Глава 60 «Защитник Дао для Лао Чэня»
Внутри суперлинкора, отливающего холодным блеском металла, заговорил Чжун Юн, знаковая фигура среди представителей суперконгломератов:
— Отправьте Сяо Чэню порцию моего эликсира долголетия.
Мужчина средних лет, услышав это, немного замялся:
— Эликсир долголетия… или эликсир здоровья?
Он побоялся, что старец оговорился. Стоимость первого была запредельной: для него требовалось собирать экзотические минералы и редчайшие лекарственные травы по всей звездной системе. Процесс алхимии был невероятно сложным – любая ошибка превращала состав в бесполезную жижу.
На такое зелье не существовало рыночной цены, оно не производилось массово и в итоге оседало в руках лишь немногих суперконгломератов. Если же редкие склянки и попадали на черный рынок, то стоили баснословных денег, на которые простые смертные взирали лишь с благоговением.
Хотя Чжун Юн был исхудавшим, а его редкие волосы – белоснежными, в нем чувствовалась огромная мощь. Каждое слово, каждый жест были непререкаемы. От его пристального взгляда по лбу мужчины средних лет тут же выступил пот.
— Я сейчас же всё устрою, — быстро проговорил тот, низко склонив голову.
Чжун Юн велел ему не нервничать и взмахом руки отпустил.
— Неужели вы так цените Чэнь Юнцзе? — Подал голос стоявший рядом пожилой мужчина с проседью в волосах – Чжун Чанмин, второй сын Чжун Юна. — Но ведь он вряд ли выживет.
Чжун Юн ответил спокойно:
— Стоит завязать доброе знакомство. Людям нужно уметь быть благодарными.
Чжун Чанмин немного удивился: неужели старый отец на закате лет стал сентиментальным? Как бы то ни было, спорить с вечно властным родителем он не решился и лишь кивнул.
— Я имел в виду, — добавил Чжун Юн, — что когда лекарство будет публично доставлено, те, кто практикует Древнее Искусство, должны будут преисполниться благодарности.
Чжун Чанмину нечего было на это возразить. Помолчав, он спросил:
— Вы так верите в путь Древнего Искусства?
— Сложно сказать, верю я или нет, — проговорил Чжун Юн. — В свое время из-под руин выкопали семена Великого Лекарства Тигра и Волка, которые явно могут усилить этот путь. Кто знает, что удастся обнаружить в будущем.
— Может, отправить что-нибудь и последователям Нового Искусства? — Поинтересовался Чжун Чанмин.
Лао Чжун покачал головой:
— Разве мы уже не перевели им крупную сумму? Больше ничего слать не нужно. В будущем просто станем переманивать их сотрудников за баснословные деньги вместе с результатами последних исследований. — Затем он бесстрастно добавил: — Сила всегда должна быть в собственных руках. Это простая истина, незыблемая для любых времен. Добавь в мое завещание еще один пункт: помимо всего прочего, наследник обязан уделять сверхъестественной области первостепенное внимание. Клан Чжун должен всегда оставаться на передовой!
Затем Чжун Юн наставительно продолжил:
— Сейчас это кажется пустяком, но что, если через десятки или сотни лет появятся мифические существа? Среди потомков клана Чжун обязан быть тот, кто удержит преимущество и станет столпом в этой сфере. Я уже стар, мне все равно, жить осталось недолго. Но вы должны готовить почву заранее, чтобы потом не пришлось кусать локти, рухнув с вершины пирамиды и заглядывая другим в рот.
Чжун Чанмин тут же принял крайне серьезный вид, хотя в глубине души ворчал: всем хорош отец, да только слова его расходятся с делом.
Этот старец был до невозможности привязан к бренному миру и до ужаса боялся смерти. Последние двадцать лет он несколько раз оказывался при смерти, но каждый раз, ценой колоссальных затрат, находил способы продлить жизнь и выкарабкивался. Он дожил до того, что даже его старший сын, первый наследник, отошел в мир иной.
Чжун Чанмин вздохнул. Он прикинул, что, скорее всего, тоже не переживет отца. Похоже, на статус наследника можно не рассчитывать – пусть уж за него бьется следующее поколение.
