Глава 57 «Блестящий финал»
Чэнь Каю было чуть за пятьдесят, и с первого взгляда становилось ясно: перед тобой не рядовой обыватель. Как ни старался он держаться скромно, но в миг, когда его веки приоткрывались, наружу вырывались почти осязаемые лучи света.
— Значит, договориться не получится? — Спросил Чэнь Кай.
Лао Чэнь знал его еще молодым: когда-то тот входил в состав экспедиционного отряда, но позже улетел на Новую Звезду и исчез почти на тридцать лет. Сомнений не оставалось – все эти годы он вместе с другими исследовал таинственные земли, оттачивая Новое Искусство, и теперь вернулся великим гроссмейстером.
— А ты как думаешь? — Холодно отозвался Лао Чэнь.
Чэнь Кай вздохнул. Они спровоцировали обострение в пяти органах старика и полагали, что тот вот-вот испустит дух, однако Лао Чэнь все еще был полон сил для боя.
— Тогда и говорить больше не о чем! — Чэнь Кай был предельно краток.
Внезапно Лао Чэнь рванулся назад, оставив на месте лишь остаточное изображение. Раздался оглушительный грохот: там, где он стоял мгновение назад, образовалась гигантская воронка, а земля и камни оплавились от жара. Лао Чэнь давно развил в себе редчайшее ментальное поле, а потому заранее почуял опасность и успел уклониться.
В ту же секунду за его спиной разлилось серебряное сияние, раскрывшееся подобно крыльям – то сработали ускорители, разработанные кланом У. Он стрелой бросился вперед. Его целью была меха: кто-то только что выстрелил в него из энергетической пушки.
Пилот мехи открыл яростный огонь, пытаясь сдержать его, но было поздно. Рассыпая серебряные искры, Лао Чэнь совершил несколько резких маневров и оказался вплотную к противнику.
Раздался резкий скрежет.
Метровый черный клинок опустился, с чудовищной силой рассекая металл. Из разрубленной мехи хлынула кровь, и искореженная машина рухнула на землю. Не давая врагам опомниться, Лао Чэнь стремительно сменил позицию. Он не знал жалости: один за другим три других робота были разрублены в щепки. Во все стороны летели электрические искры, перемешиваясь с кровью.
Стоило Лао Чэню подобраться вплотную и устроить резню среди техники, как любая защита становилась бесполезной. Весь отряд из четырех новейших мех был полностью уничтожен: Лао Чэнь не оставил в живых ни машин, ни тех, кто ими управлял.
Он не проявил капли милосердия. Ведь когда он был совсем близко, три оставшиеся мехи тоже активировались, несколько раз пытаясь поймать его в прицел. Раз так, он прикончил всех одним махом.
Свидетели застыли в оцепенении. Человек, идущий путем Древних Искусств и достигший таких высот, казался почти божеством.
Лао Чэнь, сжимая в руке черный клинок, медленно двинулся обратно. Его дыхание было тяжелым и хриплым, но сам его вид внушал трепет, заставляя сердца присутствующих сжиматься от ужаса. Даже звук его шагов вызывал у адептов Нового Искусства чувство глубокой тревоги.
Великий гроссмейстер Чэнь Кай тихо вздохнул. Этот Чэнь Юнцзе оказался по-настоящему непредсказуем. Именно этого они и боялись – что он прорвется на новый уровень, решит проблемы с физическим телом, и тогда его уже никто не сможет сдержать. В каком же он сейчас состоянии?
— На самом деле, не приди вы сегодня, через несколько лет я бы и сам перестал справляться с поражением внутренних органов, — глухо произнес Лао Чэнь. — Но вы так испугались моего прорыва, что решили прикончить меня первыми. Что ж… в таком случае, сегодня я устрою кровавую баню!
Последние слова он выкрикнул столь яростно, что все нагорье содрогнулось, а эхо его жуткого рева раскатилось по окрестным горам.
