Глава 37. Пробуждение
: ]
Это еще не конец.
Едва слова Ху Ли затихли, Юй Шэн понял, что она имела в виду.
Из чащи донесся хор безумных воплей. В долине внезапно завыл ветер – жуткий, пустой звук. Гнетущая, зловещая атмосфера инопространства не рассеялась со смертью монстра, а наоборот, усилилась многократно. Какая-то тяжелая, почти осязаемая злоба и ощущение пристального внимания хлынули со всех сторон. Словно что-то проснулось и впадало в ярость.
— Что это за хрень?! — Юй Шэн повернулся к лисице, которая явно знала больше.
— Не знаю, но оно… уже появлялось, — Ху Ли дрожала от страха, прячась за спину Юй Шэна. — Когда бессмертный умер, было так же. Что-то проснулось. Бессмертный увел остальных наружу и не вернулся… Потом нашли только тело…
Она опустила голову, ее трясло:
— Папа и мама… спрятали меня в яме, велели не смотреть. Я не знаю, что это было. Когда я вылезла, все уже умерли…
Из сбивчивого рассказа Юй Шэн быстро уловил суть.
Настоящий ужас этой долины – не тот мясной гигант!
Вернее, не только он. Что-то куда более могущественное спало во тьме, и с момента их с Айлинь прихода оно начало пробуждаться.
Юй Шэн стиснул зубы и, быстро приняв решение, побежал к Айлинь.
— Драться нельзя, — бросил он на ходу. — Тут есть что-то пострашнее. План Б: отходим, я открываю дверь. Ты как? Идти можешь?
Айлинь попыталась опереться руками о землю, чтобы встать. Раздался тихий хруст, и ее предплечья просто отвалились от локтей, рассыпавшись в пыль при ударе.
— Не могу. Ноги тоже повреждены, встану – сломаются, — кукла уныло подняла культи. — Я ж говорила, твое тело ненадежное… Ты песок в глину подмешал, что ли?…
Честно говоря, вид отвалившихся рук Айлинь напугал Юй Шэна – он не имел опыта общения с живыми куклами и не знал, насколько это фатально. Но ее ворчание его успокоило.
— Починить можно?
Айлинь кивнула:
— Можно, но только дома.
Юй Шэн с облегчением выдохнул. Видя, что сама она не встанет, он снял со спины марионетки раму масляной картины, закрепил на себе, а саму Айлинь подхватил и усадил на сгиб левой руки.
Айлинь вяло запротестовала – видимо, сочла позу унизительной, – но безрукая кукла выглядела не слишком грозно, так что ей пришлось смириться и смирно сидеть на руке.
Юй Шэн свободной правой рукой потянулся к пространству. Секунда концентрации – и на расстоянии вытянутой руки возникла мерцающая дверь.
Он заметил, что трое незнакомцев (молодой парень казался смутно знакомым), увидев дверь, уставились на нее с нескрываемым удивлением.
Раздумывать было некогда. Убедившись, что канал стабилен, он рывком распахнул призрачную створку.
За порогом была гостиная дома на улице Утун, 66.
— Путь свободен, уходим! — крикнул Юй Шэн. — Пока монстр не возродился!
Он посмотрел на дрожащую Ху Ли:
— Ху Ли, ты первая. Не бойся, там безопасно.
Затем обернулся к троице:
— Вы трое! Не знаю, кто вы, но спасибо за помощь. Уходите с нами.
Ободренная Юй Шэном, Ху Ли наконец решилась и шагнула к двери.
Но в тот миг, когда она почти коснулась проема, раздался жуткий свист, и Юй Шэн почувствовал резкий порыв ветра за спиной!
В мозг ворвался поток чужеродной информации: множество взглядов, сфокусированных на руинах, зрение, тянущееся с небес и из глубин долины, холодное, хаотичное осязание и… радость от скорого обеда.
Юй Шэн резко обернулся. В темноте на краю руин беззвучно возникла еще одна Сущность-Голод. Ее туловище с треском раскрылось, и длинный язык, подобный стреле, выстрелил вперед. Мгновение – и он пробил грудь Юй Шэна насквозь.
