Глава 14 «Зачем их ловить»
— Мать вашу, психи недоделанные! — Выругался Лу Тэн, поспешно уклоняясь от атак.
Когда они подошли ближе, он мысленным усилием извлек из пространственного кармана пакет с известью и швырнул его в нападавших! Сам он успел вовремя зажмуриться.
В мгновение ока все заволокло белой едкой пеленой. Целый мешок извести обрушился им на головы, выбелив их с ног до головы. Но главным было ее воздействие на глаза. Застигнутые врасплох, нападавшие взвыли от боли: известь попала на слизистую, и они, ослепнув, начали метаться, не разбирая дороги.
Лу Тэн с облегчением выдохнул, сорвал с пояса складную дубинку и, стиснув зубы, принялся охаживать их без разбора.
— Засаду мне устроили? Охотники хреновы? Да я ваш род до десятого колена в гробу видал!
Но когда все трое уже обливались кровью, один из мужчин вдруг издал рык – то ли от боли, то ли от ярости. Внезапно его рука задергалась в конвульсиях и начала меняться на глазах: из плоти вырвались багровые щупальца, которые, подобно кровавым змеям, метнулись к Лу Тэну!
— Твою мать, это еще что за мерзость! — Лу Тэн никогда раньше не сталкивался с подобным. Не успев среагировать, он почувствовал, как щупальца сковали его по рукам и ногам, и он рухнул на землю.
Двое других врагов тем временем пришли в себя и с хищным оскалом занесли над ним оружие.
— Дело дрянь… — он инстинктивно вскинул руки, закрывая лицо.
Но в следующую секунду…
— Пах!
Раздался резкий хлопок, похожий на взрыв, и ошметки плоти брызнули ему прямо в лицо. Лу Тэн замер, ошеломленный.
Тяжело дыша, он поднял голову. Мужчина, что только что заносил над ним дубинку, лишился всей верхней части тела. Остались лишь окровавленные ноги и обрубок торса, из которого вывалились скользкие внутренности. Тело покачнулось и с хлюпаньем завалилось назад.
Этот звук отозвался тошнотой в желудке Лу Тэна. Зрелище было настолько кровавым, внезапным и диким, что едва не выбило его за пределы психологического порога.
Тот, чье тело мутировало, тоже был мертв: он просто взорвался, не оставив после себя почти ничего, кроме кровавых пятен на стенах и полу. Единственной живой в помещении осталась женщина, впавшая в ступор от ужаса.
— Дзынь! — Тесак выпал из ее дрожащих рук. Она повалилась на колени, принимаясь неистово бить челобитные и молить о пощаде.
Лу Тэн недолго смотрел на нее. Его взгляд переместился к входу в супермаркет. Там, неведомо как и когда появившись, стояла знакомая девушка и с едва заметной улыбкой наблюдала за ним.
— Бай Я?
Прежде чем он успел выказать изумление, Ведьма Бай Я мягко произнесла:
— Брат… братик?
Лу Тэна словно током ударило. Он почувствовал себя крайне неловко.
— Ты… ты все вспомнила?!
Странное чувство: словно ты обидел ребенка, а теперь к тебе пришел разбираться его старший родственник.
— Кое-что вспомнила, — она не проявляла никакой враждебности, лишь слегка кивнула.
— Как же ты… как ты дожила до этого времени? Ты ведь из прошлого!
Лу Тэн не ожидал такого вопроса. Он не мог прямо сказать, что перемещается во пространство-времени, поэтому решил отделаться полуправдой:
— Сам не знаю. Лег спать, а проснулся уже здесь.
Ведьма Бай Я с сомнением окинула его взглядом:
— Ты… неужто ты мой сородич, мужчина-маг?
Лу Тэн опешил:
— А что, такие бывают?
— Ты шуток не понимаешь? — Парировала она.
«По тебе и не скажешь, что ты шутишь! Если это шутка, почему ты сама не смеешься? Решила из меня клоуна сделать?»
Тем не менее, Лу Тэн заметил, что она стала разговорчивее, а тон ее смягчился. Она все еще не была той наивной и милой Бай Я из прошлого, но ледяная стена отчуждения дала трещину. Она напоминала соседскую девчонку, с которой случайно встретился спустя много лет: она выросла, похорошела, стала серьезнее, но стоило заговорить о старом, как былое тепло начало возвращаться. К тому же она только что спасла его, что делало ее образ в его глазах куда более дружелюбным.
Ведьма Бай Я медленно подошла ближе. Ее взор скользнул по женщине, что продолжала дрожать на коленях. В этом холодном взгляде читалось отношение к ней как к низшему существу.
— Брат, что прикажешь делать с этой женщиной? Убить? Или хочешь оставить себе в качестве рабыни для утех?
От такого будничного вопроса Лу Тэн зашелся в кашле.
— Кхм-кхм! С чего бы это? Я что, похож на такого человека?
Ведьма Бай Я оставила этот вопрос без ответа. Во время разговора она мельком глянула на себя вниз. Все было почти так же, как и двести лет назад: она по-прежнему видела кончики своих туфель. Хоть она и считала, что лишняя плоть ей ни к чему, в душе шевельнулось неприятное чувство, отчего ее лицо стало еще холоднее.
— Сначала я ее допрошу, а там видно будет.
Лу Тэн потер затылок, который все еще ныл. Гнев в его сердце еще не утих. Он повернулся к женщине, отшвырнул тесак ногой в сторону и холодно спросил:
— А теперь выкладывай: зачем вы устроили эту ловушку и напали на меня?
Раз они знали, что его можно выманить золотом, значит, действовали осознанно и, возможно, какое-то время следили за ним.
Женщина, не поднимая головы, заикаясь, заговорила:
— Мы… мы не хотели нападать именно на вас. Мы просто прознали, что в этих краях кто-то ищет золото. Вот и выложили его здесь, чтобы приманить искателей.
Сердце Лу Тэна екнуло, а лицо помрачнело. В этом мире искать золото могли только его люди. Он вспомнил о своих «сотрудниках», которые бесследно исчезли пару дней назад.
Он думал, что они сбежали в убежище в поисках безопасности, но теперь…
— Скольких вы поймали? — Процедил он сквозь зубы, сдерживая ярость.
— Двоих… троих… кажется.
Женщина дрожала всем телом, голос ее срывался.
— Зачем они вам понадобились? Заставляли их работать на себя? — Лу Тэн глубоко вдохнул, все еще не понимая истинной причины.
Плечи женщины вздрогнули, она почти уткнулась лбом в пыльный пол.
— Чтобы… есть.
— Мы… нам так не хватало еды! Если не есть, мы бы все подохли с голоду! У нас не было выхода… совсем не было, вот мы и… — она пыталась найти оправдание своим поступкам, захлебываясь в словах.
Но чем больше она говорила, тем сильнее мороз продирал Лу Тэна по коже. Его зрачки сузились от шока, он смотрел на нее уже не с гневом, какой испытывают к человеку, а с ужасом, какой внушает дикий зверь, лишенный разума и жаждущий крови.
Его охватило неописуемое чувство нереальности и жути. Он знал, что в мире Апокалипсиса каннибализм возможен, но столкнуться с этим лицом к лицу оказалось выше его сил. И физически, и морально.