Глава 42 - Да он же взлетает
— …Решай сам, — Цао Сяну не хватило терпения слушать самовосхваления Бай Е, и он просто развернулся и ушёл.
Поиск ассистента — это личное дело Бай Е. А ему предстояло вести переговоры с издателем и заниматься обустройством студии. Тратить время на пустую болтовню он не собирался.
— Счастливо, удачи! — Бай Е помахал ему вслед, наконец-то почувствовав толику удовольствия от роли начальника.
• • •
Время летело быстро, пролетело больше двух недель. Шумиха вокруг имени Бай Е давно улеглась. Поскольку он съехал с квартиры и затаился в секретном номере отеля, любители сенсаций просто не могли его найти.
Сказать по правде, его внезапное исчезновение многих удивило. В представлении большинства, человек, который только что восстал из пепла, должен был изо всех сил цепляться за популярность: раздавать интервью, создавать инфоповоды, подогревать интерес публики.
Но этот парень, сорвав овации, просто растворился в воздухе. Он словно намеренно избегал мирской суеты и совершенно не появлялся на публике, обманув ожидания толпы.
Неужели он изменился?
Кое-кто разочарованно вздыхал. Люди не боятся художников, которые ловят звёздную болезнь. Они боятся тех, кто сохраняет холодный рассудок. Истинно уверенным в себе творцам не нужна искусственная «слава» или «трафик», за них говорят их произведения.
Только тот, кто прошёл через трансформацию, смыл с себя мишуру и поставил искусство на первое место, заслуживает звания художника. И именно такие люди внушают наибольшие опасения…
Улица искусств Наньшань.
Она располагалась совсем рядом с Чжунхайской академией изящных искусств, а по соседству находились университетский городок, ботанический сад и озеро Наньшань. Местоположение было воистину идеальным.
На улице протяжённостью в один километр теснились большие и малые магазинчики: художественные салоны, выставочные залы, книжные лавки, кофейни, чайные и бутики с украшениями.
На эту небольшую улицу не заезжали машины. Здесь была лишь густая тень раскидистых деревьев и плотный поток прохожих. Сюда стекались не только любители искусства, но и студенты из соседних кампусов. Однако больше всего здесь было туристов — тех, кто обожал богемную атмосферу и приходил сделать красивые фотографии.
Стены зданий украшали граффити, росписи и муралы. Пусть они не принадлежали кисти великих мастеров, это были тщательно выполненные работы, а некоторые даже создавались преподавателями академии. Владельцы новых заведений часто использовали роспись стен как рекламный ход, приглашая студентов творить прямо на глазах у прохожих, чтобы привлечь внимание.
Поэтому уличные художники, музыканты, портретисты и перформансы стали неотъемлемой частью Наньшань. Столь разнообразная культурная жизнь привлекала огромные толпы народа. Коммерсанты, видя наплыв людей, старались обустроить свои заведения ещё лучше, создавая идеальный симбиоз атмосферы и прибыли.
Но были и те, кому шумные развлечения были не по душе. Им хотелось просто сидеть в уютной кофейне и наблюдать за тем, как мимо порхают официантки в платьях в стиле «Лолита». Шуршащие юбки и милые улыбки наполняли зал дыханием юности и очарования.
— …Хорошее местечко, — тихо произнёс Чэнь Даци.
— Классное, да? — довольно прищурился его друг. — Открылись всего пару дней назад. Концепция милоты сработала на ура — все ленты в соцсетях забиты их фотками. Я бронировал столик за два дня, еле успел выцепить место.
— Угу, угу, — усердно закивал Чэнь Даци, поднимая большой палец вверх. — Ты как всегда на высоте.
— Ещё бы, — хитро осклабился друг. — Поэтому угощаешь ты.
— … — лицо Чэнь Даци вытянулось. — То-то я думал, с чего бы это ты вдруг решил пригласить меня на кофе.