Цинму побледнел. Он ясно видел, что его наставнику плохо, и сердце его обливалось кровью от тревоги. Ван Сюань вздохнул:
— Да брось ты. У Лао Чэня жизнь крепкая, его так просто не возьмешь.
На этот раз Цинму искренне надеялся, что слова друга окажутся пророческими. Лишь бы наставник остался цел и невредим, лишь бы Памирское нагорье не стало его могилой!
Грянул гром – битва возобновилась. Чэнь Кай нанес удар первым: его лоб озарило ослепительное сияние, и пространство вокруг него словно пошло рябью, становясь туманным и зыбким.
Окружающие вскрикнули от боли, хватаясь за головы – их пронзила невыносимая резь. Люди поспешно отступали. Те же, чья воля была слабее, под воздействием таинственной энергии падали на землю, теряя сознание от нахлынувшей тьмы.
— Что это за дьявольщина? — Изумленно шептались люди, бросаясь врассыпную.
У Инь почувствовала, как голову сдавило тисками. Она, как и Ван Сюань, стояла слишком близко к эпицентру схватки. Впрочем, она держалась лучше многих – те, кто оказался в авангарде, просто рухнули без чувств.
— Уходим, живо! — Цинму приказал ученикам Древних Искусств забрать раненых товарищей и немедленно покинуть поле боя. Во фракции Нового Искусства творилось то же самое – многие адепты уже лежали на земле.
— Это ментальный удар, сопровождающийся галлюцинациями, — Ван Сюань мгновенно распознал суть техники и, подхватив У Инь под локоть, повел ее прочь. — Отойдем подальше, и все пройдет.
Лао У метнул в его сторону свирепый взгляд, но Ван Сюань даже не удостоил его вниманием. Смерив старика безразличным взором, он продолжал поддерживать Да У, помогая ей уйти в безопасную зону.
— С Лао Чэнем всё будет в порядке? — Бледные адепты, борясь с тошнотой, всматривались в туман войны.
Даже Лао У было уже не до Ван Сюаня. Он во все глаза глядел на поле битвы, ощущая, как там сгущается нечто жуткое. Возможность убивать одним лишь ментальным полем пугала – окажись Чэнь Кай рядом, он испепелил бы сознание десятков людей в мгновение ока! Тревога росла. Лао Чэнь замер на месте, подняв черный клинок, и не делал ни шагу, не заносил меча для удара.
Лишь Ван Сюань сохранял полное спокойствие. Напротив, он окончательно расслабился. Тягаться с Лао Чэнем в силе духа? Да это же чистой воды самоубийство.
Кем был Лао Чэнь? Это был матерый зверь, обладающий собственным ментальным полем и имеющий в этом деле внушительный послужной список. Как-то раз он перешел дорогу одному Вознесенному монаху, и монах-призрак всю ночь напролет истязал его в ментальном поле – и что же? Лао Чэню было хоть бы хны, на следующее утро он как ни в чем не бывало пошел сводить счеты с Сяо Ваном.
Цинму тоже был спокоен – он слишком хорошо знал, что его наставник овладел ментальным полем много лет назад.
И действительно, пока адепты Древних Искусств терзались страхом, а сторонники Нового Искусства ликовали, ситуация резко изменилась. Великий гроссмейстер Чэнь Кай внезапно вскрикнул, его рассудок словно помутился. Он яростно затряс головой и в безумном порыве бросился на Лао Чэня.
В ментальной дуэли он оказался жалок. Ментальное поле Лао Чэня в одно мгновение разорвало белое сияние у него на лбу, нанеся сокрушительный удар по сознанию. Лао Чэнь занес клинок. Из-за холодной серебряной маски его глаза смотрели с ледяным равнодушием. Свист – и иссиня-черное сияние меча прочертило воздух, орошая землю свежей кровью.
Когда-то Чэнь Кай тоже был мастером Древних Искусств, но ему было далеко до уровня Лао Чэня, а теперь, когда его дух был раздавлен, разрыв стал непреодолимым.
