Глава 238 - Пробуждение
«Письмо... мне?!»
Сюй Го еще раз тщательно вчитался в строчки на конверте. Ошибки быть не могло: там четко значились иероглифы «Сюй Го».
Он попытался вспомнить: в Шестой роте больше не было его тезок.
Значит, письмо адресовано именно ему!
Но кто его написал?
Почерк совершенно незнакомый, явно принадлежит девушке.
Сюй Го сжал конверт — внутри прощупывалось несколько плотных листов бумаги.
Он уже потянулся было наддорвать конверт, но в глубине души его внезапно обдало липким страхом.
К этому моменту Сюй Го уже осознавал, что часть его воспоминаний бесследно испарилась.
И этот почерк он видел впервые — а значит, вполне вероятно, что он совершенно не помнит отправителя!
Откровенно говоря, Сюй Го знавал не так уж много девушек. А уж тех, кто знал его нынешнее местонахождение и мог написать письмо — и подавно.
А что, если отправительницу он на самом деле знал, но просто... забыл?
Сюй Го обдало холодным потом.
Заметив, что часовой на КПП уже направляется к нему с расспросами, Сюй Го поспешно сунул письмо во внутренний карман тулупа, завел пикап и рванул прочь от поста.
Выехав на трассу, Сюй Го затормозил в двух километрах от Саньшилиинфан у обочины.
Ух!
Сделав глубокий вдох, он вновь вытащил письмо.
Гав?
Белый Тигр с пассажирского сиденья любопытно сунул морду ближе.
На этот раз Сюй Го морально подготовился и не стал спешить с вскрытием, а принялся разглядывать сам конверт.
Самый обычный крафтовый конверт, но с оттиском армейского штемпеля.
Адрес звучал так: Китай, Кибер-военный округ, 76-й армейский корпус, Бригада «Волк», 1-й полк, Шестая рота, Сюй Го (лично).
И тут Сюй Го наконец осознал странность: это был не почтовый адрес, а открытое наименование воинской части!
Он впервые видел, чтобы кто-то писал номер части прямо на конверте. И что самое невероятное — если бы он находился в Шестой роте, письмо действительно дошло бы до него!
Хрясь!
Сюй Го наддорвал край конверта.
В следующее мгновение из него выпали три квитанции.
Гав!
Белый Тигр проявил реакцию и на лету сцапал зубами одну из бумажек.
Сюй Го забрал её из пасти пса и вгляделся: это был денежный перевод.
Сумма: 2000 юаней. Отправитель: Сюй Го. Получатель...
— А-а-а-а!
Дикая, раскаленная боль мгновенно пронзила мозг Сюй Го! Он закричал, обхватив голову руками, и согнулся в три погибели на сиденье. Конверт с письмами вывалился из ослабевших пальцев.
Гав-гав! Гав!
Белый Тигр запаниковал. Перемахнув на задний ряд, он принялся отчаянно скрести лапой тулуп Сюй Го.
Шур-шур!
Из кармана выпал пластиковый флакон с лекарством. Белый Тигр моментально сцапал его зубами, перепрыгнул назад, забросил флакон Сюй Го на грудь и тут же приволок из подстаканника бутылку воды.
Гав! Гав!
Гав-у-у!
Пёс оглушительно залаял у самого уха Сюй Го.
Пронизывающий лай словно пробил пелену беспамятства. Сюй Го на автомате скрутил крышку, высыпал в ладонь несколько разноцветных таблеток, бросил их в рот и жадно запил водой.
Белый Тигр мгновенно встал в стойку, навострив уши, и замер в полной боевой готовности рядом с хозяином.
В салоне пикапа воцарилась звенящая тишина. Сюй Го зажмурился и долго лежал неподвижно.
***
— Кхм...
Спустя неизвестно сколько времени из груди Сюй Го вырвался тяжелый выдох. Он медленно разомкнул веки.
Белый Тигр тут же вытянул шею и вгляделся в глаза парня. Убедившись, что взгляд хозяина снова стал осмысленным и чистым, пёс расслабился и улёгся на сиденье.
Сюй Го казалось, будто он очнулся от кошмарного, бесконечного сна, где происходили ужасные вещи и плакало множество людей.
Он потряс головой, прогоняя остатки дурмана, и взглянул на флакон в своей руке. На этикетке не было ни единого слова — Линь Вань аккуратно содрала её.
Открутив крышку, он увидел горсть разноцветных таблеток, среди которых преобладали белые.
Сюй Го застыл в шоке: что с ним происходило все эти месяцы?!
Ему казалось, что он пил эти таблетки очень давно, но лишь сегодня впервые задумался — а что именно он принимает?!
Раньше он слепо проглатывал их, словно пребывал в глубоком мороке!
Ощутив давящую духоту в салоне, Сюй Го слегка приоткрыл окно, и в машину хлынул морозный, чистый воздух.
Закрутив флакон и отложив его, он нагнулся и поднял с пола конверт.
Внутри лежала пачка розовых почтовых листов, аккуратно сложенных вдвое.