В комнату вошла очень миловидная девушка. То, что она могла свободно появляться здесь, явно говорило о любви, которую Чжун Юн к ней питал. Стоило ей улыбнуться, как ее большие глаза словно оживали, делая ее еще краше.
— Прадед, не беспокойтесь, — сказала она. — Мой экспедиционный отряд обязательно добудет для вас траву Земного Бессмертного, чтобы вы прожили пятьсот лет. Недавно я присмотрела несколько выдающихся личностей и в ближайшее время соберу их вместе.
Чжун Чанмин лишь про себя вздохнул: «Дитя, если ты и правда добудешь эту траву, то ни тебе, ни твоим братьям место главы не светит. Старик будет удерживать его до последнего, пока всех вас не изведет».
…
Подобное происходило повсеместно – и в конгломератах, и в крупных организациях.
— Ну как он? — Цинму был вне себя от беспокойства. Увидев приземляющийся малый челнок, он бросился к нему, чтобы узнать о состоянии своего Мастера.
— Ситуация крайне неутешительная. Обследование показало, что пять органов Лао Чэня покрыты густой сетью трещин. Если они начнут отделяться друг от друга, то рассыплются на сотни осколков. — Прибыл Цянь Лэй из особого отдела – тот самый, что был с Цинму и Ван Сюанем на подземном полигоне в Большом Хингане.
Он серьезно сообщил: существующие медицинские методы бессильны. В пяти органах Лао Чэня всё еще бушуют остатки таинственной энергии грома и молнии. Любое вмешательство может привести к мгновенному взрыву.
Цинму побледнел, силы оставили его. Если даже самая передовая медицина бесполезна, значит, его Мастеру действительно не на что надеяться.
Внезапно у Цянь Лэя зазвонил телефон. Вернувшись, он сообщил Цинму добрую весть: суперконгломерат Чжун прислал порцию эликсира долголетия. Вернуть к жизни он не мог, но хотя бы стабилизировал состояние Лао Чэня.
— Это ведь даже ценнее того спасительного лекарства, которое нам еще везут? — Вполголоса спросила У Инь.
У Чэнлинь кивнул:
— Это вполне в духе старика Чжун Юна – он всегда знает, где уступить, а где выиграть. Наверное, если бы Лао Чэнь не выдержал, Лао Чжун прислал бы соболезнования, написанные собственноручно. Сейчас как раз собрались все адепты Древнего Искусства, и они наверняка запомнят его доброту.
У Инь промолчала.
Старый У добавил:
— Разумеется, сторону Нового Искусства он тоже наверняка успокоил.
— Хотела бы я посмотреть, сколько он в итоге проживет, — пробормотала У Инь.
Вскоре Цянь Лэй снова сообщил Цинму: консилиум врачей пришел к выводу, что после приема эликсира долголетия Лао Чэнь продержится еще два дня. Тут подошел У Чэнлинь и сказал, что клан У тоже прислал сильное лекарство, чья эффективность составляет больше половины от эликсира долголетия.
— То есть Лао Чэнь протянет еще два-три дня, — Ван Сюань чуть расслабил нахмуренные брови. Отведя Цинму в сторону, он прошептал едва слышно:
— У меня есть один древний метод, можно попробовать. Настал твой час – используй все связи, задействуй особый отдел, ищи любые древние артефакты, связанные с вознесением: шарира, золотые кости даосов, вещи фанши эпохи Цинь… Собери всё, что сможешь! Если совсем ничего не найдешь, тащи даже обломки камней из пещер или напольные плиты, связанные с легендами о Ряде Бессмертных. В общем, всё, что удастся отыскать, свозите в одно место.
Цинму остолбенел:
— Это еще зачем?
— Для алхимии! — Но в то же мгновение Ван Сюань покачал головой. — Не спрашивай. Просто говори, что твой Мастер раньше нашел тайный свиток с описанием методов чжую и древнего колдовства – жертвоприношение предметами. Главное, ни в коем случае не упоминай меня. Выведи меня из-под удара, иначе быть беде!
Ван Сюань еще долго шептался с Цинму, давая всевозможные наставления, но под конец все равно вздохнул. Ради спасения человека ему пришлось пойти на риск.