Черное лезвие молнией опустилось сверху вниз. На лбу гроссмейстера Чэнь Кая появилась тонкая трещина, стремительно поползшая вниз, и в следующее мгновение он просто распался на две половины! Фонтан крови ударил в воздух, и всех присутствующих обуял ужас. Великий гроссмейстер! Убит на месте, разрублен пополам в мгновение ока!
Лао Чэнь стоял посреди поля битвы, с его черного меча капала кровь. Под его ногами покоился труп великого гроссмейстера. Холодный взгляд Лао Чэня, подобно взору демонического божества, сковал волю каждого свидетеля этой расправы.
Это зрелище потрясло всех без исключения. Даже Чжун Юн, влиятельная личность из конгломерата, наблюдавший за всем с борта суперлинкора, вздрогнул, и шкура благовещего зверя соскользнула с его колен на пол.
— Насколько же это жестоко… — пробормотал он. — Я-то надеялся, что адепты двух путей будут сдерживать друг друга. А в итоге трое великих гроссмейстеров пали, и даже Чэнь Кай убит. Распорядитесь, чтобы организации Чэнь Кая перевели солидную сумму в знак почтения.
Немного помолчав, Чжун Юн со вздохом добавил:
— Сяо Чэнь, Чэнь Юнцзе… жаль его. Судя по словам Чэнь Кая, его пять органов обречены, он не жилец. Позже пошлите ему венок от моего имени. Хм, я сам напишу прощальные слова.
Блестящая победа Лао Чэня заставила сердца руководителей крупных агентств и конгломератов забиться чаще. Назревали важные решения.
«Адепты Нового Искусства в последнее время слишком раздухарились, их стоило бы приструнить, но, похоже, теперь в этом нет нужды – они и так получили сокрушительный удар».
«Что касается Древних Искусств… нужно перераспределить ресурсы в их пользу. Им всё еще нужна поддержка».
— Ну и лют же Лао Чэнь! — Выдохнул Ван Сюань. Одним ударом прикончить великого гроссмейстера – такой подвиг не забудется.
— Столь блистательная победа гроссмейстера Чэня станет переломным моментом для всех, кто идет путем Древних Искусств, — заметила У Инь. — Теперь конгломераты и организации наверняка вернут им часть ресурсов.
— Каких еще ресурсов? — Удивился Ван Сюань.
— Был план по расширению поддержки Древних Искусств, начиная с экспериментальных классов, — пояснила девушка. — Для студентов даже подготовили партию Великого Лекарства Тигра и Волка. Но в последний момент от фракции Нового Искусства пришли вести о невероятном прорыве – якобы они научились продлевать жизнь. В итоге все лекарства отдали им.
Ван Сюань на мгновение лишился дара речи. В голове роились мысли, а в груди закипал гнев. Значит, люди из Нового Искусства… попросту обставили его, перехватив куш?! И он об этом даже не догадывался.
У Инь продолжила свой рассказ, открывая тайну: оказывается, конгломераты и исследовательские институты общими усилиями вскрыли древние руины. Там они обнаружили живые семена и сумели их прорастить.
Согласно записям, найденным в руинах, эти травы служили основой для тайных лекарств великих сект древности. Ими вскармливали молодых учеников, чтобы радикально улучшить их тело и сократить время тренировок. Когда урожай был собран и проверен, эксперты подтвердили: это действительно Великое Лекарство Тигра и Волка. Оно обладало невероятно мощным действием – обычный человек мог не выдержать, но для тех, кто практикует Древние Искусства, оно было бесценным сокровищем.
— Эти выскочки из Нового Искусства специально пустили слух в самый ответственный момент, чтобы переманить заказчиков на свою сторону! — Ван Сюань был уверен, что всё именно так и произошло.
Великая битва близилась к концу.
Сжимая в руке черный меч, Лао Чэнь направился к Мо Хаю и Ся Цин. Двум великим гроссмейстерам Нового Искусства не оставалось ничего другого, кроме как попытаться прорваться с боем. Они чувствовали, что состояние Лао Чэня крайне нестабильно, но сейчас он был попросту непобедим.
