о собственной безопасности. Но на него нападали снова и снова, он не раз оказывался на грани жизни и смерти.
И даже тогда он проявлял сдержанность. В самом начале он просто не мог заставить себя добить тех, кто пришел его убить, и оставлял это на долю Цинму.
Сегодня же он вновь почувствовал волну неприкрытой враждебности. Он был уже на пороге формирования ментальной сферы, его чувства обострились до предела, и он ясно ощутил: кто-то желает его смерти!
Терпение лопнуло. Раз уж Лао Чэнь обещал разгрести любые последствия, Ван Сюань решил биться в полную силу!
— Друг, это уже слишком, — заговорил кто-то, подходя ближе и вступаясь за пострадавшего. — Нападаешь и калечишь… Одним ударом отбросил человека на семь метров, у него же грудная клетка провалилась! Как можно быть таким жестоким?!
И он был не один: следом вышли еще четверо или пятеро. На взводе, они обступили Ван Сюаня, а кое-кто даже начал грубо толкаться.
Лицо Ван Сюаня заледенело. — Не трогайте меня, — произнес он. — И держитесь подальше.
— Сначала творит беспредел на глазах у всех, а теперь еще и рта раскрыть не дает? — Выплюнул мужчина лет тридцати с лишним и снова полез толкаться. — Практик Древнего Искусства должен нести в мир справедливость, а не искать повода для драки.
— Почему я его ранил? — Ван Сюань смотрел на него тяжелым, почти осязаемым взглядом, из его глаз будто били ледяные лучи. — Да потому что он делал ровно то же самое, что сейчас делаете вы. Овладеть Ладонью Проникновения в Тайны, притвориться своим, подойти вплотную и нанести якобы случайный толчок… Это и есть ваша хваленая «праведность»?! — Ледяным тоном закончил он.
Дон!
Почти одновременно с последним словом Ван Сюань, не раздумывая, резко выбросил правую ногу. Мужчина, который в очередной раз потянулся к его груди, а на деле готовил удар Ладонью Проникновения в Тайны, буквально взлетел в воздух!
На этот раз удар оказался куда страшнее. Было видно, как грудная клетка несчастного полностью провалилась внутрь, приняв форму подошвы. Отчетливый хруст ломающихся костей заставил окружающих содрогнуться.
Но хуже всего было то, что его пять органов оказались разорваны, а повреждения были настолько серьезными, что тайная сила продолжала разрушительно действовать на шесть внутренностей.
Ван Сюань всё еще контролировал силу. С его нынешними способностями он мог бы одним ударом разнести в щепки многотонную скалу, не говоря уже о человеческом теле.
Он не хотел превращать это место в кровавую бойню, усеянную ошметками плоти и обломками костей – такое зрелище было бы противно ему самому.
Но этот человек был кончен: путь Древнего Искусства для него закрылся навсегда. Ван Сюань же считал себя глубоко законопослушным гражданином, а свои действия – всего лишь необходимой самообороной.
Если бы кто-то мог заглянуть в мысли Младшего Вана и узнать, как он переживает из-за того, что не может добить убийц, как беспокоится, уплатил ли Цинму за него налоги, и как печется о законности своей защиты…
Наверное, каждый бы восхитился: «Какой же честный и порядочный молодой человек!»
Увидев, как быстро и решительно Ван Сюань переломал ребра их товарищу, остальные отбросили всякие сомнения. Они пошли на убийство – это были по-настоящему жестокие люди.
Ху!
Воздух взорвался от резких движений. Все они практиковали Ладонь Проникновения в Тайны. Удары – злобные и стремительные – посыпались на Ван Сюаня со всех сторон, целя в затылок, сердце и виски.
Ван Сюань оставался невозмутим. Он выставил блоки. Хваленая Ладонь Проникновения в Тайны его не пугала: после шестого этапа Искусства Золотого Тела его с трудом брали даже пули, что уж говорить о руках этих людей, за которыми не стояло по-настоящему великих личностей.
Он слишком долго сдерживался. Теперь же кровь кипела, глаза сияли, словно острые мечи, и он не знал жалости. Несколько жестких блоков – и руки нападавших переломились, как сухие ветки.
