Глава 488
: «Взаимное уничтожение»
Иными словами, Владыке даже не требовалась помощь других богов – он мог бы в одиночку раздавить Хуася.
Пусть даже два старых мастера обладали запредельной силой, а Го Цилай превзошел бы сам себя, опираясь на единство народа – в лучшем случае они свели бы бой вничью. А что делать с остальными?
В Мире Богов были и другие Верховные, был Второй Владыка. Кто сразится с ними?
— Выкладывай все карты. Если не сможешь ранить меня, все ваши усилия пойдут прахом, — произнес Первый Владыка.
Едва он договорил, как на небесном поле боя произошли перемены.
Первые тревожные вести пришли со стороны Владыки Реинкарнации.
Шесть Путей вот-вот должны были запуститься, и тогда человечеству уже ничто бы не помогло.
Старый даос тяжело вздохнул и начал сжигать собственную жизнь.
Это была улучшенная версия Сердца из Алой Крови; на уровне существ ранга Го Цилая обычные секретные техники уже не могли обеспечить полное сгорание.
Старик сам обратился в меч и нанес удар прямо в лоб Владыке Реинкарнации.
Этот выпад пронзил само время, циклы перерождений и причинно-следственные связи. Исход решился в одно мгновение.
Связь Владыки с Реинкарнацией была разрушена, и Путь Перерождения вновь вернулся под контроль Небесного Дао.
Второй Владыка Реинкарнации…
Пал!
Это случилось слишком внезапно. Старый даос сжег себя без малейших колебаний, не дав никому времени на реакцию.
Даже вечно невозмутимый Первый Владыка вскочил со своего места. Он взглянул на гибнущего в небесах Второго Владыку, а затем перевел взор на Го Цилая.
Он не ожидал, что старик окажется столь решителен. Это было не простое сжигание сил – на таком уровне мастерства, если уж человек решился выжечь себя дотла, даже властелин вселенной не смог бы ничего исправить.
Старый даос ценой своей жизни устранил Второго Владыку Мира Богов – исход, который никто не мог предсказать.
Пусть эти двое стариков из Хуася и уступали по силе Первому и Второму Владыкам, но реши они примкнуть к Миру Богов, они бы без труда заняли шестое и седьмое место в иерархии.
Иными словами, покорись Хуася, Мир Богов обрел бы еще двух могущественных Владык.
Однако потрясения на этом не закончились. Сиванму, увидев этих безумцев из Хуася, тоже почуяла неладное и захотела отступить, но Шангуань Мэн не дала ей такой возможности.
Шангуань Мэн превратила собственную жизнь в клинок и одним ударом оборвала нить судьбы Сиванму.
— Го Цилай, в следующей жизни я тебя точно не отпущу, — прошептала она.
Так пали еще два Верховных: Шангуань Мэн и Сиванму.
Шангуань Мэн, отринув все достижения практики, ушла в цикл перерождений, а Сиванму исчезла навсегда.
Гибель четырех Верховных заставила всех заново оценить решимость Хуася.
— Хорошо! Очень хорошо! Пожертвовать одним Верховным и одним кандидатом в Верховные, чтобы запугать богов… поистине, грандиозный замысел, — заговорил Первый Владыка.
— Всего за один день пали два Владыки и два мастера почти их уровня. Подобное величие редко встречалось даже в древние времена!
Первый Владыка Мира Богов наконец-то всерьез воспринял стоящего перед ним юношу, которому едва исполнилось двадцать лет.
— Ха-ха-ха!
Го Цилай запрокинул голову и расхохотался, взлетая над Путем к Небесам.
Три красных знамени выпустили бесчисленное множество героических душ. Увидев Го Цилая, эти души поняли: их час настал.
Мириады духов слились в один исполинский меч, а золотой дракон удачи Хуася с ревом обвился вокруг его рукояти.
Сестры Су Ваньвань вместе с тристатысячным войском статуй направили всю свою ярость и боевой дух, чтобы заточить лезвие этого клинка!
Налань Цзин выплюнула свое Золотое Ядро, которое яркой точкой устремилось в небо. Го Цилай проглотил его, и его сила начала расти с неистовой скоростью.