Вспыхнул ослепительный свет. Мо Хай ударил первым, выпустив в сторону противника мощный луч, и тут же бросился наутек. Ся Цин тоже поспешила скрыться. В бегстве не было позора – пока ты жив, есть шанс на реванш, а умирать здесь было бы верхом глупости.
Взмахом своего таинственного меча Лао Чэнь развеял вспышку и бросился в погоню за Мо Хаем, попутно наградив Ся Цин ударом кулака. Та попыталась прикрыться руками, но обе ее конечности, уже и без того переломанные, не выдержали напора.
Одна рука женщины буквально взорвалась, старые раны на теле вскрылись, а кровавые дыры, пронзавшие ее плоть, стали еще шире. Но даже так она выжила – отлетев в сторону, Ся Цин вскочила и бросилась прочь.
В это время Лао Чэнь настиг Мо Хая. Тот, издав горестный вздох, развернулся для последнего отчаянного боя, но всё было тщетно. Клинок Лао Чэня снес ему голову. Та отлетела на несколько метров, и мастер замертво рухнул на землю.
Лао Чэнь развернулся, намереваясь прикончить и Ся Цин, но внезапно его тело качнулось. В груди всё словно закипело, невыносимая боль пронзила легкие. Он невольно замедлил шаг и схватился за сердце.
Ван Сюань, видя это, первым бросился на помощь. Сердце его бешено колотилось от дурного предчувствия.
— Мастер! — Закричал Цинму. Следом за ними сорвались и остальные. Ван Сюань мчался во весь опор и неминуемо столкнулся с бежавшей навстречу Ся Цин.
Взгляд женщины был полон льда. Она явно превратно истолковала его намерения, решив, что какой-то молокосос посмел преградить ей путь. «Жить надоело?!» – читалось в ее глазах. Лишившись одной руки и не имея возможности действовать второй, она изо всех сил оттолкнулась от земли, готовясь в прыжке нанести Ван Сюаню сокрушительный удар ногой.
У Ван Сюаня сузились зрачки. Перед лицом такой мастерицы каждый волосок на его теле встал дыбом. Он понимал, что уклониться не выйдет, а значит, оставался лишь один выход – выложиться на полную, доведя свою силу до предела!
Без малейших колебаний он прибег к телесной технике, оставленной Чжан Даолином – к той самой начальной стойке из Пятистраничной Золотой Книги! Боясь быть убитым на месте, он заставил свои пять органов гудеть от напряжения. Сила, бурлившая в теле, достигла пика. Ван Сюань подпрыгнул и, стремясь превратить атаку в лучшую защиту, нанес встречный удар ногой.
Травмы Ся Цин были слишком тяжелы. Когда она попыталась с силой оттолкнуться от земли, рана в ее груди от резкого движения разорвалась еще сильнее. Она глухо застонала – боль была нестерпимой. Ведь Лао Чэнь уже успел превратить часть ее сердца в труху, и теперь всё стало еще хуже. Ей не удалось взмыть в воздух: она пошатнулась и едва не рухнула лицом в грязь.
В глазах Ван Сюаня вспыхнул азарт. Поймав этот единственный шанс, он в прыжке впечатал подошву в область зияющей раны на ее груди. Мощь этого удара, порожденная техникой Чжан Даолина, полностью высвободилась внутри кровавого отверстия. Даже первая форма этого искусства была запредельно жестокой.
Ся Цин вскрикнула, ее пять органов окончательно превратились в кашу. С диким воплем великая гроссмейстерша отлетела назад и, несколько раз перекувыркнувшись на земле, затихла навсегда. Картина была поистине жуткой: еще один великий гроссмейстер пал в бою!
Благодарим Серебряный Альянс: Саньшэн Юань Цзунлечжэ, а также мастеров: Тяньди Хуанцзу Шэньван Сяньшэнлин Цзунь и Лю Чэнхэ. Спасибо за поддержку.
(Конец главы)