Следом, под глухие удары, он раскидал четверых. Они пролетели всё те же шесть-семь метров и рухнули, отхаркивая кровь. Грудные клетки у всех были вдавлены.
Всё произошло слишком быстро. Короткий контакт – и противники разлетелись в стороны. Ладонь Проникновения в Тайны была опасна, но против того, кто постиг шестой уровень Искусства Золотого Тела, она оказалась бессильна. Ван Сюаню было нечего бояться.
Толпа мгновенно затихла. Все в шоке уставились на ноги Ван Сюаня. Не зря говорили, что именно так он на Памирском нагорье забил насмерть великого гроссмейстера.
В памяти людей этот парень неизменно оставался тем, чьим самым грозным оружием… были ноги!
— Ты… — простонали лежащие на земле. Они сгорали от стыда и ярости, терпя невыносимую боль. Казалось, их разорванные внутренности вот-вот начнут гнить заживо.
Напряженный взгляд Ван Сюаня понемногу смягчился. — Если бы вы не напали на Цинму, — заговорил он, — если бы не действовали так подло, пользуясь тем, что он не знаком с вашей техникой, и не нанесли ему втайне несколько ударов Ладонью Проникновения в Тайны, я бы не стал вас трогать. Это лишь ответная реакция.
Люди на земле пытались подняться, их глаза метали молнии. Они уже осознали: сегодня их искалечили, и к Древнему Искусству они больше не вернутся.
— Советую вам лежать смирно, — предупредил Ван Сюань. — У вас тяжелые травмы. Сейчас нельзя лелеять жажду убийства, а глядя на меня, лучше сохранять полное спокойствие. При таких ранениях нельзя гневаться, нужно быть в мире с собой, иначе в ваших пяти органах прибавится трещин.
И при этом он подчеркнул, что вообще-то проявил милосердие.
Многие потеряли дар речи. Методы у этого парня были… специфические. Заставить поверженных врагов (Примечание: оригинальный и бесплатный перевод читайте на LiNovel.ru) смотреть на него с «миром в душе» – это ли не высшее испытание для психики?
Но Ван Сюань не лгал: с разорванными органами любая вспышка ярости могла стоить им жизни.
— С его способностями Младшему Вану ничего не стоило их убить, — кивнула Да У. — Но он сдержался. Видно, что в душе он человек добрый и благородный.
У Лао У от таких рассуждений голова пошла кругом. Где тут логика? Чуть не забил людей до смерти, а потом заставил их смиренно на него взирать – и этот невыносимый мальчишка считается благородным?
Впрочем, это не вызвало у него неприязни. Напротив, такой подход был ему по вкусу. Он и сам всегда считал: враг должен либо смирно лежать, либо сдохнуть. Лао У, хоть и не лез в драку сам, к врагам никогда не знал жалости.
— Если эти люди и впрямь вели себя столь подло, то получили по заслугам, — из толпы вышел мужчина лет сорока. Шагал он уверенно, лицо его оставалось спокойным и бесстрастным.
Ван Сюань удивленно на него посмотрел. — В честном бою они бы и Цинму не одолели, — ответил он. — Использование таких грязных приемов вызывает лишь презрение.
Мужчина средних лет произнес:
— Возможно, и так. Однако, юноша, ты был слишком суров. Они если не умрут, то останутся калеками, им потребуются искусственные сердца и легкие. Остаток их жизни под угрозой. Наказание явно превысило вину.
— Верно, — донеслось из толпы сочувствующее одобрение.
Ван Сюань холодно оглядел их всех. — Лица у тебя и тех, кто рядом, мне незнакомы. Кто вы такие? Большинство мастеров Древнего Искусства здесь бывали на Памирском нагорье, сражались бок о бок с гроссмейстером Чэнем против фракции Нового Искусства. Когда шла битва на плато, вас там не было видно, зато теперь вы пришли сюда поучать. Ваши люди сначала ранили Цинму, а теперь ты винишь меня в жестокости, забывая о первопричине. Пока гроссмейстер Чэнь пробивал для Древнего Искусства путь в будущее и сам оказался при смерти, вы пытаетесь сгубить его ученика. Какую же злобу нужно затаить, чтобы пойти на такое свинство? Насколько же ваши сердца полны яда!
