Глава 147. Имя Ангела
: ]
Картина перед глазами Юй Шэна вновь содрогнулась, сопровождаемая чередой панических воплей и резким шумом. Казалось, культист, погружаясь в сон, испытал мощнейшее эмоциональное потрясение от собственных воспоминаний. И вслед за этим всплеском эмоций Юй Шэн с изумлением увидел, что сновидение не рухнуло мгновенно, а начало обнажать нечто иное…
Нечто невообразимое, пугающее и тревожное.
Он увидел, как рушится заброшенный склад, а вместе с ним трескаются земля и небо. Черные фигуры, окружавшие место жертвоприношения, одна за другой растворялись в воздухе, превращаясь в огромные облака, которые вздымались и раздувались. Нечто, скрытое глубоко в подсознании последователя Ангела, из-за дисбаланса сна просочилось наружу, нагло разворачивая свое присутствие перед глазами «паразита» Юй Шэна…
Юй Шэн увидел колоссальную проекцию, похожую на гигантское яйцо. Оно парило над обломками, оставшимися после того, как разорвался склад. Поверхность этого «яйца» отливала металлом, а в его желобах и по граням мерцали бесчисленные тусклые огни, напоминающие глаза. Он услышал гул – будто внутри этой штуки работал какой-то гигантский механизм…
В следующую секунду парящее в воздухе гигантское яйцо раскололось. Из его глубин безумно поперла плоть, из трещин хлынули странные щупальца, свисая с небес и слепо раскачиваясь в воздухе. И тут Юй Шэн услышал новый звук – плач младенца…
Тряска, вибрация, визг. Юй Шэн внезапно почувствовал, как его сознание стремительно падает вниз. И в момент этого падения он услышал крик Айлинь:
— Твою мать, этот хрен проснулся!
Ощущение реальности вернулось мгновенно. Юй Шэн резко открыл глаза, судорожно втянув воздух, как человек, вынырнувший с глубины. Почти одновременно он повернул голову и увидел неподалеку того самого последователя Ангела, который тоже распахнул глаза и тяжело дышал.
На лице лысого мужчины читались ужас и ярость. В этот миг с него слетела вся та высокомерная спесь, тот взгляд, словно он познал жизнь и смерть и возвысился над смертными. Он уставился на Юй Шэна так, будто готов был наброситься на него в следующую секунду.
Юй Шэн же просто встал, спокойно посмотрел на противника и спустя мгновение глухо спросил:
— Анка-Айла… Что означает это слово?
Он не ожидал такой реакции: стоило словам слететь с губ, как культист пришел в неистовое бешенство. Игнорируя разряды тока от удерживающего устройства, он рванулся вперед:
— Твой грязный рот недостоин произносить Его…
Последователь Ангела успел прыгнуть лишь наполовину, когда серебристо-белый хвост рассек воздух. Хлесткий удар сбил его в полете, швырнув на стену. Юй Шэн даже не успел понять, что произошло, а Ху Ли уже превратилась в размытую тень. Она настигла врага, схватила его за ногу и принялась с остервенением колотить им об пол – бам, бам, бам! Наконец, она небрежно отшвырнула тело. Заметив, что тот уже больше мертв, чем жив, она в панике начала кастовать лечебные заклинания…
Девушка-лиса не проронила ни слова. Всю первую половину действа она излучала холодное высокомерие, а вторую – паниковала так, что слов не находилось.
Айлинь, наблюдавшая со стороны, ошалела. Она вытаращилась на Ху Ли:
— …А ты шустрая.
— Оставь ему полжизни, с остальным разберется Бюро по особому контролю, — Юй Шэн наконец пришел в себя. Он подошел, погладил Ху Ли по голове, затем повернулся к камере наблюдения в углу и кивнул. — Я закончил.
Через мгновение за тяжелой шлюзовой дверью послышался механический скрежет, и в проеме появились Сун Чэн и Байли Цин в сопровождении нескольких вооруженных охранников.
Юй Шэн вместе с Ху Ли и Айлинь быстро подошли к ним. Прежде чем Сун Чэн успел что-то сказать, Юй Шэн с серьезным лицом бросил:
— Найдите тихое место. Проблема серьезная.
Байли Цин пристально посмотрела на Юй Шэна и тут же кивнула:
— В мой кабинет.
Снова началось «путешествие», похожее на блуждание по движущемуся лабиринту. Юй Шэн и его спутники долго петляли по коридорам, лифтам и пустым комнатам этого странного «здания», пока не достигли цели.
Самое «таинственное» место во всем Бюро – кабинет Байли Цин.
Но, вопреки ожиданиям Юй Шэна, здесь не было ни роскоши, ни пафоса. Хотя кабинет был огромным, он казался почти пустым. У стен стояли необходимые шкафы с документами и несколько экранов, в центре – большой овальный стол. Больше ничего примечательного, кроме гигантского панорамного окна позади рабочего стола. За стеклом, казалось, клубился вечный туман, в глубине которого постоянно менялись пейзажи: то силуэты города, то далекие горы и поля, то бескрайний океан.
Охрана, секретари и прочие лишние люди быстро удалились. В просторном помещении остались только группа Юй Шэна, Байли Цин и Сун Чэн, который собирался уйти, но был оставлен приказом начальника.
— Теперь можешь говорить, — Байли Цин посмотрела на Юй Шэна. Лицо ее было спокойным.
