Глава 191
: «Тигр-батюшка!»
Го Цилай и остальные продолжали отступать. Оказавшись в безвыходном положении, Го Цилай уже занес правую руку, готовясь пустить в ход один из своих козырей.
Р-р-р!
Из-за спины Го Цилая раздалось низкое звериное рычание.
Го Цилай: (͡°͜ʖ͡°)✧
Явился как раз вовремя. Не зря я из кожи вон лез, сыпал угрозами – ты наконец-то соизволил выйти.
Из дальнего конца коридора медленно приближалось чудовище. Каждая мышца на его теле была четко очерчена, а когти остро отточены.
Судя по строению скелета, можно было догадаться, что когда-то это существо было человеком. Однако теперь его кости претерпели мутацию; и не только кости – мышцы лица и клыки полностью изменились. Сейчас он больше напоминал оборотня, принявшего звериный облик.
Увидев монстра, Го Цилай мгновенно сменил гнев на милость и сделал два шага навстречу.
— Тигр-батюшка, наконец-то ты показался! — Воскликнул он. — Эти выродки вздумали меня пугать, порви их!
Обычно холодный и неприступный Тигр-батюшка, услышав это, лишь закатил глаза.
Легким движением плеч он встряхнулся, и свиток с его спины упал прямо к ногам Го Цилая.
С появлением Тигра-батюшки фальшивые «спасатели» сбросили маски и явили свое истинное обличье.
Почуяв исходящую от зверя угрозу, Мошэнь-цзай начали поспешно отступать. Остальные, разумеется, поспешили пристроиться в кильватер Тигру-батюшке, ведь только под его защитой у них был шанс выбраться наружу.
Лишь один человек пребывал в полном недоумении – и это был Го Цилай.
Странно всё это! С чего бы Тигру-батюшке бояться такой горстки Мошэнь-цзай? Даже если бы их было больше, с помощью Сяохуэя и моей поддержки мы бы их раскидали. Чего же на самом деле опасается этот полосатый господин?
Вслед за Тигром-батюшкой группа покинула заброшенную больницу. Парк «Кадо» к этому времени затянуло густым туманом, а небо затянули тяжелые тучи.
На часах было одиннадцать утра, но из-за мглы казалось, будто сейчас семь или восемь вечера.
Стоило людям подойти к самым воротам парка, как из непроглядного тумана один за другим начали доноситься пронзительные крики.
Го Цилай: (ㅍ_ㅍ)
Ну, это уже перебор! Теперь понятно, почему Тигр-батюшка проявлял такую осторожность при виде Мошэнь-цзай. Вот оно что.
Криков было слишком много. В Лощине Десяти Тысяч Курганов, по прикидкам Го Цилая, Мошэнь-цзай было от силы штук пятьдесят.
Учитывая, что парк «Кадо» – их логово, Го Цилай закладывал в расчеты максимум сто восемьдесят особей.
Сяобай может взять на себя пятерых, Сяохуэй – десятерых. Тигр-батюшка должен справиться с полусотней. Дахуа тоже потянет пятьдесят.
Если добавить к этому его собственную помощь, то с сотней с лишним тварей они должны были разобраться, пусть и с трудом.
Но Го Цилай и представить не мог, что количество Мошэнь-цзай в парке перевалит за три сотни.
Да кто с такой оравой сдюжит? Но что еще хуже – здесь скрывался «большой босс», та самая погибшая дочь Линь Мэйхуа. Вот это подстава так подстава.
Как говорится, в толпе и трус смельчак – у Мошэнь-цзай логика была такой же. Будь их пара десятков, они бы и близко к Тигру-батюшке не подошли, но сейчас, собравшись вместе, они заметно приободрились.
Земля, аттракционы, ограды – всё было облеплено этими тварями.
Какое-то время стороны стояли друг против друга, пока один особо дерзкий Мошэнь-цзай с воплем не бросился на Го Цилая.
Вжик!
Тигр-батюшка одним прыжком настиг наглеца и разорвал его в клочья. Увидев, что схватка началась, остальные монстры посыпались сверху, вцепляясь в Тигра-батюшку мертвой хваткой.