У него не было прямых доказательств, но по тому, как эти люди переглядывались, Ван Сюань понял: они заодно. Поэтому церемониться не стал и сразу перешел в словесную атаку.
Мужчина на мгновение запнулся. Он не ожидал, что этот юнец окажется таким зубастым: не успели они и слова вставить, как он уже выставил их злоумышленниками.
Многие в толпе переменились в лице. И правда, этих людей здесь раньше не видели, а теперь они лезут в дела Древнего Искусства – явный признак того, что они пришли мутить воду.
Мужчина средних лет покачал головой и вздохнул:
— Практиков Древнего Искусства много, и люди среди них разные. Услышав о славных подвигах гроссмейстера Чэня на Памире, мы воодушевились, созвали друзей и вышли из тени, чтобы внести свой вклад. Мы приехали сюда, но многие из нас не знают друг друга лично. Ты не можешь вот так огульно равнять нас с теми, кто владеет Ладонью Проникновения в Тайны, и приписывать нам злые намерения.
— И как же вы намерены помогать? — Осведомился Ван Сюань.
— Обмениваться опытом, заводить друзей, объединять всех практиков Древнего Искусства в единую мощную силу, чтобы наше искусство сияло еще ярче! — Спокойно ответил мужчина.
— Вы увидели, что жизнь гроссмейстера Чэня на волоске, и решили прибрать к рукам его наследство? — Голос Ван Сюаня так и сочился льдом. — Не только погубить его ученика, но и подмять под себя всех здешних мастеров, влить их в свою организацию, подчинить своим хозяевам… Планы у вас далеко идущие, вот только не слишком ли вы самонадеянны?
Мужчина слегка изменился в лице. Этот юнец был пугающе проницателен. У них действительно были такие мысли, но они и не думали действовать так открыто, а в итоге с них сразу «спустили шкуру».
— Ты слишком много надумал, — холодно отрезал он. — Мы пришли лишь для спарринга и знакомства!
Ван Сюань обвел взглядом незнакомцев. Сейчас он напоминал обнаженный божественный меч – пронзительный и властный. — Тогда не будем тратить время на болтовню. Ты, и вы все – выходите. Я буду спарринговаться со всеми вами сразу!
Он шагнул вперед, один против целой толпы.
Он прекрасно понимал: эта буря только начинается. За кулисами стоят влиятельные люди, раз они смогли подбить столько мастеров на эти подлости. Дальше наверняка будет только хуже.
В то же время он втайне вздохнул: Лао Чэнь опять его переиграл. Старик, верно, сам ждал этой великой битвы, вот и выставил его вперед первым.
— Юноша, ты запредельно заносчив, — мужчина до последнего не желал признавать очевидного. — Не надо вешать на нас ярлыки. — Он заговорил жестче:
— Неужели ты думаешь, что раз убил умирающего гроссмейстера, то стал великим и непобедимым на весь свет? Смеешь бросать вызов нам, старшим, что вышли поддержать Древнее Искусство… Ты переходишь все границы!
Ван Сюань посмотрел на них свысока. — Как минимум, я был на Памирском нагорье и не побоялся решающей битвы с фракцией Нового Искусства. В моем сердце пылает кровь, я готов рисковать жизнью и проливать её, сражаясь за Древнее Искусство! А вы в то время неизвестно где прятались, а теперь вылезли ради выгоды мутить воду – неужели вам самим не стыдно?!
Следом он добавил ледяным тоном:
— Хватит пустых слов. Вы сами прекрасно знаете, кто вы такие. Вы – лишь обломки клинка в чьих-то руках, даже на острый меч не тянете! Сегодня я стою здесь, и мне плевать, сколько вас – выходите по одному или все сразу. Я приму бой от каждого!
— Ты слишком обнаглел! — Взъярились те, словно их ткнули в самое больное место.
Ван Сюань не обратил на них внимания, он посмотрел вдаль и прокричал:
— Адепты Нового Искусства, кукловоды и все прочие, кто не согласен – подходите. Я жду всех!
У Цинму по спине пробежал холодок. Сегодня Младший Ван был совсем другим. Кажется, он и впрямь собирался устроить здесь кровавую жатву!
Младший Ван готовится к бою, поддержите главу лайком!
(Конец главы)