Глава 141. Слишком мало домашней работы
Благодаря слаженной работе автоматизированных систем парковки и бортового интеллекта, представительский автомобиль плавно скользнул на свободное место и замер.
Когда четверо пассажиров ступили на зеркально чистый асфальт, они мгновенно притянули к себе десятки восхищённых взглядов. Каждый из них унаследовал от родителей лишь лучшее: безупречные черты лица, гордую осанку и непередаваемое изящество. Назвать их просто красивыми было бы досадным преуменьшением.
Особенно выделялись Е Чанфэн и Сянь Юй: один облачился в ослепительно-белый костюм, другой выбрал глубокий, как непроглядная ночь, чёрный. Этот резкий, сочный контраст делал их дуэт невероятно броским.
— Добро пожаловать! — вышколенный слуга в безупречно отутюженной ливрее поклонился под идеальным углом, приглашая гостей пройти внутрь.
Интерьер огромной виллы поражал воображение: золотые своды, хрусталь и массивные колонны. Атмосфера буквально пропиталась духом баснословного богатства.
— На этот раз организатором выступила семья Лю, — понизив голос, произнесла Хань Я.
Семья Лю считалась кланом первого эшелона в Федерации Хуалун. Основу их гигантской империи составляли частная медицина и элитное образование.
— А, так это Лю… — Е Чанфэн задумчиво потёр подбородок. — Впрочем, ничего удивительного.
Большинство подобных светских раутов, где ему приходилось бывать прежде, устраивали именно они. Во-первых, организация мероприятий такого уровня была их прямой специализацией. Во-вторых, влиятельные родители свято верили в «элитное будущее» своих отпрысков, поэтому охотно отдавали дань уважения хозяевам.
— Если память мне не изменяет, третий сын семьи Лю — наш ровесник? — спросил Е Чанфэн у Хань Я.
— Именно, — хмыкнула девушка. — Тот самый надменный индюк из нашего детства. Но главный виновник сегодняшнего торжества — его восьмилетний племянник, сын старшего брата.
— Восьмилетний?
— Ага, — кивнула Хань Я. — В свои восемь лет мальчуган якобы успел опубликовать несколько солидных научных статей и собрал целую охапку наград — как у нас в федерации, так и за рубежом.
— Пха-ха! — не сдержавшись, Е Чанфэн тихо прыснул со смеху. — Семья Лю совсем держит окружающих за идиотов?
Сянь Юй и Ло Сяосу, стоявшие неподалёку с бокалами сока в руках, одновременно поморщились от такой топорной лжи.
Образование этой четвёрки само по себе было впечатляющим. Хань Я окончила магистратуру в одном из топовых университетов страны. Ло Сяосу и вовсе с малых лет училась в спецшколе для юных гениев, а сейчас работала в научно-исследовательском институте со строжайшим уровнем секретности. У Сянь Юй за плечами имелось два магистерских диплома. Сам Е Чанфэн, если бы не автокатастрофа, унёсшая жизни родителей, уже защитил бы диссертацию по экономике в престижном зарубежном вузе.
Восьмилетний ребёнок, написавший несколько научных работ? Будь ему лет пятнадцать или шестнадцать, в это ещё с натяжкой можно было бы поверить. Но в восемь? Да он хотя бы в терминах и массивах данных способен разобраться?
— Ладно, какая разница, — махнул рукой Е Чанфэн. — Мы пришли сюда просто вкусно поесть и выпить. Остальное нас не касается.
Вникать в чужие грязные интриги Е Чанфэн не собирался. Он не искал справедливости: один дурак продаёт, другой покупает — обычное дело. Сегодня твой восьмилетка «пишет» статьи, завтра чей-то пятилетка победит в ралли.
Четвёрка тихо беседовала в стороне, когда Хань Я вдруг перевела взгляд на главный вход.
— Ого, смотрите-ка, кто пришёл, — тихо шепнула она.
В зал торжественно шествовали Ся Чжиюань и его отец, Ся Цзе. Едва они переступили порог, как окружающие расплылись в елейных улыбках и ринулись навстречу, спеша засвидетельствовать своё почтение.