Сюй Го развернул листы, и в самом верху увидел своё имя.
« Брат Сюй Го!
Здравствуй!
Я попробовала отправить это письмо способом, которому меня научил брат Су Люцзюнь. Не знаю, дойдёт ли оно до тебя. Но если ты держишь его в руках, то наверняка гадаешь, кто его написал?
Ха-ха! Ни за что не угадаешь!
Брат Сюй Го, это же я, Сяо Я! Вообще-то мы виделись с тобой на похоронах моего брата... »
Бум!
В ушах Сюй Го словно грохнул оглушительный взрыв! Мозг застлала абсолютная, звенящая пустота!
Дзинь-н-н...
Высокий ультразвук заложил уши, на лбу Сюй Го вздулись синие вены, а лицо исказила судорога.
Гав-гав-гав!
Белый Тигр подскочил на сиденье, переведя взгляд с флакона на письмо, и сделал молниеносный вывод: эта бумага несёт смертельную опасность его хозяину! Пёс цапнул зубами воздух, пытаясь вырвать листы.
Пах!
Правая рука Сюй Го с силой легла на голову Белого Тигра, не дав ему приблизиться. Пёс отчаянно высунул язык, пытаясь дотянуться до бумаги.
В понимании служебной собаки эти листки причиняли Сюй Го боль, и их требовалось немедленно уничтожить!
— Сидеть! Спокойно! — просипел Сюй Го хриплым, неузнаваемым голосом.
Гав?
Белый Тигр поднял морду, в его глазах застыло непонимание.
— Дай мне дочитать письмо, — тихо произнёс Сюй Го.
Хнык-хнык...
Белый Тигр недовольно поскулил и уселся на место.
Превозмогая дикую боль, Сюй Го снова впился взглядом в строчки.
« Тогда на мемориал "Кансива" пришло очень, очень много народа. Вы подходили к нам по очереди и называли свои имена, я всё-всё запомнила!
Брат Сюй Го... Ой, как-то официально звучит! Я буду звать тебя братишкой Сюй!
Братишка Сюй, ты тогда так горько плакал! Мне было так больно и жалко тебя! Не знаю, стало ли тебе хоть немного лучше сейчас.
Я пишу тебе, потому что не понимаю, почему ты удалил меня из друзей. Братишка Сюй, Сяо Я тебя чем-то обидела?
Думаю, дело не во мне. Наверное, у тебя что-то случилось. Мы с родителями так за тебя переживали! От тебя не было вестей больше трех месяцев!
Недавно братья Су Люцзюнь, Ван Лин и Лю Сенлинь приезжали ко мне в школу. Они сказали, что ты заболел!
Я так испугалась, братишка Сюй! Ты перестал выходить на связь, потому что заболел?
Брат Ван Лин сказал, что ты заболел, потому что винишь себя в гибели моего брата... Братишка Сюй, если бы ты знал, как мне хотелось в тот же миг прилететь к тебе и выбить эту дурь из твоей головы! Не смей так думать! Ни в коем случае!
Братишка Сюй, мой брат был самым лучшим человеком на свете! Он ни за что на свете не стал бы винить тебя!
Знаешь, когда я окончила школу, родители не хотели отпускать меня в университет. Но брат настоял! Он сказал, что сам оплатит мою учебу!
Когда родители спросили его "почему?", знаешь, что он ответил?
Брат спросил их, знают ли они, почему государство снижает проходной балл для таких, как мы? Родители не знали, и тогда брат сказал: потому что страна хочет, чтобы мы учились, поднимали свой уровень и развивали мышление. Чтобы никакие глупости не смогли затуманить наш разум!
Я считаю, брат был абсолютно прав! Я с детства видела слишком много трагедий из-за необразованности. Мой брат — мой величайший герой! И останется им навсегда!
Братишка Сюй, как ты думаешь: мог ли такой человек винить тебя?
Думаю, он винит тебя только в одном — в том, что ты глупишь и загнался в угол!
Братишка Сюй, брат Ван Лин рассказал, что ты получаешь всего пару тысяч юаней, но всё до копейки переводишь мне. Когда я узнала об этом, я рыдала навзрыд!
Армия выплатила нам огромную компенсацию, мою учебу и проживание полностью оплачивает государство, а родителям помогли открыть магазинчик в нашей деревне. Мы ни в чём не нуждаемся!
Все твои деньги я сохранила и положила на счет. Оставь их себе, покупай еду и береги здоровье!
Ты обязан взять себя в руки!
Сяо Я все ещё ждёт, когда вы спасете этот мир! Вперёд!
P.S. Братишка Сюй, немедленно добавь меня обратно в друзья! А то обижусь! Хм!
С уважением,
Твоя самая милая сестренка Сяо Я. »
***
Кап! Кап!
Крупные капли слёз разбивались о розовую бумагу.
В голове Сюй Го под эти звуки будто пролился проливной дождь.
Каждая капля возвращала фрагмент памяти, возвращала забытую картину.
