Глава 2. Запертая комната
: ]
Голова гудела, мир перед глазами словно затянули плотной вуалью. Шум машин с дальнего проспекта доносился урывками, то приближаясь, то удаляясь, звуча нереально, будто во сне.
Сколько он шел в этом мучительном полубреду – неизвестно. Наконец, разум немного прояснился, и Юй Шэн в нерешительности замер, оглядываясь назад.
Уже совсем стемнело, зажглись уличные фонари. Он брел по узкой улочке недалеко от дома. По обе стороны, словно звери, затаившиеся в ночи, прижались к земле старые малоэтажки. Лишь переделанные под коммерческие помещения первые этажи источали теплый свет, немного разгоняя холод, поселившийся у него в душе.
Холод?
Внезапно Юй Шэн снова ощутил тот пронзающий до костей мороз. Почувствовал, как ледяной дождь режет кожу, ощутил на себе тот скользкий, стылый взгляд – взгляд лягушки.
Дыхание перехватило. Лишь спустя секунд десять он вспомнил, как дышать, и, жадно хватая ртом воздух, быстро опустил взгляд на свою грудь.
На мгновение ему показалось, что в груди все еще зияет дыра, что сердца нет, а внутри темно и холодно, как в остывшей печи. Но уже в следующую секунду он почувствовал ритмичные удары. В ушах даже прозвучало отчетливое «ту-дук»… Верно. У живых людей есть сердцебиение.
Он жив. Никакая гигантская лягушка не сжирала его сердце.
Но воспоминания накатывали волнами цунами, и как бы он ни старался отмахнуться, забыть не получалось. Он помнил дождь. Помнил нарисованную на стене дверь. Помнил гигантскую тварь… Он пытался убедить себя, что это галлюцинация, но чем четче становились воспоминания, тем слабее была эта уверенность.
Он умер. Но почему-то жив и идет домой. Осталось всего два перекрестка.
Это была самая чертовщина из всей чертовщины, что случалась с ним в этом проклятом городе.
Он почувствовал на себе взгляды. Его странное поведение привлекло внимание прохожих. Кто-то уже нерешительно двинулся в его сторону, возможно, желая спросить, не нужна ли помощь. Юй Шэн поспешно замахал рукой, избегая общения, и ускорил шаг.
Он не знал, что с ним произошло, но стоять посреди дороги и философствовать явно не поможет решению проблемы.
Быстро миновав переулок, он оставил позади последние жилые кварталы и направился к своему «дому».
Хотя он прошел всего два перекрестка, окружение заметно изменилось, стало более пустынным и мрачным – словно он забрел в забытый угол города. Людей почти не осталось, спутниками Юй Шэна были лишь холодные фонари. Вскоре впереди показался старый особняк, стоящий в ночи особняком, словно отгородившись от остальных зданий невидимой чертой.
Обычный с виду большой дом. Три этажа, облупившаяся штукатурка, скатная крыша. Старые двери и окна хоть и ветхие, но целые. Такое здание походило на «самострой» середины прошлого века, который благодаря бюрократической ошибке пережил все планы сноса и реконструкции, став историческим артефактом.
Юй Шэн не особо разбирался в градостроительных нормах этого Цзечэна, так непохожего на его родной город. За два месяца здесь, если вычесть первое время, когда он от страха не высовывал носа на улицу, он едва успел привыкнуть к новой жизни и изучить окрестности. Но одно он знал точно.
Этот дом был его единственным относительно безопасным убежищем в опасном и чуждом городе. По крайней мере, внутри он ни разу не видел тех жутких теней.
Хотя сам дом тоже был полон странностей.
Юй Шэн тихонько выдохнул. Все еще сжимая в руке пакет из супермаркета, он прошел сквозь пятно холодного света от фонаря, достал ключи и открыл дверь.
Старые петли скрипнули. Юй Шэн вошел и щелкнул выключателем. Пусть этот дом и отличался от того, что он помнил, в момент, когда зажегся свет, он ощутил… спокойствие.
Он обернулся, запер дверь, оставляя ночной город снаружи.