Система же предоставила сгусток энергии размером с целую планету – то, что она когда-то утаила.
Когда эта энергия влилась в него, у Го Цилая из всех семи отверстий на лице хлынула кровь, но он продолжал безумно вращать цикл запретной техники Сердце из Алой Крови.
Го Цилай сжал рукоять меча и направил острие на Путь к Небесам.
— Первый Владыка, сможет ли этот меч убить тебя? — Выкрикнул он.
Лицо Первого Владыки стало предельно серьезным. На таком уровне редко кто решается идти до конца: даже если ты бьешься насмерть, убить равного почти невозможно, если только не использовать технику взаимного уничтожения.
Но кто в здравом уме, обладая бессмертием и живя вечно, захочет покончить с собой?
Никто, кроме этих безумцев, которым жизнь была не дорога.
— Твой меч действительно может меня убить, — признал он. — Но убив меня, хватит ли у тебя сил на легионы богов за моей спиной?
— Ха-ха-ха!
— Кого мне убивать – это только мое дело! И пусть после меня хоть потоп, но пока я жив, никто не будет попирать народ Хуася!
— Любой, кто осмелится ступить на нашу землю, встретит мой смертный бой! Я искалечу вас так, что потом найдутся те, кто придет и добьет вас всех.
— И еще – взгляните на это!
Го Цилай взмахнул рукой, и в воздухе развернулись тысячи экранов. На них были видны огромные реакторы Арк и ядерные боеголовки!
— Я заложил эти устройства во всех густонаселенных точках планеты. Стоит мне погибнуть, и всё это взлетит на воздух.
— Мощи этого оружия не хватит, чтобы разнести Землю на куски, но выжечь её поверхность дотла – вполне.
— Тогда и создавайте себе новое человечество с нуля! И надейтесь, что оно не восстанет против вас.
— И теперь я спрашиваю тебя: ты подпишешь мирный договор сегодня или нет?!
Го Цилай взмахнул рукой, выбрасывая золотой свиток – Договор Небесного Дао.
Небесный Дао, если бы мог говорить, взмолился бы: «Ну зачем ты так давишь? Этот парень уже может тягаться со мной. Не накажу его – правила не велят, накажу – он и со мной драться полезет».
Лицо Первого Владыки потемнело. Он и представить не мог, что ситуация зайдет так далеко.
Среди богов начался разброд. Не у каждого хватало смелости принять на себя этот удар Го Цилая, и не каждый хотел видеть полное истребление людей.
В этот момент боги, помогавшие людям, и нейтральные божества тоже выступили вперед, поддерживая Го Цилая.
Почему они не сделали этого раньше?
Да потому что они тоже боги! Чтобы они тебе помогли, ты должен сначала сам доказать свою силу. К тому же этот договор накладывал ограничения и на них самих.
Чаша весов начала колебаться. Теперь шансы людей и богов были примерно четыре к шести.
Боги, скорее всего, победили бы, но ценой была бы лишь мертвая, выжженная земля.
К тому же их собственные ряды понесли бы колоссальные потери, и даже Первый Владыка мог погибнуть.
Был ли Го Цилай абсолютно уверен, что убьет его? Нет.
Но Первый Владыка видел: старый даос рядом с парнем уже весь так и горит желанием вступить в бой. Его брат погиб, и теперь он жаждет мести.
«Если они вдвоем пойдут на меня в смертельную атаку, они и впрямь могут меня прикончить. А западные стервятники только и ждут момента, чтобы нанести удар в спину», – подумал Верховный.
И в тот миг, когда напряжение достигло предела, чей-то голос ворвался в уши каждого присутствующего:
— Граждане планеты Земля, слушайте! Отныне эта планета принадлежит Федеративной Империи.
Го Цилай довольно ухмыльнулся.
«Система, ты выбрала идеальный момент. Ни раньше, ни позже», – подумал он.
Система же самодовольно отозвалась: [А то! Штаб-квартира сдерживала их три месяца, последние две недели были самыми тяжелыми, мне пришлось приложить все усилия!]