Ся Цзе считался новой звездой среди влиятельных лиц Федерации Хуалун. В светских кругах шептались, что за его спиной стоит мощный консорциум, а каждая его финансовая авантюра приносит колоссальную прибыль. По сути, гости лебезили не перед самим Ся Цзе, а перед теми скрытыми фигурами, чьей марионеткой он выступал.
Ся Чжиюань шёл с гордо поднятой головой, ощущая себя центром мироздания. В его глазах читалось надменное превосходство. Он был свято убеждён: пока его семья держится за нужных людей, настанет день, когда вся эта толпа будет ниц падать у его ног. Скупыми кивками отвечая на льстивые приветствия, он окинул зал коротким хозяйским взглядом — и вдруг замер.
Его зрачки сузились, а в глубине глаз вспыхнула лютая ненависть!
В самом дальнем углу он заметил Е Чанфэна и его компанию!
Воспоминания о том унизительном вечере в баре мгновенно всплыли в памяти, заставив кровь прилить к лицу. Это было самое позорное поражение в его жизни! Но, вспомнив жёсткое предупреждение отца, Ся Чжиюань сжал зубы и заставил себя проглотить закипающую ярость.
Ни к кому из этой четвёрки семья Ся сейчас не смела даже прикоснуться.
Е Чанфэн — молодой наследник Корпорации «Тянькун», за которым маячили очень серьёзные покровители; Хань Я — единственная дочь клана Хань, с влиянием которой не рисковали пренебрегать даже покровители Ся Цзе. А уж что касалось Ло Сяосу, то её статус был под строжайшей тайной — кураторы с самого верха лично звонили Ся Цзе и недвусмысленно дали понять: если с головы этой девушки упадет хоть один волос, семейство Ся утилизируют без лишних разговоров.
Бессильная злоба сжигала Ся Чжиюаня изнутри. Гости, кружившие вокруг него, сразу заметили эту странную перемену в лице. Проследив за его взглядом, они мгновенно притихли.
Е Чанфэн и Хань Я были слишком известными фигурами. Любой здравомыслящий человек в этом городе знал их в лицо — старшие родственники с детства вбивали молодым мажорам в голову правило: «К этим двум даже не приближайтесь».
Встревать в разборки сильных мира сего никому не хотелось, поэтому окружающие предпочли потихоньку отступить.
Впрочем, открытого столкновения не произошло. Ся Чжиюань был спесив, но не глуп. Он прекрасно понимал: весь его вес держится на покровителях. Стоит им отвернуться — и его семейство мигом растерзают голодные волки.
— Господин Е, вы знакомы с этим типом? — тихо спросил Сянь Юй, проследив за косым взглядом Ся Чжиюаня.
— Знаком, — спокойно отпил из бокала Е Чанфэн. — Как-то раз намял ему бока.
Сянь Юй усмехнулся и поднял большой палец:
— Мощно, господин Е. Ничего не скажешь.
Вскоре над залом раздалась плавная мелодия. Из боковых дверей выстроилась вереница из десятка наряженных детей.
— А вот и виновники торжества, — вполголоса заметила Хань Я. — И тот, что шагает первым — самый главный павлиний хвост.
Ведущий выскочил на сцену и обрушил на гостей лавину пафосных речей. Он рассыпался в комплиментах, описывая «невероятные достижения» восьмилетнего вундеркинда так, словно перед ними стоял будущий император. Родители в зале слушали этот бред с упоением, награждая каждую фразу бурными аплодисментами.
В завершение своей речи ведущий принялся самозабвенно нахваливать элитную частную школу семьи Лю. «Лучшая методика! Невероятные ресурсы! Школа без изъяна!» — лилась патока.
Наконец микрофон передали самому мальчику — нагельцованному отпрыску старшей ветви Лю, чьи волосы были уложены на взрослый манер. Отчеканив заученный наизусть безупречный текст, ребёнок закончил речь с пафосным надрывом:
— ...И мое самое главное желание — чтобы во всем мире царил мир!
Зал взорвался овациями.
— Ха-а-а… — Е Чанфэн сладко зевнул и не удержался от ироничной реплики. — Нынешним детям просто дают слишком мало домашней работы. Вот от избытка свободного времени всякая чушь в голову и лезет.
Фраза была брошена тихо, но по роковой случайности её услышал тот, кто искал малейший повод...