Дождь превращался в ливень, капли сливались в бурлящие потоки, и этот мощный вал памяти с грохотом накрыл разум Сюй Го!
Он всё вспомнил!
Тот суровый день в горах Куньлунь. Ливень стоял стеной, они сидели в засаде у реки.
Шум дождя, грохот выстрелов, взрывы!
Его штурмовая винтовка «Тип 191» заклинила из-за попавшей в магазин воды?
Теперь это не важно — Кайуму погиб!
Он отдал жизнь, спасая его, и теперь покоится у подножия Каракорума!
А сам Сюй Го уже так долго не навещал его!
Вихрь воспоминаний кружил в голове.
Вернувшись с похорон, он словно сошёл с ума.
Сюй Го действительно безумствовал: он стал вспыльчивым, агрессивным, впадал в ярость от малейшей искры!
Он бросался с кулаками на боевых товарищей!
Он ночью рванул к лагерю спецназа «Небесный Волк», но бойцы Шестой роты перехватили его на полпути.
Он в безумии брыкался и дрался с друзьями, вцепился зубами в бедро Ли Доншуя!
Он видел слёзы на лицах родителей и Линь Вань.
Он видел, как замкомвзвода вместе с командиром роты и взводным, обвешавшись его орденами и медалями, ринулись в штаб бригады, когда штаб вознамерился комиссовать его по болезни!
Он видел, как хромающий Ли Доншуй отправлялся в расположение «Небесного Волка».
Он видел, как в день увольнения Су Люцзюня, Ван Лина и Лю Сенлиня замкомвзвода разрыдался, а сам Сюй Го забился в угол казармы, словно напуганный пёс, не смея высунуть носа.
Он видел, как Ло Шань перебрался в девятое отделение и дежурил у его койки день и ночь.
Он вспомнил абсолютно всё!
Взи-и-и... Ух!
Сюй Го сделал глубокий выдох и вытер слёзы. В мгновение ока туман перед глазами рассеялся!
Запахи в воздухе, шелест ветра, тончайшие вибрации собственных мышц...
Всё говорило об одном: прежний мир вернулся!
Гав-у-у!
Белый Тигр почувствовал, что сидевший перед ним человек изменился... Нет, вернулся его настоящий, знакомый хозяин! Пёс радостно взвизгнул.
— Спасибо тебе, Белый Тигр!
Сюй Го улыбнулся, выжал педаль газа, крутанул руль, и пикап развернулся в сторону Саньшилиинфан.
— Поехали, проведаем нашего брата Кайуму!
***
В то самое время, когда пикап Сюй Го мчался к мемориалу «Кансива», крытый грузовик с диверсионной группой Роты прорыва 75-го корпуса снова тронулся в путь.
— Едем прямо на пост Тяньшуйхай! — махнул рукой Тянь Сяоху, и машина набрала ход.
Выждав больше часа, он окончательно убедился, что они не раскрылись.
Да и то сказать: кому в голову придет, что в самом начале учений диверсионный отряд совершит марш-бросок из Южного Тибета прямо в Кибер-военный округ?
И уж тем более никто не мог предугадать, что их целью станет этот высочайший и забытый даже штабом 76-го корпуса пост!
— Ребята, подтянитесь! — скомандовал Тянь Сяоху.
Щёлк-щёлк!
По кузову пронесся сухой треск затворов пистолетов.
Хоть магазины и были снаряжены холостыми патронами, бойцов раскрепощал чистый азарт.
Рейд на тысячу километров за ночь!
Тянь Сяоху аж кровь в жилах будоражила от гордости: каков маневр!
— Командир, как приедем — сразу берем пост? — спросил один из разведчиков.
Тянь Сяоху задумчиво произнес:
— На Тяньшуйхае сейчас от силы два человека: старый начальник да недавно переведенный старший солдат. Они, небось, даже не знают про учения!
Сидевший за рулем боец удивленно обернулся:
— Командир, вы хотите сказать, на них нет датчиков лазерного поражения?
В этих учениях, как и прежде, все участники оснащались лазерными датчиками для фиксации условных ранений и гибели. Несмотря на гражданскую одежду, под ней у бойцов скрывалась специальная экипировка — датчики срабатывали безупречно.
— Посмотрим по обстановке. Если датчики на них есть — берем жестко! Если нет — не поднимаем шума. Притворимся заплутавшими прохожими, попросимся на ночлег, а в час ночи вырубим всю связь в районе!
— Понял!
Вз-з-з!
У находившегося в кузове радиста зажужжал спутниковый телефон. Сверившись с сообщением, он доложил:
— Командир, группа посредников требует включить видеорегистраторы!
— Чёрт, сколько мороки! — Тянь Сяоху без особого энтузиазма велел бойцам активировать скрытые на груди камеры, после чего пробурчал в свой регистратор: — Уважаемые генералы, у нас тут секретная операция, утечка информации исключена!
— Ишь, наглец! Поучает нас! — расхохотался генерал Линь в объединённом центре управления учениями за сотни километров оттуда.