Юй Шэн кивнул:
— Хорошо, скажу прямо. Те, кому поклоняются эти культисты, предположительно – Мрачный Ангел, находящийся в состоянии сна или заточения. И если я не ошибаюсь, этот «Ангел» заперт внутри «Сказки».
Лицо Сун Чэна заметно окаменело. Спустя несколько секунд угол его рта дернулся:
— …Слишком уж ты прямо зашел…
Юй Шэн, словно не услышав бурчания капитана, продолжил:
— Я проник в сон того последователя Ангела. Поскольку я нашел брешь в его воле, в своем сне он был практически беззащитен…
— Я видел их собрание и типичный молитвенный ритуал. Их больше, чем двое пойманных вами, есть и другие, скрывающиеся в тени. Говоря о своем «Эмиссаре», они упоминали, что тот спит и его нужно «спасти из моря страданий». Также звучали фразы вроде «сбросить внешнюю оболочку». Именно поэтому я предположил, что их «Господин» заперт в «Сказке»…
— Кроме того, я слышал, как они обсуждали «сосуд». Это, похоже, критически важно для успешного нисхождения или освобождения их господина. Требования к сосуду очень высоки. Тот член Ассоциации аномальных артефактов, которого они одурманили, уже был под влиянием Мрачного Ангела и должен был стать верующим, но не подошел под стандарты «сосуда». Поэтому его «убрали». Они считают, что обращение неподходящего человека создаст помехи для нисхождения «Господина»…
Юй Шэн быстро излагал факты один за другим. Брови Сун Чэна сходились все ближе к переносице, и даже в глазах обычно невозмутимой Байли Цин появилась тяжесть.
Когда дело касалось слов «Мрачный Ангел», даже начальник Бюро не могла оставаться спокойной.
— Удалось выяснить, какому именно Мрачному Ангелу они поклоняются? — внезапно спросила Байли Цин. — Имя или приметы?
— В молитве они постоянно повторяли одно слово. Звучало оно примерно так, — Юй Шэн откашлялся и, вспоминая, воспроизвел странное звучание:
— Анка-Айла. Примерно такой набор звуков, но с короткими трелями и эхом посередине, я не могу это точно повторить. Не уверен, настоящее ли это имя или просто эти психи добавляли спецэффектов для атмосферы. В конце концов, их ритуал провалился, хотя, возможно, дело в паленых ароматических свечах…
Сун Чэн:
— …?
Капитан вообще не понял последнюю фразу Юй Шэна.
Внимание Байли Цин было приковано к странному слову. Она слегка нахмурилась, машинально повторяя:
— Анка-Айла… Ан-Ка-Ай-Ла…
— Тебе знакомо это имя? — тут же заинтересовался Юй Шэн.
— Нет, не знакомо. Но мы впервые слышим «имя» Мрачного Ангела, — голос Байли Цин был серьезен. — До сегодняшнего дня все известные нам Мрачные Ангелы имели только «кодовые имена». Например, «Богиня Красоты», или «Звезда Гекаты», или «Ангел-Древо». Все это прозвища, данные первыми наблюдателями на основе характеристик при их появлении. Но «Анка-Айла»… это совсем не похоже на кодовое имя.
Юй Шэн мгновенно уловил смысл ее слов.
Он озадаченно спросил:
— А как другие последователи Ангела называют своих «Эмиссаров»? Например, у Богини Красоты и Звезды Гекаты, которых ты упомянула, должны же быть свои верующие…
— Они тоже используют кодовые имена, — вмешался Сун Чэн. — Просто зовут их «Богиня Красоты» и так далее. Изначально верующие – это просто сошедшие с ума обыватели. Хоть они и фанатично заявляют, что слышат голос «Эмиссара», насколько нам известно, ни один Мрачный Ангел на самом деле не ведет разумных диалогов с паствой, и уж тем более не сообщает смертным свое «имя»… Честно говоря, мы даже не думали, что у Мрачных Ангелов есть имена.
Юй Шэн нахмурился, тщательно обдумывая услышанное, и через мгновение поднял голову:
— То есть, эта группа культистов, засевшая в Цзечэне, возможно, действительно установила «контакт» с разумным Мрачным Ангелом и даже узнала его настоящее имя?!
— Но это может быть и очередным бредом сумасшедших, — отмахнулся Сун Чэн. — Может, перебрали с препаратами, услышали шепот Мрачного Ангела, а потом их мозг переработал этот «шум», достроил фонетику, и они решили, что это имя «Эмиссара».
Лицо Юй Шэна оставалось серьезным, он не стал спорить с версией Сун Чэна.
— Потом можете попробовать еще раз допросить того лысого, — медленно произнес он. — Его воля уже была сломлена один раз, тайны сна раскрыты. Человека, который уже «поплыл», расколоть повторно будет легче. Может, вытянете что-то еще – про сообщников или откуда взялось это «Анка-Айла».
— Оставь это Бюро, в стандартных допросах мы все-таки профессиональнее, — кивнула Байли Цин и перевела взгляд на Юй Шэна. — А ты теперь…
— Тот детский дом, — Юй Шэн тихо вздохнул. — Эти сектанты не успокоятся. Если их «Господин» действительно заперт в «Сказке», они обязательно нанесут новый удар. Ловушка, в которую попала Красная Шапочка, могла быть всего лишь «первичным тестом».