Глава 66. Накопление знаний
: ]
Девушка в красном плаще стояла под фонарным столбом. Свет падал на ее хрупкую фигурку, а тени у ее ног и вокруг змеились, скрывая множество настороженных, следящих глаз. Одна пара этих глаз заметила приближающихся «чужаков», и Красная Шапочка тут же обнаружила группу Юй Шэна.
— Извини, такси ползло как черепаха, — помахал ей Юй Шэн. — Давно ждешь?
— Пару минут, — равнодушно бросила она, поворачивая голову. — Я уже отправила своих волков на разведку. Никаких аномальных скачков, сегодня Музей стабилен. Хороший день для операции. Кстати, материалы изучил?
— Изучил, — кивнул Юй Шэн, проследив за взглядом Красной Шапочки. Она смотрела на массивное здание, безмолвно возвышающееся в ночи.
Это был не совсем Музей. Это был старый театр, закрытый для публики много лет назад. Но вход в так называемый «Музей» находился именно внутри этого театра.
— После начала события «Ночь в Музее» не трогайте экспонаты, издающие дыхание. Не смотрите долго на портреты маслом. Не заходите в красные комнаты. Если увидите манекены в униформе гидов, следите за их жестами и не входите в двери, на которые они указывают или намекают. Собственно, правил немного, — Красная Шапочка всё же решила перестраховаться и напомнить. — Музей – относительно стабильное инопространство, глубина держится на уровне L-2. Если следовать правилам, риск контролируемый, поэтому и уровень опасности присвоен второй…
Слушая ее дотошный инструктаж, Юй Шэн вспомнил «вводные курсы», которые читал в энциклопедии «Пограничной связи».
Эти материалы стали, пожалуй, его главным приобретением после регистрации в ТГБ. Системный свод знаний о сверхъестественном мире, включая те самые понятия «глубины» и «уровня опасности» инопространств, о которых упоминали Ли Линь и Сюй Цзяли, но в которых он сам плавал.
Глубина, проще говоря, это степень «отклонения» инопространства от реального мира. Если реальность принять за ноль, то глубина растет от 1 до 5. Инопространство уровня L-1 может выглядеть просто как странное место, откуда обычный человек способен выйти случайно. А вот L-5 — это зона, откуда не возвращаются. Эксперты даже не уверены, существует ли выход из L-5 в принципе, за исключением редчайших и неповторимых случаев выживания.
Обычно глубина инопространства стабильна, но может колебаться со временем или при определенных условиях. Исследовать инопространство на малой глубине – дело надежное, а вот резкий скачок глубины – главная причина гибели многих духовных детективов и следователей.
Уровень опасности – второй параметр, оценивающий угрозу. Чаще всего он коррелирует с глубиной: чем «мельче», тем безопаснее; чем «глубже», тем страшнее. Но это не аксиома. В некоторых поверхностных инопространствах могут рождаться чудовищные сущности, а в зонах L-3 (обычно считающихся зонами высокого риска) могут существовать стабильные безопасные зоны.
Именно из-за таких исключений «уровень опасности» и «глубина» стали независимыми характеристиками.
Кстати, уровень опасности применим не только к инопространствам, но и к отдельным «сущностям».
Группа направилась ко входу в старый театр.
— Честно говоря, по правилам я не должна тащить такого «новичка», как ты, в инопространство уровня L-2, каким является Музей. Начинающие детективы обычно стартуют с L-1 — там стабильнее и эвакуация проще, — говорила на ходу Красная Шапочка. — Но вы не совсем «новички». Вы умудрились разобраться с Долиной Ночного Покрова. У вас недостаток знаний и опыта, но силы – с избытком.
— Ничего страшного, всё опыт, — беспечно отозвался Юй Шэн, с любопытством поглядывая на девушку. — Кстати, мне вдруг показалось… тебе нравится заботиться о людях?
— С чего ты взял?
— Обычно ты такая взрослая, холодная, но стоит начать дело – сразу куча наставлений. Особенно когда ведешь нас, «новичков». Прямо как воспитатель в детском саду.
Красная Шапочка замерла на пару секунд, выражение ее лица стало сложным.
Но она промолчала, лишь дернула уголком рта и зашагала дальше.
— Понятия глубины и уровня опасности уяснил? — прервала она молчание через несколько шагов.
— Разобрался. Глубина – это «насколько тут всё чертовски странно», а уровень опасности – «насколько быстро это тебя убьет», — махнул рукой Юй Шэн. — Всё просто.
