Глава 279. Сведения о Юнь Цинцзы
: ]
В конце концов, после долгих уговоров, Чанфа таки домучила свое кошмарное сочинение. И стоило ей поставить точку, как она тут же упорхнула – Юй Шэн видел, как она превратила волосы в дельтаплан и сиганула прямо со Смотровой Платформы. При оптимистичном раскладе она уже долетела до середины горы и встретилась с Золушкой и остальными.
При неоптимистичном – висит где-нибудь на дереве.
Красная Шапочка отложила телефон и с обреченным видом подошла к столу, чтобы собрать разбросанные Чанфа тетради и учебники, аккуратно рассортировать их и убрать в рюкзак.
Юй Шэн наблюдал за этим, и его взгляд снова невольно зацепился за тему сочинения. Веко предательски дернулось.
— Она с детства такая, шебутная, — небрежно заметила Красная Шапочка. — Но даже так стала «воспитателем» в «Сказке». По крайней мере, когда дело доходит до заданий, на нее можно положиться.
— Ну да, меня в основном только эта тема сочинения удивила… — Юй Шэн криво усмехнулся, но тут же задумался. — Кстати, если подумать… Она вроде первая в «Сказке», кто начал звать меня братом? Остальные, кажется, больше из вежливости, а она прям постоянно. Я уже даже привыкать начал.
Красная Шапочка застегнула пенал и на секунду задумалась:
— Наверное, потому что у нее когда-то был настоящий брат.
— …А? — вот теперь Юй Шэн искренне удивился. — У нее реально есть брат?!
— Был. Давно.
— Давно? — нахмурился Юй Шэн. — И что случилось?
— Он ее бросил, — Красная Шапочка подняла глаза, говоря об этом как о чем-то обыденном. — Многих из нас выбросили родители, а ее выбросил брат.
Юй Шэн:
«…»
— Впрочем, это было, когда она была совсем крохой, я даже сомневаюсь, что она сама это помнит, — покачала головой Шапочка. — Подробностей я не знаю, я тогда сама еще в детсад ходила, слышала потом от других «старших». Возможно, у нее остался лишь какой-то образ «брата» или подсознательное чувство, что он должен быть.
Тут она сделала паузу и взглянула на Юй Шэна:
— Поэтому я всегда считала, что то, что она зовет тебя братом, — это хорошо. Теперь это слово стало для нее чем-то радостным.
Юй Шэн промолчал. Он наблюдал за ловкими движениями девочки и лишь спустя время проговорил с чувством:
— Ты очень хорошо заботишься о младших.
Красная Шапочка подняла голову:
— С чего вдруг такие выводы? Хотя я и сама считаю, что справляюсь неплохо…
— Да хотя бы по психическому состоянию Чанфа видно. Ты молодец, — развел руками Юй Шэн. — Иногда мне кажется, она искренне верит, что в мире вообще нет плохих людей. С таким-то характером, когда ей везде весело…
— Эм, ну, буду считать это комплиментом, — пробормотала Красная Шапочка со сложным выражением лица, а затем резко сменила тему, словно невзначай. — Кстати, насчет того инопространства, куда вы недавно ходили. Я слышала от Рыбки, что оно, похоже, снова типа «Аномалия»?
— Вероятность очень высока. Там встречались элементы и «Дикого Поля», и «Бастиона», и «Королевства», но все сцены менялись случайным образом и имели сильные признаки «иллюзии» или «эха», — заговорив о деле, Юй Шэн посерьезнел. — Такая структура из «сцен» чем-то напоминает «Сказку», но мы пока не обнаружили там никаких «правил поведения», подобных вашим.
— Хм… В общем, будьте осторожны. Если понадобятся люди – зови меня или любого из «Сказки», мы всегда готовы помочь, — сказала Красная Шапочка, и на ее лице вдруг появилась улыбка. — Я теперь официально не детский труд.
Юй Шэн тоже улыбнулся и легонько хлопнул ладонью по протянутой ладошке девушки.
Затем он подхватил первую попавшуюся под руку Айлинь, посадил ее на плечо, вышел из дома на Улице Утун, 66, и открыл прямую дверь в Дворец Цюэюнь.
В главном зале он вскоре увидел спешащего Истинного Человека Юань Лина, а следом за ним появился и Сюань Чэ.
— Я как раз занимался алхимией, получил твое сообщение с задержкой, — торопливо проговорил Юань Лин. — Ты сказал, есть важное дело? Что стряслось?
Юй Шэн спросил в лоб:
— Имя «Юнь Цинцзы» тебе о чем-нибудь говорит?
— Юнь Цинцзы? — Юань Лин застыл, а затем начал быстро перебирать память, размышляя вслух. — Кажется, слышал… Где ты услышал это имя? Почему вдруг спросил?