— Да разве в кофе дело? Главное — это наслаждаться крас… — друг осёкся, увидев приближающуюся официантку в платье с оборками, и тут же поправился. — Главное — это наслаждаться художественными постерами на стенах кофейни!
— Постерами? — Чэнь Даци поднял голову.
Надо было признать, интерьер кофейни был выполнен с изяществом. Можно было не вдаваться в детали планировки и декора, но вкус у владельцев явно присутствовал. Однако главным украшением белых стен действительно служили картины в рамках. Разнообразные по тематике, но выдержанные в едином лёгком и свежем стиле.
Очень приятно для глаз.
Но стоило Чэнь Даци перевести взгляд чуть правее, как он замер. Его зрачки сузились, а глаза округлились:
— Там… там… Какого чёрта здесь делают его работы?!
— Что? — друг посмотрел в том же направлении, но не сразу понял, о чём речь.
— Серия набросков, — со сложным выражением лица выдавил Чэнь Даци. — Этот бык…
— А, вижу.
Друг перевёл взгляд на противоположную стену и заметил репродукцию. Она была разделена на двенадцать аккуратных сегментов. В одиннадцати из них демонстрировался процесс трансформации быка. В последнем стояла подпись и дата. Принт был чётким и передавал всё очарование оригинала.
Но друг прекрасно понимал, что не в этом суть. Он тоже удивился:
— Это же работа Бай Е? Оригинал вроде остался в академии.
— Сейчас узнаем, — Чэнь Даци подозвал официантку.
Спустя минуту к ним подошла девушка и проворковала мягким голоском:
— Чего желаете, красавчики?
Сердце Чэнь Даци предательски дрогнуло от этого тона, но он не забыл о главном. Натянув самую дружелюбную улыбку, он указал на стену:
— Скажите, а где вы купили эту картину? Или вы сами её распечатали?
Девушка тут же просияла:
— У вас отличный вкус! Многие посетители о ней спрашивают. Раньше она продавалась в художественных лавках по соседству, но сейчас её всюду раскупили. Если хотите приобрести, лучше съездить в центр, в крупные салоны.
— Да ладно? — опешил Чэнь Даци. — На неё такой спрос?
— Да, — терпеливо ответила девушка. — Наш босс держит ещё и художественный салон. Он рассказывал, что только за полмесяца у него купили почти пятьсот копий. И это только в его магазине! Многие клиенты, приходя к нам пить кофе, жалуются ему, что он закупил так мало, и оставляют предзаказы…
— …Спасибо, — Чэнь Даци переглянулся с другом, в глазах обоих читалось нескрываемое изумление.
Когда официантка отошла, друг понизил голос:
— Этот Бай Е… Да он же взлетает.
Будучи студентами академии искусств, они хоть и не были полноценными участниками рынка, но кое-что в его законах понимали. Декоративные репродукции — это важнейший показатель коммерческой привлекательности художника. Оригиналы шедевров всегда стоят баснословных денег, простым смертным они не по карману. Поэтому недорогие качественные копии становятся идеальной альтернативой.
Чем лучше продаются копии, тем сильнее художественное воздействие оригинального произведения. Это формирует народную базу, которая, в свою очередь, взвинчивает цену на сам оригинал. Это классический путь любого великого мастера.
Именно поэтому друг сделал такой вывод.
Чэнь Даци долго молчал, а затем криво усмехнулся:
— Ну и пусть взлетает. Нам-то какое дело?
— И то верно, — улыбнулся друг. — Мне-то точно никакого. Но разве вы не однокурсники? Вроде даже за одной партой сидели.
— …Какая ещё парта, — закатил глаза Чэнь Даци. — В университете нет фиксированных мест, кто где успел, там и сел.
— Тогда почему он тебя так бесит? — полюбопытствовал друг. — Такое чувство, что у тебя к нему какая-то личная неприязнь.
— Да потому что… — Чэнь Даци открыл было рот, но тут же осёкся и нахмурился.
— Да, действительно, почему? — неожиданно раздался голос сзади. — Мне вот тоже очень интересно узнать.