Глава 131. Смерть и ответ
: ]
Аура волка временно отступила. Истекающее ядом сердце в руках Юй Шэна высохло и съежилось. В Черном Лесу внезапно воцарилась тишина: исчез низкий, хаотичный вой, пропал давящий взгляд из глубины чащи.
Ху Ли и Айлинь выбежали из избушки и волоком затащили Юй Шэна внутрь.
— Благодетель, благодетель, ты как? — Ху Ли в панике смотрела на посиневшее лицо Юй Шэна, шерсть на ее хвостах стояла дыбом. — Ты меня слышишь?
— Слышу, слышу… Не лезь так близко, — с трудом дышал Юй Шэн, чувствуя, как уходят силы, а по венам разливается ледяное онемение. — Скоро помру. Эта дрянь ядовитая, стоило тронуть – и готово…
— Ты и выглядишь так, будто подыхаешь, лицо черное, — Айлинь подскочила и забралась ему на грудь, заглядывая в лицо алыми глазами. — Ну что, Волчья Бабушка тоже все? Мы ее грохнули?
— Умерла, но временно. Как и любая сущность здесь, она вернется. Черный Лес в следующем цикле восстановит все, как было до нас, — Юй Шэн говорил с трудом, пару раз кашлянул. — Но это неважно, я уже вмешался в ее цикл… Мы преуспели, большой шаг вперед… Слезь с меня, ты сейчас тяжеленная.
— Еще бы, у меня теперь тело из стали и камня, — пробурчала Айлинь, но послушно сползла с его груди. — А когда я у тебя на плече сидела, ты не жаловался.
— Я тогда не помирал, сил больше было, — Юй Шэн прервался, чтобы перевести дух, и протянул руку Ху Ли. — Помоги встать.
— Угу, — Ху Ли поспешно подхватила его под руку. — Благодетель, ты чего хочешь?
— Возвращайтесь вдвоем, — сказал Юй Шэн. Опираясь на Ху Ли, он поднял руку к воздуху, и там начала проступать мерцающая дверь. — Заберите мое оружие, оно удобное, дома доработаю и буду пользоваться… А, и прихватите это сдувшееся сердце. С Волчьей Бабушки Красной Шапочки ничего полезного не выпало, только сердце вроде мясное. Кровь ядовитая вытекла, потом посмотрю, может, выйдет Жареное волчье сердце с перцем…
— Ты и эту гадость жрать собрался?! — изумилась Айлинь, вытаращив глаза. — Тебе не кажется, что это перебор?
— Попробую, попробую… С трудом завалили, она меня еще и убила разок, — выдохнул Юй Шэн. — Если не пожарю, обидно будет.
На душе у Айлинь было странно, но Ху Ли, которая всегда слушалась Юй Шэна, уже подхватила двумя хвостами сухое сердце и валявшийся на полу Посох Столбняка. Она подошла к двери, но обернулась:
— Благодетель, а ты не идешь?
Юй Шэн махнул рукой:
— Я останусь.
— А? — вскинула голову Айлинь. — Не хочешь умереть дома?
— Подожду здесь, посмотрю, когда этот Охотник объявится, — Юй Шэн уже с трудом стоял на ногах. — Вдруг поговорить выйдет… Умру прямо здесь, если что.
— Ладно, тогда мы пошли, — вздохнула Айлинь и небрежно спросила:
— Дома есть будешь? Мы с Ху Ли подготовим… Не смотри так, готовить не будем, просто овощи помоем.
— Помойте пару огурцов и два помидора. Вернусь к утру, после смерти хочется легкого. Сделаю холодную лапшу, соус из помидоров и яиц и соломка из огурцов.
— Окей.
Айлинь и Ху Ли ушли, мерцающая дверь медленно растворилась.
В избушке стало тихо. Юй Шэн огляделся: после боя царил разгром. Хотя гигантский волк так и не вошел внутрь, лисье пламя и нити паутины уничтожили почти всю обстановку, оставив на стенах и полу большие подпалины.
Он выдохнул и с трудом доковылял до угла, где сел среди обломков кровати. Ждать Охотника, ждать смерти.
Волчий Яд тек по его венам, его кровь текла по Черному Лесу.
Слабый плач казался далеким и неясным, словно его отделила завеса. Казалось, кто-то утешает источник плача, заставляя его утихнуть.
Из груды обломков кровати донесся шорох. Юй Шэн повернул голову и увидел темно-коричневый пушистый комок, высовывающий голову из горелых деревяшек. На голове у него была повязана красная тряпочка.
— О, Белка. Я думал, ты сбежала, — поприветствовал его Юй Шэн. — Смело.
