Глава 12
: «Тот самый поцелуй, от которого выворачивает»
Глядя на это чудовищное лицо, Го Цилай никак не мог заставить себя приблизиться к нему губами.
Он уже настроился: зажмурюсь, стисну зубы и сделаю это. Но эти шутники из чата подкинули свою безумную теорию.
Теперь он застрял на перепутье. Не сделаешь как советуют – костей не соберешь. А сделаешь – психологическая травма на всю жизнь обеспечена.
Руки Чу Жэньмэй были все ближе к его шее. Выбирая между душевным равновесием и собственной шкурой, Го Цилай, скрипнув зубами, выбрал второе.
Он с напускной нежностью посмотрел в глаза сидящему перед ним кошмару и медленно потянулся навстречу.
Да, именно так: с открытыми глазами и по полной программе.
Святой Дракон:
— Ох… Ну и мужик! Он реально это сделал. Если не сработает, я уверен, он даже на том свете не успокоится.
Го Цилай: — …
Ему было не до ответов. Его вкус и обоняние подверглись жесточайшей экзекуции.
В нос ударил запах тухлятины, он отчетливо ощутил жуткую вонь из ее пасти.
Черная жижа была невыносимо тошнотворной, отдавая одновременно чем-то соленым и приторно-сладким.
Король Хаоса:
— Жми, стример! Иллюзия не исчезает, значит, недостаточно страсти. Терпи, глядишь, Чу Жэньмэй растрогается.
У Го Цилая от этого комментария по щеке скатилась скупая слеза.
А это что такое мягкое? Ага, понятно – ошметки гнилой слизистой.
А этот маленький твердый предмет? Понял – выпавший зуб. А вот что-то длинное, тонкое и извивающееся… Если я не ошибаюсь, это личинка!
Ха-ха-ха!
Ну какой же я догадливый!
В желудке у Го Цилая уже все бурлило и рвалось наружу, но он не смел остановиться. Если в такой момент его стошнит, тут не только призрак – любой человек в ярость придет.
Так прошло полминуты. И вдруг странный привкус начал исчезать.
Губы Го Цилая коснулись чего-то действительно мягкого, нежного, с легким ароматом орхидей.
Го Цилай: (͡°͜ʖ͡°)✧
Наконец-то награда за мучения!
Жуткий облик Чу Жэньмэй растаял, и перед ним оказалась ослепительно красивая Налань Цзин.
Они медленно отстранились друг от друга. Щеки девушки пылали – никогда еще она не целовалась вот так, на глазах у всех.
— Какой ты… несносный! — Она кокетливо стукнула его кулачком в грудь, собираясь продолжить капризным тоном, но на полслове ее лицо внезапно похолодело.
Глоть!
Щеки Го Цилая раздулись, и он с неимоверным усилием воли проглотил то, что было у него во рту.
Налань Цзин: — …
«Это еще что значит? Я ему уже противна? Тебя что, тошнит от нашего поцелуя?»
Видя, что она обиделась, Го Цилай даже не подумал оправдываться.
— «Это ты еще недовольна?», — думал он. — «Да это я должен тут возмущаться! Ты хоть представляешь, какого монстра я сейчас облизывал? У меня теперь, наверное, на поцелуи пожизненная фобия!»
— Го Цилай, будь добр, объяснись! Мало того что ты набросился на меня без спросу, так тебя еще и вывернуть наизнанку решило. Я что, тебе настолько неприятна?
В ответ на ее гневную тираду Цилай лишь усмехнулся и только открыл рот, чтобы что-то сказать, как Налань Цзин резко оттолкнула его голову.
— Повернись в другую сторону! У тебя изо рта воняет ужасно!
Го Цилай: «Да чтоб тебя…»
… — О-о-у-у-э! — Налань Цзин согнулась пополам. — Отойди от меня, видеть тебя не хочу, извращенец! Как ты вообще мог… в такую рожу… фу!
Го Цилай: — …
— Это было сейчас обидно, — пробормотал он. — Да, признаю, вкусы у меня в тот момент были, мягко говоря, специфические. Но я ведь ради нашей безопасности старался! Если бы я тебе не рассказал, ты бы снова решила, что я тебя разлюбил. Как ни поступи – всё я виноват!
Налань Цзин тошнило еще несколько минут. Только когда желудок окончательно опустел, ей стало чуть легче.
— Цилай, эта женщина-призрак… она исчезла?
— Скорее всего, ушла. Но для верности давай дождемся завтрашних двенадцати дня. Тогда все точно закончится.
Налань Цзин не понимала, почему нужно ждать именно до полудня, но предпочла послушно довериться Го Цилаю.
Прошло еще несколько часов. Время перевалило за полночь.
Большая часть людей на площади разошлась по домам, остались лишь редкие компании молодежи да иногда проезжали патрульные машины.
Налань Цзин зевнула. Усталость и пережитый ужас давали о себе знать.
— Если устала, приляг на меня и поспи. Если что – я разбужу.
— Может, лучше ты? Я тренированнее тебя и выносливее. Ты ведь уже на пределе.
— Что? — Го Цилай картинно отпрянул. — Это ты сейчас на мою выносливость намекаешь? Не будь ситуация такой серьезной, я бы показал тебе, на что способен в течение трехсот раундов!
Налань Цзин: (〃ﾉωﾉ)
— Дурак! Нашел время для таких шуточек.
Поняв двусмысленный намек, она густо покраснела.
— Тьфу на тебя! Вечно ты со своими пошлостями. Ладно, я спать.
Она прижалась к Го Цилаю и вскоре крепко уснула, а он продолжал бдительно следить за окружением.
Обладая бесконечным сроком жизни, он фактически обладал бесконечной энергией Ян, а значит, и бесконечной выносливостью.
Пусть боец из него был так себе, зато он мог держаться до победного. Иногда важно не то, насколько ты крут, а то, как долго ты можешь не сдаваться.
Для него бессонная ночь не была проблемой – пока держался дух, тело его не подводило.
В три часа ночи исчезнувшая Чу Жэньмэй появилась снова. Она стояла всего в десяти метрах от него.
Редкие прохожие словно испарились, а фонари на площади подозрительно потускнели.
Глядя на скрытое волосами лицо призрака, Го Цилай сухо бросил:
— Оставь мою девушку в покое, все свои фокусы показывай мне. Если уж решила прикончить обоих, начинай с меня. Очень хочу посмотреть, выдержу ли я твои бредни.
Однако Чу Жэньмэй не поддалась на провокацию. Она просто стояла и смотрела.
В чате трансляции:
Го Цилай:
— Народ, спасайте! Эта Чу Жэньмэй опять приперлась! Говорили же, что если ее любовью пронять, она отстанет!
Святой Дракон:
— Ц-ц-ц! Слушай, а может, она не убить тебя хочет, а просто влюбилась? Ты ведь ей такой романтичный французский поцелуй закатил!
Го Цилай: — …
Пустыня-001:
— Обалдеть! У тебя вообще совесть есть? Стример тут на грани жизни и смерти, а ты ерничаешь!