Его беспокоило, что люди из крупных организаций, конгломератов и особого отдела весьма проницательны. Даже если соблюдать предельную осторожность, следы наверняка останутся.
— Лао Чэнь, с тех пор как я тебя встретил, ты для меня – одна сплошная яма! — Тяжело вздохнул он, глядя в небо.
Вскоре он снова напомнил Цинму:
— Да, и Жемчужину Суй Хоу тоже потребуй. Положишь ее рядом с Мастером – пусть самое прославленное в древности сокровище оберегает его жизнь.
Ван Сюань, нахмурившись, отошел в сторону. Он мерил шагами землю, не находя покоя и сокрушенно вздыхая:
— Лао Чэнь, с самого твоего появления всё пошло наперекосяк. Ты вечно меня изводишь: пришлось отдать тебе женщину-фанши, Божественного Монаха – да я всё тебе отдал! А теперь ты ещё и затягиваешь меня в этот непредсказуемый вихрь!
Цинму отправился за помощью, задействовав все рычаги и связи, чтобы собрать древние артефакты. Он повсюду твердил, что хочет попробовать продлить жизнь Лао Чэню с помощью тайных методов чжую и древнего колдовства.
Вернувшись, он как раз застал причитания Ван Сюаня и на мгновение лишился дара речи. Кто вообще просил подселять к нему монаха-призрака и прочих?!
— Твой Мастер просил! — С непоколебимой уверенностью ответил Ван Сюань.
Цинму хотел было возразить, но, поразмыслив, понял, что так оно и было. Другие бы в ужас пришли, а его Мастер… тот только и рад был стараться!
— Есть ли способ спасти Лао Чэня? — К ним подошел У Чэнлинь.
Ван Сюань тут же выпалил:
— Лао Цин только что советовался с одним старшим. Тот сказал, что нужны редкие древние артефакты – к примеру, золотой бамбуковый свиток эпохи Цинь. Может, тогда получится спасти ему жизнь.
Старый У проигнорировал его слова и посмотрел на Цинму.
Цинму тяжко вздохнул:
— Я только что говорил с ним по телефону. Тот почтенный старший сказал именно это: нужны редкие чудесные предметы, связанные с Рядом Бессмертных.
Ван Сюань подошел к Да У, решив прощупать почву. Он вкрадчиво поинтересовался, нет ли у клана У золотого бамбукового свитка.
У Инь лишь закатила глаза, но в конце концов тихо ответила, что такой предмет есть у суперконгломерата Чжун. Однако одолжить его точно не выйдет – подобные вещи скрывают от посторонних глаз.
— А у Лао Чжуна есть внучка? — Спросил Ван Сюань.
— Есть правнучка, — сухо отозвалась Да У. — Ты что задумал?
— Мне кажется, вы должны быть знакомы. Наверняка ведь лучшие подруги? Попробуй договориться через нее. Спасение Лао Чэня зачтется как семьсот этапов пути к небесам. Когда дело дойдет до сотрудничества с вашим кланом У, Лао Чэнь расшибется в лепешку, но поможет вам!
— Я всегда мечтала, чтобы нашелся кто-то, кто проучит Сяо Чжун, — бросила Да У. Видимо, та когда-то здорово ей насолила.
Ван Сюань осекся – разговор не клеился. Он попытался ее успокоить, мол, не стоит так кипятиться, счеты сведете как-нибудь потом. Затем он поспешил задобрить Старого У.
Он заметил, что у Старого У в голове роится слишком много мыслей, и в итоге не решился больше ничего предлагать, боясь выдать себя. Оставалось полагаться только на связи Цинму.
Цинму, прикрываясь спасением Лао Чэня, действительно сумел раздобыть кое-какие вещи – заинтересованные стороны проявили уважение.
Ван Сюань отошел в сторону и принялся размышлять в одиночестве. Оценив ситуацию, он со свинцовой тяжестью на сердце произнес:
— Эх, Лао Чэнь… Сколько же ты мне проблем создал. То монаха-призрака тебе подавай, то телесную технику круче Кулака Великого Ваджры… Теперь вот приходится жизнью рисковать, пытаясь тебя спасти. С тех самых пор, как мы встретились, я только и делаю, что оберегаю твою шкуру. Стал твоим настоящим защитником Дао!
( Конец главы )