— Во сне. Но, возможно, это не просто сон, — Юй Шэн не стал ничего утаивать и выложил все детали своего «видения». — …Вот такая сцена. Похоже, это связано с некой «информацией», которую несет в себе недавнее инопространство. Все указывает на «Наследие Императора». Этот Юнь Цинцзы выскочил в самом конце. Он, кажется, был таким же «наблюдателем», как и я, и страшно удивился и разозлился моему появлению, сразу кинулся убивать…
Он подробно описал самозваного «Юнь Цинцзы», подумал и добавил:
— И еще мне показалось, что с психикой у него беда. Какой-то дерганый.
Не успел Юань Лин ответить, как Айлинь, сидящая на плече, вытаращила глаза:
— А? Ты попал в такой замес во сне и меня не позвал?
— А зачем тебя звать?
— Помочь в драке! — возмутилась Айлинь. — Ты забыл, как я крута во снах? И то, что ты не видишь, я, может, разглядела бы!
— …Не подумал, — смутился Юй Шэн, но тут же нашел оправдание. — Да и времени не было. Он налетел без «здрасьте», я и среагировать не успел, как он уже отчитал свою пафосную речь и свалил.
— Мне плевать! В следующий раз зови меня сразу, особенно если попадаешь в такие странные сны! — надулась Айлинь. — Это же опасно. К тому же во сне ты тормоз, тебя побьют, а ты и не заметишь.
— Ладно-ладно, понял…
Юань Лин, посерьезневший еще на середине рассказа, к концу повествования о «Юнь Цинцзы» выглядел крайне озабоченным. Видимо, догадка уже сформировалась. Помолчав, он вдруг сосредоточил взгляд и переглянулся с Сюань Чэ.
— Неужто… «Изгнанный Бессмертный Глуши» Юнь Цинцзы?!
— «Изгнанный Бессмертный Глуши»? — Юй Шэн прекратил перепалку с Айлинь. — Это что значит? Реально знаменитость?
— Не знаменитость, а древность, — мрачно ответил Юань Лин. — Это фигура из прошлого «поколения»!
Лицо Юй Шэна вытянулось:
— А?
— Помнишь, я рассказывал, что на заре перестройки истории Великой Пустоты – Духовной Оси, до того как устоялось нынешнее Правление Пяти Сект, на Звезде Великой Пустоты было много Великих Предков? Позже, когда хаос от Второй Вспышки Сингулярности улегся и новые силы пришли к согласию, многие предки удалились от дел. Кто погиб, кто ушел в дальние странствия, кто затворился в уединении, а кто-то скрыл имя и затерялся в миру…
— Помню, помню, — закивал Юй Шэн. — Хочешь сказать… этот «Юнь Цинцзы» – один из тех «предков»-отшельников?!
— Только он и приходит на ум, — кивнул Юань Лин, нахмурившись еще сильнее. — Но он не просто «в уединении». Согласно записям, мы считали, что он погиб еще тысячу лет назад!
— …Погиб?
— В последний раз Юнь Цинцзы видели вблизи границы сектора Фэйюй-13b, на одной дикой звезде, — глухо произнес Юань Лин. — Когда установилось «Правление Пяти Сект», многие могущественные предки ушли в тень, и он тоже исчез. Но раз в триста-пятьсот лет он появлялся, чаще всего у границ. Пока тысячу лет назад пограничный форпост не зафиксировал чудовищный удар. Неизвестная сила атаковала дикую звезду…
— Расследование нашло поврежденные записи наблюдения. Юнь Цинцзы был там. Похоже, он сражался с чем-то, но проигрывал. В последний момент он сжег свою эссенцию души, вызвав Пожирание Пустотой и тот страшный взрыв.
— На месте мы нашли лишь фрагменты тел, истощенные до предела, да выжженную землю там, где сгорела его жизненная сила. С тех пор Юнь Цинцзы никто не видел.
Юй Шэн молча переваривал услышанное. Айлинь на его плече похлопала глазами и выдала:
— Ну, звучит так, будто он точно умер… Тело-то в пепел разлетелось?
— К такому выводу все и пришли. Но теперь, похоже, старый мастер все еще жив, — Юань Лин погладил бороду, оставаясь серьезным. — У таких фигур всегда припрятаны немыслимые способы выживания, вплоть до техник перерождения. Тогда мы нашли лишь остатки после битвы, стопроцентной уверенности в его гибели не было.
— А выяснить, с кем он дрался, не удалось? — поинтересовался Юй Шэн. — И еще, какой у него был характер до этого? Тоже такой дерганый, как при нашей встрече?
— Без шансов, — покачал головой Юань Лин. — Тысячу лет назад Великая Пустота – Духовная Ось не была такой развитой, как сейчас. Большая часть Фэйюй-13b оставалась дикой, особенно на границах. Там даже разведка толком не проводилась: максимум форпост да пара автоматов. Никто, кроме таких монстров, способных создать свой мирок на дикой скале, туда не совался. Информации крохи.
— Что до нрава старого мастера… Сам я его не знал, но, судя по слухам, безумцем он не был. Наоборот, славился как человек культурный и мягкий.
(Конец главы)