Глава 226
: «По-хорошему не понимаешь!»
Сунь Кай развернулся и ушел. Несмотря на тринадцатилетнее тело, справиться с обычным человеком для него не составляло труда.
Закончив с делами, Го Цилай прислонился к дереву и неспешно закурил.
— Няньюнь, ты как, привыкаешь? — Спросил он.
Услышав свое имя, девушка вздрогнула и пришла в себя.
— При… привыкаю.
— Если не привыкла – ничего страшного, никто тебя не осудит. Ты ведь раньше людей не убивала.
В чате стрима началось бурление.
Пользователь «Разрушитель детства» писал:
— Черт, стример, это уже перебор! Они же дети!
— Ну проучил бы их, и хватит. Зачем так жестоко? Зачем убивать?
«Бык-Оборотень» возразил:
— Вообще-то, винить стримера не в чем. Эти типы – пушечное мясо из одного фильма. Тот, что главный, там и отца своего убил, и вообще кучу бед натворил. Сдохли – и ладно.
«Разрушитель детства» не унимался:
— Но это же кино! Или то, что еще не случилось. Нельзя судить людей за поступки, которые они не совершали!
Заметив спор в чате, Го Цилай отправил сообщение:
— Вы нападаете на меня, потому что привыкли видеть во мне «главного героя» и «доброго парня». А теперь попробуйте сменить ракурс.
— Представьте, что я – хладнокровный киллер. Я только что убрал троих отбросов. Вам всё еще кажется это чрезмерным?
— Или скажем так: я решил стать плохим парнем. У вас есть вопросы?
Зрители замолчали: — …
Действительно, в фильмах про наемных убийц невинные прохожие гибнут пачками, и зрители обычно не парятся по этому поводу.
Разобравшись с чатом, Го Цилай негромко произнес:
— Я убил их не за оскорбления.
— Когда они столкнулись со смертью, в их глазах не было мольбы или страха. Только ненависть.
— Если бы они испугались, я бы, возможно, их отпустил – они бы не представляли угрозы. Но они ненавидели. Отпусти я их, они бы выждали момент для мести.
— Оружие в Америке на каждом шагу. Если бы они раздобыли ствол и выстрелили мне в спину в самый неподходящий момент… Надеюсь, ты понимаешь последствия.
— У меня есть Система, но я не всемогущ. Воскрешение – не в моей власти. Если пуля попадет в жизненно важный орган, я умру по-настоящему.
С этими словами Го Цилай отбросил окурок. Он сказал достаточно, а поймет ли Линху Няньюнь – это уже ее дело.
В свое время у Цзян Пина были похожие метания, и он едва не покинул команду навсегда. Хорошо, что он вовремя одумался, иначе в отряде телохранителей стало бы на одного человека меньше.
Го Цилай уже собирался уходить, как вдруг замер. Он увидел… «нечто».
Это был цирковой клоун в ярком костюме, но с неестественно огромной головой и жуткой, застывшей улыбкой.
Он стоял прямо на том месте, где зарыли трупы. В руке у него была человеческая кисть.
Он махал этой кистью Го Цилаю, словно приветствуя его. Тот лишь нахмурился.
— Слушай, ну ты и сволочь, — проворчал Го Цилай. — Я их только что прикопал, по-человечески, можно сказать, а ты их выкапываешь, да еще и руку оторвал! Ну ты и гад.
— Совести у тебя нет. Смотри, аукнется тебе это.
Сказав это, Го Цилай махнул своим и решительно направился к клоуну.
Клоун замер: — …
«Эй, так нельзя! Ты портишь мне весь имидж, я же выгляжу как идиот».
Группа подошла вплотную. Клоун пребывал в ступоре – он никак не мог взять в толк, что не так с этими людьми и почему они его не боятся.
Лопата взметнулась в воздух.
Хрясь!
Клоун отправился в яму, и команда привычно начала засыпать землю. Движения были отточены до автоматизма.
— Раздражает! — Буркнул Го Цилай. — Будь добр, соблюдай хоть какую-то призрачную этику, не подкидывай людям лишней работы.
Закончив закапывать, он с пренебрежением сплюнул на свежий холмик.
После этого команда неспешно двинулась прочь.
Постойте, разве Го Цилай не до смерти боится призраков? Откуда такая храбрость?
Сам он лишь хмыкнул бы в ответ:
— Ха!
«Я боюсь призраков, это верно. Но только азиатских! Всякие там клоуны меня вообще не цепляют, с чего мне их бояться?»
Это как с тараканами: кто-то в обморок падает, а кому-то всё равно. Го Цилай не боялся ни тараканов, ни клоунов.
…
По дороге домой они проходили мимо заброшенной деревянной хижины.
Путь им преградили три разлагающихся трупа – те самые американские подростки, которых они только что похоронили.
Го Цилай посмотрел на хижину, потом на гниющие тела перед собой.
Его взгляд выражал крайнюю степень утомления: (≖_≖)
— Ну ты и зануда! Дай мне поесть сначала, а потом играйся сколько влезет. Я проголодался, а ты мне весь аппетит портишь.
Го Цилай выудил бейсбольную биту и передал ее Фэн Юну. Тот перехватил оружие и шагнул вперед.
Бам! Бам! Бам!
Гнилые головы разлетались как перезрелые арбузы.
А что, Фэн Юну и остальным не было страшно?
— Ха!
Вы, должно быть, еще не проснулись. На войне трупов всегда в избытке. Фэн Юн и его товарищи повидали такие виды смерти, что три подгнивших пацана для них – сущий пустяк.
Как только тела рухнули на землю, они мгновенно испарились.
Го Цилай обернулся к хижине и разразился ругательствами:
— Слышь, ты, кусок дерьма! Будь паинькой и не ищи приключений на свою задницу. Дай мне поужинать, и тогда я сам к тебе приду!
Снова сплюнув в сторону хижины, он гордо зашагал дальше.
Спутники лишь безмолвно удивлялись: — …
«Оказывается, когда братцу Го не страшно, он бывает таким наглецом. Будем знать!»
За обеденным столом перед ними стояла кастрюля с ароматным тушеным мясом и картофелем.
Откуда у них дом в Штатах?
— Ха!
Если Система смогла омолодить их и создать подходящие легенды, то раздобыть обычный дом для нее – пара пустяков.
Го Цилай уже наполнил миску рисом и собирался полить его густой подливой, как вдруг…
Жаркое в кастрюле начало бурлить и превратилось в зловонную черную жижу, в которой отчетливо виднелись оторванные пальцы.
В тот же миг сработала пожарная система на потолке, но вместо воды из распылителей хлынула алая кровь.
Го Цилай замер, глядя на это безобразие: (ㅍ_ㅍ)
Дзынь!
Он со всей силы швырнул миску на пол.
— Ах ты ж тварь! Я тебе по-хорошему сказал: дождусь ужина и поиграем. Ты слов не понимаешь, да?!
На этот раз Го Цилай действительно рассвирепел. За все время в Америке его уже тошнило от западной еды. Он наконец-то раздобыл нормальное мясо с картошкой, и этот клоун всё испортил. Такое не прощается.
Резким движением Го Цилай открыл системное хранилище, и на пол посыпалась целая гора огнестрельного оружия.