— Бе… Рыцарь-Белка ничего не боится… Ничего не боится… — бормотала Белка, словно повредившись рассудком, но вдруг замерла и уставилась на Юй Шэна. — Постой, ты умираешь… Тебя укусил волк, сердце волка укусило тебя! Ты… ты умрешь! Правда умрешь! И в реальности тоже умрешь! Что делать, что делать, что делать…
Она, похоже, осознала что-то ужасное и начала орать, мечась в панике.
— Я изначально пришел сюда в реальном теле, — улыбнулся ей Юй Шэн из последних сил (это был его последний проблеск сознания). — Не нервничай, я вернусь. Для меня «смерть» – лишь временный симптом. Впрочем, не забивай голову сложностями. Успокойся, бельчонок. Если не хочешь уходить, поговори со мной.
Белка выпучила глазки. Она то ли не понимала Юй Шэна, то ли не знала, что делать, – ее мозг явно завис.
— Ты снова нацепила эту красную тряпку, — Юй Шэн протянул палец и нажал зверьку на голову. — Нравится?
— Красная тряпка… это хороший знак, — вздрогнула Белка и рефлекторно ответила. — Белке тоже нужен свой Красный плащ… Красный плащ отпугивает Злого Волка, это доказательство того, что ты не стал волком…
— Доказательство того, что не стал волком? Вот оно как, — медленно проговорил Юй Шэн, с усилием разлепляя веки. — Белка тоже боится стать лесным волком?
Белка замолчала. Она стояла столбом, словно вопрос Юй Шэна вызвал очередной сбой.
Этот зверек вечно зависал, пытаясь своим крошечным мозгом переварить мысли, превышающие его понимание.
Юй Шэн чувствовал, что и сам сейчас в похожем состоянии.
Разум немел. Волчий Яд, казалось, заменил кровь, пуская по венам ледяные ядовитые побеги. В глазах темнело, силуэт белки двоился и троился. Он слышал пустой гул ветра в лесу, снова начинался волчий вой – они всегда выли, потому что так говорилось в истории. По крайней мере… так считал Рассказчик.
В темнеющем поле зрения Юй Шэн начал видеть нечто иное.
Его взгляд словно пронзил Черный Лес, прошел сквозь теневой барьер и толщу земли под ним. Он увидел бесчисленные тонкие ответвления. Как корни, они поддерживали это место с «изнанки» леса. Он видел множество сплетенных структур – как сосуды или нервы, они пронизывали хаос и Пустоту. Концы этих сплетений ветвились, поддерживая миры наверху.
Они держали Замок Короля, Пустошь, где рыцарь бился с драконом, бесконечный Бал, Башню с принцессой, спальню в терновнике, уходящий в облака бобовый стебель, Поющий Океан и Дворец…
Но Юй Шэн искал не это.
Он хотел увидеть «другой конец» – глубину этих сплетений.
Он изо всех сил пытался сфокусировать угасающий взгляд, направить его вглубь хаоса, к истоку.
Но путь преградила абсолютная тьма. В глубине хаоса, казалось, ничего не было.
Послышались шаги.
Юй Шэн на миг пришел в себя. Сознание вернулось из видения в избушку.
Огонь очага погас, свет свечи на столе исчез. Все окутал холод. Высокая фигура толкнула дверь и вошла механической, жесткой походкой.
Тусклый звездный свет очертил размытый силуэт.
— Привет, «Охотник», — криво ухмыльнулся Юй Шэн, привалившись к обломкам кровати. Он чувствовал на себе взгляд пустой оболочки. — Заждался я тебя. Почти умер, пока ждал.
Охотник неспешно подошел, низко опустив пустой капюшон, словно изучая «умирающего».
Лица под капюшоном не было видно, но Юй Шэну показалось, что Охотник в замешательстве.
Возможно, потому что в жилах Юй Шэна текла волчья кровь, и «Охотник» не мог решить, стоит ли стрелять.
Юй Шэн ничего не объяснял. Экономя последние крупицы сил, он медленно достал из-за пазухи лист бумаги и развернул его перед Охотником.
На фото застыли двенадцать мужчин и женщин в тяжелой защитной броне.
Групповое фото.
— Помнишь это? — тихо спросил Юй Шэн, поднимая голову. — Ты… один из них?
Охотник стоял неподвижно, не реагируя.
Юй Шэн терпеливо ждал, гадая, что придет раньше – смерть или ответ.
И тут он увидел, как пустая оболочка медленно поднимает ружье.
Юй Шэн: «?…»
«Не, братан, ты серьезно?»
— Бах!
Выстрел.
Смерть и ответ пришли одновременно.