Он успел лишь оттолкнуть Айлинь в сторону. Увернуться он не мог. Удар пришелся прямо в сердце.
«Оно уже восстановилось? Так быстро? Или это… другое?»
Вопросы промелькнули в угасающем сознании. Погружаясь во тьму, он слышал испуганный крик Ху Ли, визг Айлинь и вой волков.
Иллюзорные Врата в воздухе мигнули и исчезли. Тело Юй Шэна повалилось назад. В темнеющем, накренившемся мире он увидел, как на границе руин вздымаются слои теней. В глубине каждой тени формировался новый монстр из нагромождений плоти. В долине открывались тысячи жадных пастей. Лес превращался в лес щупалец, горы скалились клыками, а небо… небо медленно расходилось узкой щелью.
— Благодетель!! — Ху Ли первой бросилась к нему. Хотя она видела смерть и воскрешение Юй Шэна раньше, ее затуманенный разум не сразу вспомнил это. Видя, как он упал, она запаниковала. — Ты… ты как?…
— Как-как, помер он, не видишь, что ли?! — громкий вопль Айлинь прервал причитания лисицы. Кукла, упавшая на землю, с трудом ворочалась. — Ты же не первый раз это видишь, успокойся!
Ху Ли замерла. До ее медленного сознания начал доходить смысл слов. Она тупо уставилась на труп Юй Шэна.
Лицо лисицы сморщилось в сложной гримасе: вроде бы надо плакать, но вроде бы и незачем, а атмосфера такая, что не плакать – неуважение к благодетелю, а плакать – еще большее неуважение.
Ли Линь, не знавший особенностей Юй Шэна, при виде монстра напрягся. Следя за тварью, он попытался утешить куклу и лису:
— Сожалею, но мертвых не вернешь… Сейчас главное – устранить…
Его прервала жалкая кукла:
— Ничего, скоро оживет. Но нам надо продержаться минут двадцать-тридцать, пока он не вернется и не откроет дверь. Эй, лиса, подними меня. И картину с земли не забудь.
Ху Ли поспешно вытащила из-под тела Юй Шэна раму и подхватила обездвиженную Айлинь.
Ли Линь и его спутники смотрели на это с отвисшими челюстями. Поведение куклы не укладывалось в голове – может, это шок от горя?
Но времени на раздумья не осталось.
Вокруг руин раздался многоголосый хаотичный рев. Пугающие ауры вспыхивали одна за другой. Даже опытный Сюй Цзяли, оценив обстановку, застыл с каменным лицом.
Во тьме один за другим рождались монстры из плоти.
Рев заполнил долину.
— Твою мать! — выдохнул Ли Линь. — Откуда их столько?! В отчетах сказано, что Сущность-Голод всегда одна!
Сюй Цзяли медленно поднял голову, сглотнул и нарушил молчание:
— А если долина заражена «Ангелом»?…
— Что ты… — начал Ли Линь, но тут же проследил за взглядом напарника.
Он увидел. Долина в ночи шевелилась.
На гребнях гор проступили зубчатые силуэты.
Но страшнее всего было небо. Небо открылось.
То, что казалось плотной завесой, вечным покровом ночи над инопространством, менялось. Край «неба» разошелся трещиной, сквозь которую брызнул тусклый свет. А за ним открылась правда.
Это была не завеса и не тучи.
Это было веко.
Все это время над долиной висел закрытый глаз, создавая вечную ночь.
Теперь он открылся. Глазное яблоко равнодушно взирало вниз. В пустом, впалом зрачке переплетались хаотичные линии и мерцающие огни, словно оно изучало добычу в долине. Свет, исходящий от него, разогнал мрак, но это «просветление» принесло лишь бесконечный ужас.
Ледяной ветер привел Ли Линя в чувство. Он услышал шепот рядом.
Сюй Цзяли, глубоководный ныряльщик с десятком лет стажа, тихо произнес одно имя…
— Мрачный Ангел…
(Конец главы)