Глава 159
: «Битва за Налань Цзин!»
Оставшиеся четыре задания Го Цилай проскочил по той же схеме.
На последнем этапе один шпион почуял неладное и попытался сопротивляться, но против семерых здоровяков у него не было шансов. Его избили до полусмерти, а затем сожгли дотла.
Вы спросите, почему семеро? Фан Тинбай и Шангуань Мэн – женщины, а Цилай в драку не лезет. Вот и считайте.
Как только с последним суррогатом было покончено, прозвучал сигнал о завершении задания.
Это была самая долгая миссия в карьере Го Цилая. Десять фигур растаяли в воздухе и мгновение спустя оказались на знакомой пустынной дороге.
Вдоль обочин теснились армейские палатки.
Едва Го Цилай ступил на землю, к нему ласточкой метнулась женская фигура.
Он крепко обнял Налань Цзин – она была его тихой гаванью, единственным островком нежности в этом безумном мире.
Сцена была трогательной, но в чате трансляции снова начался цирк.
Мастер_Гробов: «Опять эта невыносимая баба! Гнать её в шею!»
Могильщик_Императоров: «Точно, пусть катится! Видеть её не могу, аппетит пропадает».
Го Цилай опешил: «Что за новости? Раньше хейтеры только на меня нападали, а теперь на Цзин-цзин переключились?»
Заметив перемену в его лице, Налань Цзин подняла голову:
— Цилай, что-то случилось?
Он недовольно скривился:
— Да так, в чате кучка придурков развонялась. Не бери в голову.
Налань Цзин удивилась:
— А я-то им чем не угодила? Я в эфире почти не появляюсь, с чего вдруг такая агрессия?
— Цилай, выведи чат на экран. Мне любопытно, за что они меня чехвостят.
Го Цилай замялся:
— Может, не надо? Много чести – внимание на них обращать.
— Выводи, кому сказала. Хватит препираться.
Цилай вздохнул и взмахнул рукой. Перед Налань Цзин поплыли строчки комментариев. Остальные спутники поспешили тактично удалиться – семейные разборки их не касались.
Детство_в_Руинах: «Смотри-смотри! Я и в глаза тебе это скажу: ты – ходячее несчастье!»
Налань Цзин даже бровью не повела.
— Ругаться можете сколько угодно, но повод-то назовите. За что?
Могильщик_Императоров: «Ха! Я с самого первого стрима смотрю, доказательств – вагон!»
— После деревни Фэнмэнь ты у Го Цилая все деньги до копейки отобрала. Ему даже Цзян Пин и Юнь Чжи обедом угостить не на чем было. Если бы не черная карта от Системы, он бы со стыда сгорел в том ресторане.
— Скажи, разве это поведение нормальной женщины? Это же за гранью!
Лицо Налань Цзин потемнело. Она решительно подошла к Цилаю, похлопала по штанинам, залезла в подкладку куртки и… извлекла две банковские карты.
— Я с пяти лет с ним рядом, я его характер знаю лучше, чем саму себя.
— То, что я забрала – это была плата за аренду за квартал. У него таких заначек минимум пять штук по разным углам, в сумме миллионов пять наберется.
— Он сказал, что денег нет, и вы поверили? Вы его первый день знаете?
Зрители притихли: «А ведь и правда…»
Эн_Шань: «Ладно, допустим. Но вспомни Фэнмэнь! Сколько ты ему проблем создала?»
— Если бы ты не ляпнула лишнего, нарушив запрет, гроб бы не потяжелел!
Милая_Победа: «Да! Из-за тебя стример тогда был на волосок от смерти. Твой парень – избранник Системы, ты в этом ни черта не смыслишь, зачем было напрашиваться?»
— Ты только мешалась под ногами. Имею я право чувствовать к тебе отвращение после этого?
Глаза Налань Цзин начали краснеть от обиды.
— Да, в Фэнмэнь я нарушила запрет. Но разве это моя вина? Я знала о нем тогда?
— Вы спрашиваете, зачем я пошла. Мой мужчина, мой будущий муж ввязывается в какую-то чертовщину, где каждый шаг может стать последним. И вы спрашиваете, почему я рядом?
— Я что, слабая? Я дерусь не хуже Фан Тинбай и остальных.
— А что до женских дел… я что, могу это контролировать? Цилай меня не предупреждал! Даже если бы я не пошла, у Шангуань Мэн и других это тоже могло случиться.
Голос её сорвался на рыдания. Го Цилай тут же прижал её к себе.
— Цзин-цзин, не плачь. Зачем тебе слова этих троллей? Главное, что я тебе верю.
Она всхлипнула, уткнувшись ему в плечо:
— Цилай, в Фэнмэнь я правда не хотела… Я не знала про те правила.
— Знаю, всё я знаю. Не расстраивайся.
Немного успокоившись, Налань Цзин отстранилась и, вытирая слезы, упрямо продолжила:
— Наверное, вы и в том меня вините, что я вечно всё у него забираю?
— И за выкуп в восемь миллиардов восемьсот миллионов клянете?
— Вы видите только верхушку айсберга. Три года назад его родители погибли в аварии, и Го Цилай впал в тяжелейшую депрессию.
— Полгода он носа из дома не показывал, заперся в четырех стенах. Если бы я не давила на него, он бы так и сгнил там!
— Я выставила этот безумный ценник за свадьбу только для того, чтобы у него был стимул не превращаться в овоща. Мне плевать на деньги! Даже если бы у него не было восьми миллиардов, а было всего восемьдесят восемь юаней, я бы всё равно пошла за него.
— Вы считаете, сколько я у него взяла, но не видите, сколько я отдала.
— Он опустошил два огромных склада супермаркета на десятки миллионов юаней – я хоть слово против сказала?
— Всё, что на нем надето, всё, что он ест и чем пользуется – кто это покупает?
— У него двадцать домов под сдачу. Вы хоть представляете, сколько мороки с управлением? За три года он хоть раз поинтересовался делами? Всем занимаюсь я, и хоть раз я пожаловалась?
После этой тирады хейтеры в чате словно воды в рот набрали.
На самом деле, со времен Фэнмэнь Налань Цзин жила с тяжелым чувством. Её мужчина каждый день рисковал жизнью, а она ничем не могла помочь.
Она порывалась пойти с ним, но знала: Цилай будет постоянно на неё отвлекаться, а в его делах малейшая потеря концентрации стоит жизни.
Она следила за каждой его миссией. Каждый раз он ходил по лезвию бритвы. Налань Цзин не смела рисковать даже мизерным шансом, она не хотела, чтобы он погиб из-за беспокойства о ней.
Го Цилай закрыл чат и еще долго утешал её, пока буря в душе Налань Цзин не утихла.