Глава 279
: «Проклятие!»
Го Цилай и сам бы рад был броситься на выручку, да вот беда – они опоздали.
Три девушки, промокшие до нитки, беспомощно жались друг к другу.
Про Ата и говорить нечего – он с перекошенным от ярости лицом смотрел на подруг.
Го Цилай действительно хотел вмешаться, но они только-только оказались у окна.
Пока Цзян Юаньлян и остальные прикидывали, как лучше ворваться, тренер уже закончил свое грязное дело. Время было упущено.
Удовлетворенный тренер открыл железную дверь, собираясь уходить, но тут же получил мощный удар в переносицу.
— Только аккуратнее, — бросил Го Цилай, — не оставляйте слишком явных следов на лице.
— Без проблем, брат Го. — Ответили двое.
Пока Цзян Юаньлян и Мото «воспитывали» тренера, Го Цилай подошел развязать четверку студентов.
Освободив их, он положил перед ними пистолет.
— Шанс отомстить. Если кто-то чувствует, что обида еще не утихла – пристрелите его.
Глядя на предложенное оружие, никто из четверых не посмел шевельнуться.
— Хе!
Го Цилай презрительно усмехнулся.
— Я же говорил вам: не лезьте не в свое дело. Прежде чем соваться, надо свои силы рассчитывать.
— И разве так дела ведут? Какие бы грязные делишки ни творили Учительница Пань и тренер, она всё равно остается мачехой Ата.
— Вы зачем эту кассету снимали? Шантажировать их хотели? Или в сеть выложить?
Под градом вопросов Го Цилая студенты притихли. Произошедшее нанесло им тяжелую психологическую травму, и они еще не пришли в себя.
Видя их молчание, Го Цилай продолжил:
— Решать вам. Это ваша жизнь, и никто за вас выбор не сделает.
— Сейчас он не опасен. Хотите – убейте, хотите – в полицию сдайте. Сами думайте.
С этими словами он махнул своим парням, и они ушли.
…
— Брат Го, зачем оставлять эту мразь в живых? Дай я его прихлопну, костей не соберут, — не унимался по дороге Цзян Юаньлян, пытаясь получить добро на ликвидацию подонка.
— Ли Сы, повторяю еще раз: закон – единственный способ карать преступников. В Таиланде сейчас неразбериха, но правосудие еще теплится. Я против самосуда.
— К тому же, я не хочу, чтобы эти дети окончательно сбились с пути.
— Брат Го, поясни, — попросил Мото.
— Закон кармы неумолим. Если они выберут бесчестный путь мести, то навлекут на себя еще большую беду.
— Я мельком глянул камеру – карты памяти там нет. И у тренера ее при обыске не нашли, значит, эти четверо ее припрятали.
— После такого унижения им нужно на ком-то сорвать злость. Учительница Пань и тренер – идеальные мишени.
На этом Цзян Юаньлян и Мото расспросы прекратили.
Теперь всё зависело от выбора ребят. Пойдут в полицию – история закончится. Выберут самосуд – последствия будут куда серьезнее.
Честно говоря, оба сочувствовали ребятам, но очень не хотели, чтобы дело дошло до темных ритуалов, особенно до этого жуткого Гунтоу.
…
Ночью у Мото зазвонил телефон.
— Хорошо, договорились!
Повесив трубку, он поймал взгляд Го Цилая и разочарованно произнес:
— Ата звонил. Хотят занять денег на проклятие.
— Что ж, пошли. Они хоть и наглупили, но проступки их мелки, скорее – неопытность. Такого унижения они не заслужили.
— Теперь они жаждут мести, и их можно понять.
…
— Вы хорошо подумали? Раз сделав такое, вы будете нести это бремя до самой могилы.
— Это как ехать верхом на тигре: никогда не знаешь, когда он обернется и перегрызет тебе горло.
В ветхой лачуге неопрятный бородатый старик наставлял семерых молодых людей – это были Го Цилай и компания.
В комнате царил полумрак и стоял странный, необъяснимый запах. За спиной старика высилось изваяние божества с тремя глазами.
— Ата, подумайте еще раз. Мастер же говорит – эта штука может обернуться против вас. Давайте поищем другой выход!
— Чжан Сань, какой же ты эгоист! Не тебя же так унизили, вот тебе и всё равно! — Огрызнулась девица с короткой стрижкой. Го Цилай пропустил ее слова мимо ушей – такие безрассудные долго не живут.
Взгляд Ата на миг потускнел, но он твердо ответил:
— Чжан Сань, не надо меня отговаривать. Мы уже всё решили.
Видя непреклонность Ата, Го Цилай спорить не стал, а просто выложил перед ним толстую пачку банкнот.
— Мастер, проклятие накладывают эти четверо, мы тут ни при чем. Мы подождем снаружи.
Мастер Гунтоу: «…»
«Первый раз за всю жизнь вижу такого кадра. Это ж надо так бояться, что я на него порчу нашлю».
И впрямь, Го Цилай и его люди были вооружены до зубов – в плане защиты.
Ни единого волоска на теле, а вся открытая кожа покрыта тонким слоем прозрачного лака для ногтей.
На лицах маски, а на ногах – и вовсе невообразимое: поверх обуви они натянули пластиковые пакеты.
Думаете, излишняя осторожность?
«Ребята, не смешите. Ата и остальным нужно проклятие, а для этого мастеру нужна земля, по которой ходил тренер, его имя, его вещи».
«Зная всё это, стану ли я рисковать? А ну как старику вожжа под хвост попадет и он на меня решит что-нибудь напустить?»
«Но магия эта и впрямь диковинная – даже через следы на земле работает. С этого момента – никаких прямых контактов с почвой, только пакеты. Нельзя давать своей ауре соприкасаться с внешним миром».
Перед уходом Го Цилай велел Мото и Цзян Юаньляну «случайно» продемонстрировать пистолеты на поясе.
Мастер Гунтоу: Σ(´ﾟДﾟ`)
«Твою ж… что это за люди? От них такой жаждой крови веет, на их счету явно не один десяток жизней!»
Стоя за дверью, Го Цилай изнывал от скуки. Ему очень хотелось поглазеть на чудеса магии, но собственная шкура была дороже, так что он решил остаться в стороне.
— Тоска… Была бы Система здесь, она бы мне трансляцию устроила.
— Значит, вот какая мне роль в твоем сердце отведена? — Раздался голос.
Го Цилай: (͡°͜ʖ͡°)✧