Глава 267
: «Хэшэнь!»
Не выдержав побоев, один из незадачливых похитителей взмолился:
— Это всё А-Мао нам велел сделать! Перестань бить!
Эти слова заставили всех замереть. Даже Цзян Пин опустил ремень.
Думаете, он удивился?
— Да я давно догадался, — признался бы он позже. — Но раз уж все изображают шок, надо же подыграть. Гляньте, как брат Го старается.
Го Цилай же в душе материл напарника: «Идиот, зачем так сильно колотил? У нас же еще сценарий не до конца отыгран!»
По логике сюжета матушку должны были похитить, потребовать выкуп, а семья – сплотиться и собрать деньги.
Но Цзян Пин выбил правду слишком рано, и вся игра пошла прахом.
Поняв, что прикидываться дальше нет смысла, Го Цилай махнул рукой.
— Ладно, матушка, раз уж нас раскусили, кончайте спектакль.
— Если бы вы действительно давно померли, на теле появились бы трупные пятна. А у вас кожа – кровь с молоком. Какая уж тут смерть?
Го Цилай первым разоблачил старуху, а затем повернулся к своим экранным «братьям»:
— Я знаю, что ваши фирмы и акции в глубоком минусе, и вы рассчитывали только на это наследство.
— Но как бы туго ни приходилось, как бы ни заедала работа, не забывайте о семье. Родственные узы бесценны.
— Свою долю наследства я не возьму, делите между собой. Мне и этого хватит.
С этими словами он продемонстрировал зажатую в пальцах купюру, которую прихватил из дома – формально это тоже было частью наследства.
Сказав это, троица мгновенно исчезла, и всё в том мире вернулось на круги своя.
— А разве не нужно было согласие старухи для получения наследства? — Спросите вы.
— Пустяки, — отмахнулся бы Го Цилай. — Это лишь формальность. Неужели Система не зачла бы мне задание без этих денег?
Призрак ушла в себя, дальше пошли семейные нежности – скукота.
…
— В этот раз награда совсем крошечная, — ворчал Го Цилай. — У меня расходы выросли, мог бы и войти в положение.
— Мелочи, — отозвалась Система. — Хочешь, я и это заберу?
— Ну уж нет! Хоть что-то оставить надо, а то в Штаб-квартире при проверке счетов не поверят.
— Два сапога пара, — подумали бы зрители. — Спелись, мошенники. Одно слово – коррупция.
— Когда Штаб-квартира вернется, из вас обоих всю душу вытрясут.
Наградой в этот раз стали три пилюли. Каждая из них могла укрепить тело, продлить жизнь и повысить внутреннюю силу.
— Ого, такие крутые штуки? Не похоже, что тебя обделили.
Ха!
Вы просто не знаете, какова была изначальная награда. По правилам Штаб-квартиры, даже за такое плевое дело Го Цилаю полагалось семь пилюль.
Это были снадобья из миров фэнтези. Если бы их съел одаренный человек, он мог бы даже начать путь истинного практика.
Да и обычного смертного они превратили бы в сверхчеловека. Тот же Цзян Пин, прими он настоящую пилюлю, раскидал бы двоих Капитанов Америка без одышки.
— Но три – это тоже неплохо!
Ха-ха!
А кто сказал, что это те самые пилюли? Эти три шарика Система сделала так: взяла одну настоящую пилюлю, пополоскала её в миске с водой, а потом замесила на этой воде муку и накатала колобков.
За такое простое задание Штаб-квартира никогда бы не дала столь ценный приз, но они хотели, чтобы Го Цилай поскорее приблизил начало Эпохи. Вот и завысили награды.
Зная, что эти двое – Система и Го – обязательно что-нибудь прикарманят, Штаб выделил семь штук, надеясь, что хоть две-три дойдут до адресата.
Но они недооценили аппетиты Системы.
Такой жадности сам Хэшэнь бы позавидовал и в ножки поклонился.
В итоге прогресс Эпохи остался практически на нуле.
Го Цилай оставил одну пилюлю себе, а две другие отправил через портал в Хуася.
— Нечего на меня так смотреть, — бросил он спутникам. — Слюни не пускайте, дядя Цуй сам решит, кому они достанутся. Я не вмешиваюсь.
Затем он отправил в портал и последнюю пилюлю.
— Такую ценность, конечно, отдам Цзин-цзин! Она моя будущая жена, о ком мне еще заботиться?
…
В Хуася на столе в зале заседаний лежали два мучных комочка. Желающих было много, а товара мало – дележка обещала быть жаркой.
— У Го Цилая в отряде всего несколько человек, и рейтинг силы понятен. О чем тут спорить?
Ха!
Эти пилюли дают здоровье и долголетие. А теперь угадайте, есть ли в Хуася престарелые государственные деятели?
К тому же, это первое мистическое снадобье в руках страны. В будущем их может стать больше, и вопрос распределения станет ребром.
В зале стояла тяжелая тишина. Никто не решался заговорить первым – любая схема дележа сулила проблемы.
Наконец, двое стариков в конце стола переглянулись и рассмеялись.
— Хе-хе-хе!
— Похоже, вы слишком долго жили в покое и забыли традиции нашего народа. Неужели вы думали, что мы, старики, позаримся на эти крохи?
После слов этих старцев атмосфера в зале разрядилась.
Их статус был недосягаем. Насколько?
Скажем так: нынешний лидер Хуася занимает пост не пожизненно, а эти люди были первыми и вторыми лицами государства в прошлом.
— Почему же действующий глава не здесь?
— Друг мой, территория Хуася – девять с лишним миллионов квадратных километров. Каждый день требует сотен решений, у него просто нет времени следить за каждым шагом Го Цилая. Тем более в нынешние неспокойные времена международных визитов – завал.
Но влияние бывших вождей было по-прежнему огромным.
— Командир, — подал голос Цуй Фушэн, — может, я попрошу Го Цилая раздобыть побольше таких пилюль? Тогда всем хватит.
Один из старцев с улыбкой покачал головой.
— Не нужно. Мы пришли сюда лишь для того, чтобы почувствовать дыхание новой Эпохи.
— Мы уже стары, сейчас время молодых. Нам нет нужды цепляться за места.
— Но командир, ваше здоровье…
Старик жестом прервал Цуй Фушэна.
— «Хорошие люди долго не живут, а злодеи коптят небо тысячу лет». Не хочу я в злодеи записываться.
— Отдайте эти две пилюли тем, кто рядом с Го Цилаем. Третью отправьте на исследования, но разрешаю использовать лишь одну десятую часть. Остальное – тоже бойцам из его отряда.
Решив судьбу снадобий, старики, посмеиваясь, покинули зал.
Цуй Фушэн смотрел им вслед с нескрываемой грустью.
Их тела были почти истощены. Не от болезней – просто жизнь подходила к концу. Выражаясь языком фэнтези, их «срок жизни» иссякал.