— Грубовато, но… образно, — кивнула Красная Шапочка. — Глубина Музея L-2. Это «стандарт». Отличия от реальности уже очевидны, среда искривлена, для обычного человека очень опасно. Но в целом пространство здесь подчиняется некоей «логике», понятной человеческому восприятию. Если следовать правилам, проблем не будет…
Юй Шэн не дал ей закончить, подхватив мысль:
— А опасность второго уровня означает, что оно не убивает мгновенно и не проявляет активной, неизбирательной агрессии. Но нарушение правил чревато травмами или смертью. Верно?
(Примечание: оригинальный и бесплатный перевод читайте на LiNovel.ru)
— Неплохо, запомнил крепко. Тогда я спокойна.
Красная Шапочка остановилась.
Они вошли в двери старого театра. За приоткрытой ржавой решеткой открывался вестибюль, выложенный темно-зеленой плиткой. По бокам уходили коридоры вглубь здания, а прямо напротив входа зияли черные дыры билетных касс.
Но внимание Юй Шэна привлек странный прибор в центре зала.
Это была черно-серая металлическая призма, сужающаяся кверху, высотой примерно по пояс. На верхушке медленно пульсировали огоньки, а изнутри доносилось низкое прерывистое гудение – прибор работал.
— Это оборудование ТГБ. Мы называем это «узел», полное название – стационарный генератор узла, — указала на призму Красная Шапочка. — Он излучает низкочастотные когнитивные помехи, которые влияют на обычных людей, заставляя их держаться подальше от известных опасных зон Перекрестка. Эффект слабый, но против тех, у кого не было пробуждения, работает.
— …Их много в городе? — удивился Юй Шэн, разглядывая «узел». — Я ни разу не замечал…
Красная Шапочка глянула на него. Хотела было ляпнуть «потому что ты раньше был обычным человеком и просто не подходил», но осеклась.
Ей казалось, что даже лиса рядом содержит больше «человеческого», чем Юй Шэн…
— И как, работает? Реально всех отпугивает? — не унимался Юй Шэн.
— Работает неплохо, но стопроцентной защиты не бывает. Хоть бетоном залей, всё равно найдется кто-то с гидравлическим захватом и отбойным молотком, кто полезет на рожон, — вздохнула Красная Шапочка. — Всегда найдутся упрямцы или «одаренные», которые, превозмогая головокружение и дрожь в коленях, попрутся «исследовать». Или просто невезучие с высокой природной чувствительностью, на которых узел не действует. Так что периодически приходится вытаскивать из инопространства бедолаг. Они в итоге становятся либо источником дохода для детективов, либо печальной статистикой в сводках ТГБ. А в редких случаях… после истерик и курса психотерапии становятся новыми детективами или оперативниками.
— А почему просто не снести это место? — вдруг спросила Ху Ли.
— Снести? О, тогда начнется веселье, — Красная Шапочка понимала, что лисе не хватает элементарных знаний, поэтому просто развела руками. — Ты снесешь только известный «вход». Само инопространство находится не в нашем измерении. Если уничтожить контролируемый вход, никто не знает, где откроется следующий.
Слушая объяснения, Юй Шэн подумал, что суицидальное поведение – это, видимо, человеческий инстинкт, который ничем не перешибешь.
Тем временем Красная Шапочка подошла к «узлу» и приложила к его верхушке свою ID-карту.
— Регистрация входа, — обернулась она, помахивая удостоверением. — Если помрем внутри, сборщик трупов будет знать, где искать тела. После входа в инопространство связь обычно обрывается. Отметка на узле – последний след, который детектив оставляет в реальном мире.
Юй Шэн последовал примеру, зарегистрировав и себя, и спутниц:
— Хорошо, что мы им документы сделали…
Узел издал тихое жужжание.
Красная Шапочка повела группу мимо устройства вглубь холла.
Она остановилась перед темными провалами касс.
В заброшенном театре кассы, естественно, не работали. Два из четырех окон были заклеены выцветшим скотчем. Третье было пустым, заваленным мусором. А вот в четвертом стоял старый билетный аппарат, покрытый толстым слоем пыли.
Красная Шапочка остановилась перед этим окном и посмотрела на время в телефоне.
Спустя пару минут она протянула руку и постучала по стеклу.
— Ночной сеанс, Ночь в Музее, четыре билета.
В пустой темной каморке внезапно зажегся свет. Хотя лампочка была разбита, теплое яркое сияние заполнило пыльное пространство.
Словно там, за стеклом, все еще сидел невидимый, забытый временем и памятью кассир.
Старый аппарат заскрипел. Пустой барабан для бумаги начал вращаться, выплевывая входные билеты.
(Конец главы)