Глава 141. Старый Чжэн
: ]
Отправив Айлинь домой, Юй Шэн вернулся в гостиную и увидел, что Красная Шапочка сидит на диване и беседует с Молодым человеком лет двадцати с небольшим.
Парень выглядел все так же измотанным. Очевидно, хлопоты с похоронами не давали ему нормально выспаться уже несколько дней.
Увидев, что Юй Шэн вышел из спальни, молодой человек приподнялся, здороваясь, и указал на горячий чай с молоком на столике:
— Вы устали. Я только что купил.
— Эм… спасибо, — Юй Шэн не стал церемониться, сел рядом с Красной Шапочкой, и они вместе принялись пить чай.
Молодой человек, сидевший напротив, нарушил молчание:
— Вы что-нибудь нашли?
Юй Шэн и Красная Шапочка переглянулись. Девушка немного подумала и слегка кивнула:
— Кое-какие зацепки есть… Но сначала я хочу уточнить: вы знали о характере работы вашего дяди? Насколько подробно? Я имею в виду… про его коллекции и про «специфику» тех дел, с которыми он сталкивался.
— Кое-что знаю. Он упоминал «Ассоциацию аномальных артефактов» и даже показывал мне некоторые… относительно «безопасные» вещи, — кивнул племянник. — Я знал, что он имеет дело с чем-то необычным, порой опасным. Честно говоря, мне самому было интересно, я даже чуть не пошел на внешний набор в Бюро по особому контролю. Но дядя запретил. Сказал, что я слишком любопытный, и у меня… как это… а, духовный талант типа «высокая чувствительность/низкая стабильность». Сказал, что для меня это смертельно опасно.
— Твой дядя был прав. С таким типом таланта и излишним любопытством в эту сферу лучше не лезть, можно и стажировку не пережить, — вздохнула Красная Шапочка. — Раз ты столько знаешь, скажу прямо: Старый Чжэн, возможно, столкнулся с крайне опасным загрязнением и контактировал с запрещенным культом. Но, судя по всему, он был лишь жертвой. Больше сказать не могу, возможно, Бюро расскажет тебе больше как родственнику.
Парень сидел тихо, не говоря ни слова. Может, просто не знал, что ответить.
Юй Шэн решил продолжить:
— Твой дядя контактировал с кем-то подозрительным в последнее время? Делал что-то странное? Может, появились новые «друзья» или какие-то привычки, которых раньше не было?
— Не знаю, — покачал головой молодой человек. — Дядя почти не общался с семьей последние двадцать лет. Раньше он был волонтером в детском доме, а потом там что-то случилось… Кто-то говорит, несчастная любовь, кто-то – что его что-то сильно напугало. Он переехал сюда и стал жить один. Я тогда еще мелким был, знаю только по рассказам взрослых.
Он запнулся, покопался в памяти и неуверенно продолжил:
— Но он иногда писал мне. И если так подумать… в последнее время он казался очень радостным. Где-то месяца два назад он написал, что у него наконец появился шанс сбросить груз с души. А недавно сказал, что планирует съездить домой, и просил поискать в старом доме какой-то блокнот… Но после этого все и случилось.
— Блокнот? — сердце Юй Шэна екнуло. — Ты его нашел? Привез?
— Привез, — парень встал, подошел к тумбе под телевизором и, порывшись в черном чемодане, достал толстый блокнот в темно-синей обложке. — Вот он. Я не читал, привез как есть.
Обменявшись взглядом с напарницей, Юй Шэн взял записную книжку, которой было уже больше двадцати лет, и начал быстро листать.
Большая часть записей была бытовой рутиной. Напоминания, заметки о работе в приюте. Кое-что помогало понять обстановку в том детском доме двадцатилетней давности, но к смерти Старого Чжэна это отношения не имело.
Может, стареющий Чжэн просто захотел вспомнить молодость?
Только Юй Шэн об этом подумал, как краем глаза зацепил что-то на пролистанной странице. Он тут же вернулся назад.
Это был рисунок. Карандашный набросок, сделанный рукой владельца блокнота. Техника так себе, но нарисовано с душой.
На пожелтевшей странице была изображена девушка лет двадцати шести или семи. Она стояла у качелей в детском доме, одетая в простое длинное платье, и спокойно, мягко улыбалась.
Юй Шэн нахмурился, пытаясь понять, кто эта женщина, какая история связывала ее с покойным и почему она была в приюте Красной Шапочки. Она явно взрослая, но не одета как сотрудник Совета.