Один, второй… больше десятка тварей окружили зверя. Тигр-батюшка отбивался, и хотя выглядел он несколько потрепанным, всё же удерживал преимущество.
— Гав!
Лай Сяохуэя заставил всех обернуться. Пес в этот момент терзал очередного Мошэнь-цзай прямо на земле.
Эта тварь, воспользовавшись тем, что все отвлеклись, решила зайти с тыла. И целью ее была Ли Ятин.
Го Цилай: Σ(ŎдŎ)ﾉﾉ
Ах ты ж дрянь! Никакой чести, только исподтишка и умеете. Как же я про это забыл!
— Оглушите Ли Ятин! — Поспешно скомандовал Го Цилай. — Свяжите ее и заткните рот!
— Что вы задумали?!
Услышав это, Ли Шуфэнь крепко прижала дочь к себе. Увы, ей было не тягаться в ловкости с Фэн Юном. Выждав момент, он точным ударом по шее отправил Ли Ятин в беспамятство.
— Тетушка, не мешайте, — быстро заговорил Го Цилай. — Ваша дочь – девушка брата Сяоху. Тот демон хотел вселиться в нее, чтобы пробудить сознание Сяоху.
— Если Сяоху придет в себя, Тигру-батюшке придется уйти. А если он уйдет, нам всем конец.
Выслушав объяснение, Ли Шуфэнь заколебалась.
— Но…
— Никаких «но»! — Отрезал Го Цилай. — Мы на волосок от гибели, сейчас не время жалеть дочь или рассуждать о морали.
— Если мы сегодня выберемся отсюда целыми, нужно будет благодарить небеса. Если вам не нравятся мои методы – что ж, я могу оставить вас здесь.
Ли Шуфэнь: «…»
Вообще-то она хотела сказать, что метод кажется слишком радикальным, но после таких слов аргументы иссякли.
Женщине пришлось уступить. Фэн Юн и остальные быстро связали Ли Ятин веревками и наглухо заклеили ей рот толстым слоем скотча.
Р-р-р!
Тигр-батюшка издал протяжный, леденящий душу рык. Похоже, ему надоела рукопашная схватка, и он решил пустить в ход магические способности.
Этот рев заставил всех Мошэнь-цзай в ужасе отпрянуть, и даже густой туман в парке заметно поредел.
Увидев это, Го Цилай несказанно обрадовался.
«А Тигр-батюшка-то крут! Тем лучше, сэкономлю пару козырей».
Однако радость была недолгой. Откуда-то прилетела ночная бабочка и, затрепетав крыльями, превратилась в маленькую девочку в красном платье.
— А-а-а!
Ее резкий, пронзительный визг перекрыл рычание тигра. Тигр-батюшка рухнул на землю, его начало рвать, а тело стало медленно возвращаться в нормальное человеческое состояние.
Го Цилай: (≖_≖)
Бесполезный! Неужели нельзя было продержаться подольше? Ты всего лишь сосуд для духа, и раз ты упал – Тигр-батюшка ушел. Тренироваться надо было больше, молодец! Так быстро выдохся.
Стоило защите исчезнуть, как отступившие было Мошэнь-цзай снова начали смыкать кольцо.
Го Цилай с тяжелым вздохом повернулся к Линь Мэйхуа.
— Иди, — сказал он. — Теперь твой выход. Попробуй достучаться до нее любовью.
Го Цилай подумал: «Вот ради этого я и таскал за собой Линь Мэйхуа с дочерью. По законам жанра, сейчас должна сработать сила материнской любви».
Получив позволение, Линь Мэйхуа с замиранием сердца сделала шаг вперед.
— Доченька, отпусти их, прошу тебя! Мама останется с тобой, во всем виновата только я.
Девочка в красном, склонив голову набок, смотрела на Линь Мэйхуа, и в ее сознании начали всплывать обрывки воспоминаний.
Много лет назад, на этом же самом месте, была точно такая же сцена. Мама звала ее так же ласково, но стоило девочке подойти, как она запечатала ее магическим талисманом. Мама ненавидела ее, потому что она была монстром.