Глава 382
: «Виноват ли Го Цилай?»
В ответ на обвинения официальный Хуася выпустил коммюнике: подробности будут предоставлены в течение 24 часов, но причастность страны к инциденту в Фусане категорически отрицается.
Хуася был силен, но даже тигру не сдобровать против стаи волков. Если все страны ополчатся разом, устоять будет непросто.
…
— Хм! Мальчишка наворотил дел, а сам спрятался! Что это за манеры! — Возмущался кто-то в верхах.
— Слушай ты, Чэнь, лучше прикуси свой поганый язык! У человека невеста при смерти, он пытается её спасти. Если еще раз вякнешь что-то подобное – я тебе рот лично зашью!
В огромном конференц-зале стоял невообразимый шум. Одни обвиняли Го Цилая в излишнем шуме, другие уже вовсю примерялись к загадочному «Канону Пилюль Смешанного Истока».
«Человек разорван в клочья, а его еще можно вернуть? И после девяти превращений сила становится запредельной? Вот это сокровище!»
Неужели после всего, что Го Цилай сделал для страны, у кого-то хватало совести на такие мысли? Неужели им не страшно, что он разочаруется в них?
Таков мир: на одном поле растут и колосья, и сорняки. Даже в самые темные времена находились те, кто предпочитал бить своих, вместо того чтобы сражаться с врагом.
Жизнь несправедлива, и не все способны на бескорыстие. Но, к счастью, таких людей было меньшинство. Именно поэтому у этой страны и этого народа всё еще оставалась надежда.
Когда в зал вошли главные командиры, воцарилась тишина.
Здесь сидело всего несколько десятков человек, но именно они держали в руках бразды правления Хуася.
Ирония судьбы: упади сюда сейчас одна бомба – и страна погрузится в хаос на долгие годы.
Первый командир Хуася обвел присутствующих тяжелым взглядом и глухо произнес:
— Первый вопрос. Что мы ответим на международное давление?
Зал безмолвствовал. Те, кто только что кричал громче всех, теперь не смели пикнуть, ведь каждое слово сейчас могло изменить судьбу человечества.
Наконец один мужчина средних лет поднял руку:
— Может, поступим как обычно?
Но его тут же осадили.
— Не выйдет. В Токио произошло слишком многое. Капиталистические страны так просто не отвяжутся. Они не уснут спокойно, пока Хуася владеет такой силой.
Предложение отвергли, и тишина снова воцарилась в зале. Рассказать правду – значит подставиться под удар недоброжелателей.
В конце концов, слово взял Первый командир.
— Проблемы, с которыми мы столкнулись – это проблемы всего человечества, а не только Хуася. Раньше мы молчали, чтобы избежать внутренней грызни, но теперь пришло время открыть часть правды.
Это решение, хоть и со скрипом, было принято – других вариантов попросту не оставалось.
Когда направление было задано, в дело вступили исполнители. Им предстояло решить, сколько рассказать, о чем умолчать и как перевести стрелки.
Разобравшись с этим, Первый командир задал второй вопрос.
— А теперь поговорим о Го Цилае. До меня дошли слухи, что внутри ведомств к нему накопилось немало претензий.
Шум обсуждений мгновенно стих. Все как один замолчали.
Кто такой Го Цилай? Зеница ока Хуася.
Владелец Системы, тот, кто открыл новую Эпоху и запустил план развития страны. Можно сказать, первопричина всего происходящего.
Его вклад в развитие Хуася был неоценим, список его заслуг тянулся на километры. Но список проблем, которые он создавал, был не короче.
И самое главное – у него была Система, нечто, стоящее вне времени и законов.
Говоря прямо: если бы Го Цилай захотел уйти и основать свое государство, он бы это сделал. Единственное, что его удерживало – это совесть, долг и корни.
— Высказывайтесь. Это просто обсуждение, а не трибунал, — произнес старец, сидевший по правую руку от командира.
Тогда из зала начали доноситься голоса.
— Го Цилай слишком опасен. В Токио погибло более сорока тысяч человек, раненых – миллионы.
— Какими бы благими ни были его мотивы, он обязан понести ответственность за содеянное.
Мужчина, высказавший это, удостоился кивка командира. — Еще мнения?
— Го Цилай утаивает техники. У него есть «Канон Пилюль Смешанного Истока», и я считаю, что столь ценное достояние должно принадлежать государству.
— Что еще?
— Го Цилай вступает в сговоры с нашими чиновниками, нарушая протоколы. Требую тщательного расследования.
— Продолжайте.
Одна за другой сыпались жалобы. Примерно седьмая часть присутствующих успела высказаться против него.
Когда поток претензий иссяк, все взглянули на стол президиума.
— Го Цилай – герой нации и государства. Это неоспоримый факт.
Едва Первый командир произнес это, остальные лидеры согласно закивали. Затем они просто встали и вышли, оставив зал в полном недоумении.
— Надо же! — Раздался насмешливый голос Цуй Фушэна. — Паршивые овцы найдутся в любом стаде. Командиры из уважения к прошлому и ради общего дела не стали с вами связываться, но вот кое-кто другой церемониться не будет.
— У меня сегодня руки чесались, и я чисто случайно записал список всех выступавших. Ох и весело же будет!
— Цуй Фушэн, ты что себе позволяешь? Это угрозы? — Преградил ему путь генерал с такими же звездами на погонах.
Цуй Фушэн смерил его недобрым взглядом.
— Есть претензии – иди к Го Цилаю. Я-то тут при чем? Если кто и будет мстить, то не я! Думаешь, с его возможностями ему трудно узнать, что тут говорилось?
— И кстати, для справки: резню в Токио устроил не он. Это дело рук двух призраков, Су Ваньвань и Су Лобо. Если такие смелые – идите и арестуйте их!
Оппонент лишился дара речи.
— Что, со свирепыми духами связываться страшно, а на живого человека лаять – в самый раз? Неужели ты думаешь, что люди не могут быть страшнее демонов?
— С чего ты взял, что Го Цилай – кроткий агнец? Этот парень, когда надо, убивает не задумываясь.
— Ах да, ты же не видел записей его миссий. Ты и понятия не имеешь о его методах. Как он любит говорить: «Смерть – это еще не конец».
Бросив это, Цуй Фушэн с довольным видом зашагал к выходу.