И тут Красная Шапочка рядом с ним тихо ойкнула.
Не дожидаясь вопросов, она выхватила телефон и набрала номер:
— Чанфа, сфоткай мне кое-что. В Выставочном зале Восточного корпуса, на стене, центральное фото… Да, фото «Золушки». Срочно скинь.
Она повесила трубку. Вскоре телефон завибрировал. Юй Шэн заглянул в экран и увидел пришедшее фото.
Там была молодая женщина, точь-в-точь как на рисунке в блокноте.
— Это?… — спросил Юй Шэн.
— Золушка тех лет… Она дожила до двадцати шести, — тихо произнесла Красная Шапочка, глядя на улыбающийся рисунок. — Самая долгоживущая в истории приюта. После ее смерти роль «Золушки» оставалась вакантной десять лет. Только недавно появилась новая. Мы говорили, что она своей жизнью затормозила работу подмножества «Вечный Бал», хотя доказательств этому нет.
Девушка закусила губу:
— Говорят, она тогда всерьез думала попробовать жизнь обычного человека.
Юй Шэн молча слушал, подняв взгляд на стол неподалеку.
Там стоял портрет покойного Старого Чжэна. Почти пятидесятилетний мужчина, с дряблой кожей и морщинами у глаз, в глубине которых читалась усталость от пути длиною в двадцать лет.
Он двадцать лет искал чудо-артефакт, чтобы побороть бесконечный цикл проклятия, но в итоге проиграл, попавшись на удочку мошенников.
Он был не первым, кто пытался бороться со «Сказкой», и не последним.
Они встали. Красная Шапочка торжественно вернула блокнот молодому человеку.
— Спасибо за информацию, — серьезно сказал Юй Шэн. — Мы добьемся справедливости для Старого Чжэна.
— Спасибо, — парень взял блокнот. Казалось, он хотел что-то спросить, но, вспомнив давнее предупреждение дяди, сдержался и просто махнул рукой:
— Не провожаю, мне тут еще убираться.
— Да, — кивнула Красная Шапочка, а потом вспомнила:
— Под ковром в спальне есть «кое-что». Теоретически оно уже безвредно, но лучше не трогай. Дождись специалистов.
— Хорошо, понял.
Когда они вышли из многоэтажки, на улице уже стемнело.
Неоновые огни освещали огромный, казалось, бескрайний город. Волчья стая доставила их на крышу ближайшей высотки. Юй Шэн смотрел на Цзечэн сверху: свет струился меж лесом зданий, а гигантский город продолжал шуметь во тьме.
Сколько людей живет в этом странном месте? Миллионы? Десятки миллионов? Сколько из них – обычные люди, сколько – духовные детективы и исследователи, коснувшиеся «изнанки»? Сколько защитников порядка, а сколько тварей прячется в тенях между огнями, словно щупальца безумного монстра, высматривая беспечных жертв?…
Впервые Юй Шэн почувствовал, что этот чужой, странный, даже жуткий город тоже живой, из плоти и крови.
— Я продолжу расследование, — нарушила молчание Красная Шапочка. — Надо заглянуть в штаб Ассоциации, поговорить с другими детективами, с которыми общался Чжэн.
— Мне пойти с тобой? — спросил Юй Шэн.
— Нет, — покачала головой она. — Я хочу попросить тебя сходить в Бюро по особому контролю.
— В Бюро? — нахмурился он.
— Расскажи им про Чжэна. Информация о последователях Ангела и так привлечет их внимание, но если к ним придешь лично ты, они отнесутся к этому еще серьезнее.
— Думаешь? — неуверенно спросил Юй Шэн.
Девушка посмотрела на него с безнадежностью во взгляде:
— …У тебя напрочь отсутствует самосознание, да?
Юй Шэн неловко улыбнулся и серьезно кивнул:
— Ладно, завтра схожу.
Они снова замолчали. Через несколько секунд Юй Шэн задумчиво произнес:
— Как думаешь, какая связь между «Мрачным Ангелом» и инопространством «Сказка»?
Красная Шапочка глубоко задумалась, но в итоге покачала головой:
— Не знаю. Слишком много совпадений, но нет ключевого звена – «связи». Культисты нашли Чжэна, который хотел снять проклятие, и через него заманили меня. Но зачем? Им нужна была именно я как член «Сказки»? Или просто искали достаточно сильную жертву?
— В конце концов… Мрачных Ангелов в мире не один. Мы даже не знаем, какому именно «Ангелу» они служат, так что их цели нам непонятны.
(Конец главы)