Бросив покупки на полку у входа в кухню, он быстрым шагом пересек пустую гостиную, вошел в ванную и, встав перед зеркалом, рывком задрал футболку.
Картинка в памяти была слишком четкой, ему нужно было убедиться.
На груди – ни царапины, ни следов крови. Словно «смерти» никогда и не было.
Юй Шэн нахмурился. Осмотрел одежду – целая. Надавил на то место, где по его воспоминаниям лягушка устроила вскрытие. Окончательно убедился, что его грудная клетка цела и невредима.
— Чертовщина какая-то…
Тихо пробормотал он, выходя из ванной в гостиную.
За его спиной поверхность зеркала над раковиной беззвучно пошла трещинами, а затем так же быстро и бесшумно срослась обратно…
Сидя на диване в гостиной, Юй Шэн пытался привести в порядок хаос в голове. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем его измученный разум наконец сдался.
Сон накрыл его.
Забытье длилось долго, пока резкий звук «Бум!» не взорвался в мозгу. Звук был такой, будто кто-то ударил лопатой по камню прямо над ухом. Юй Шэн мгновенно проснулся.
Он открыл глаза в темноте. Секунду тупил, потом осознал – свет в гостиной выключен.
Но он точно помнил, что не выключал его!
Тревога взвыла сиреной. Юй Шэн инстинктивно потянулся к телескопической дубинке, лежащей рядом. Попав в этот странный город, он первым делом обзавелся средством самообороны. Пусть толку от нее пока было немного, но для перепуганного примата палка в руке – это уже половина спокойствия. Затем он осторожно приподнялся, вслушиваясь в темноту.
В такой глуши воры – дело житейское. Честно говоря, сейчас Юй Шэн предпочел бы воров. Вора можно вырубить дубинкой. Метровую лягушку – вряд ли.
Но в гостиной было тихо. Ни следов взлома, ни шороха грабителей.
Хорошая новость: кваканья тоже не слышно.
При свете уличного фонаря, пробивающемся сквозь окно, Юй Шэн, пригнувшись, добрался до выключателя и нажал кнопку.
Его глаза сверкнули, сканируя осветившуюся гостиную.
Юй Шэн моргнул. Что-то в поле зрения казалось странным, но он не мог понять, что именно. Ладно, главное – свет горит, все видно.
Слегка сгорбившись, с дубинкой наперевес, он начал осмотр дома.
Первый этаж: гостиная, кухня, столовая, пустая комната. Все чисто.
Он замер у лестницы на второй этаж, помедлил и начал подниматься.
На втором этаже три комнаты. Его спальня, кладовка с хламом и комната в конце коридора, которая всегда была заперта.
Когда он заселился, комната уже была закрыта. Он перерыл весь дом, но ключа так и не нашел.
Он проверил спальню и кладовку. Затем подошел к запертой двери.
Как всегда, закрыто наглухо.
Юй Шэн, конечно, пытался применить инженерный подход. В арсенале были ударная дрель и ручная пила. Но все попытки провалились: инструменты искрили, сверла тупились, зубья ломались, а на хлипкой с виду деревянной двери не оставалось и царапины.
Пытался он прибегнуть и к аутсорсингу. Вызывал медвежатников. Первые двое заблудились в старом районе и так и не нашли адрес. Третьего сбил мотоцикл на подъезде, он только на прошлой неделе выписался из больницы…
Словно какая-то мистическая сила охраняла эту комнату от вторжения.
Да, этот дом был его единственным убежищем, но и сам дом был полон… «неправильностей».
Юй Шэн взялся за ручку, попробовал повернуть. Бесполезно.
Ничего не произошло, дверь заперта.
Но, может, ему показалось? Когда он дергал ручку… он словно услышал тихий смешок.
Смех доносился из-за двери. Молодой женский голос, будто насмехающийся над его беспомощностью.
Волосы на затылке Юй Шэна встали дыбом!
В его единственном убежище, в доме, где он прожил два месяца, в комнате, которая всегда была заперта… кто-то есть!
…И почему она не умерла с голоду?