Глава 467. Надвигающаяся буря!
В этот момент дверь отворилась, и в комнату вошла Сяохуа. Увидев Лу Фэна, она на мгновение обомлела от неожиданности, но тут же перевела радостный взгляд на Сяохуэй.
— Сяохуэй, поздравляю! От всей души поздравляю! — воскликнула Сяохуа.
— Сестрица Сяохуа, ты наконец-то пришла! — с улыбкой отозвалась Сяохуэй.
Девушки мгновенно сбились в кучку и защебетали, точно не виделись целую вечность и имели в запасе миллион несказанных слов. Поняв, что он здесь явно лишний, Лу Фэн с улыбкой вышел наружу. Перекинувшись несколькими словами с зятем, Чжан Синтянем, он попрощался и удалился.
*
Измерение Тяньцюн. В глубине действующего вулкана, в величественном чертоге, высеченном прямо в раскалённой базальтовой породе, рвал и метал Бог Запустения.
— Кучка бездарных ничтожеств! — гремел его яростный голос, от которого содрогались стены дворца. — Пятеро владык сферы Хаоса не смогли справиться с каким-то жалким червём сферы Единства! Позор! Какой немыслимый позор!
Стоявшие внизу воины сферы Хаоса в страхе склонили головы, боясь вымолвить хоть слово и навлечь на себя всесожигающий гнев владыки.
— И что же так расстроило великого Бога Запустения? — раздался вдруг кокетливый женский голос сбоку от трона.
Бог Запустения едва заметно нахмурился, но тут же взял себя в руки, сменив гнев на беспечную маску.
— Приветствуем Ваше Высочество Богиню Дождя! — в один голос воскликнули подчинённые, склоняясь перед приближающейся гостьей.
— Встаньте, — пренебрежительно бросила она.
Эта женщина, звавшаяся Богиней Дождя, обладала обликом получеловека-полуорла: невероятно обворожительное женское лицо сочеталось с роскошным оперением, переливавшимся мягким перламутровым светом. В каждом её движении сквозило неоспоримое, величественное благородство.
— Владыка Бог Запустения, что за печаль омрачила ваш чеканный лик? — пропела Богиня Дождя с чарующей улыбкой. — Быть может, ваша покорная слуга сможет помочь развеять эти тучи?
— Ха-ха, я ценю твою заботу, Богиня Дождя, — сухо ответил Бог Запустения. — Это лишь сущие пустяки, не стоящие внимания.
В измерении Тяньцюн Бог Запустения, хоть и являлся Лордом Хаоса, далеко не считался вершиной пищевой цепочки. А эта Богиня Дождя была посланницей от куда более могущественной фракции Тяньту. По сравнению с её повелителями владения Бога Запустения выглядели заурядной провинцией.
Неудача с Лу Фэном до глубины души разъярила Бога Запустения, но рассказывать об этом позоре чужакам он не собирался. Более того, он боялся, что Богиня Дождя продаст информацию о малых вселенных, подконтрольных его клану. Пускай эти миры и были слабы, но ресурсами изобиловали. Узнай о них высшие покровители Богини Дождя — и Бог Запустения остался бы у разбитого корыта.
— Ох… — со вздохом протянула Богиня Дождя, печально склонив голову. — Похоже, Владыка Бог Запустения совсем мне не доверяет. Что ж, в таком случае я не смею более досаждать своим присутствием.
— Ха-ха! Как я могу не доверять тебе? — наигранно рассмеялся Бог Запустения. — Просто один из моих охотничьих отрядов сгинул по нелепой случайности, вот я и вспылил. Дело житейское!
— Неужели? — Её глаза блеснули. — И какая же слепая тварь дерзнула перейти дорогу Владыке? Наша фракция Тяньту просто обязана заступиться за вас!
Поняв, что уклониться от ответа не выйдет, Бог Запустения тяжело вздохнул и выложил суть дела. В глубине души он и так догадывался, что хитрая птица пришла сюда не просто так и уже пронюхала о случившемся.
— Хм-хм! Какая дерзость! — с лёгким смешком воскликнула Богиня Дождя. — Жалкая горстка из дюжины малых вселенных возомнила о себе невесть что! Не переживайте, Владыка, я немедленно доложу моему повелителю, и он направит карательные легионы, дабы раздавить этих дерзких бунтарей!
Лицо Бога Запустения исказилось. В душе он уже вовсю проклинал её: «Если фракция Тяньту отправит армию, то мне от этого пирога не достанется вообще ничего!». Однако внешне он изобразил глубокую признательность:
— В таком случае я премного благодарен тебе, Богиня Дождя, и твоей великой фракции за помощь!
Сказав это, Бог Запустения был вынужден кратко изложить детали происходившего во Вселенной расы Талун. Выведав всё до нитки, Богиня Дождя немедленно удалилась. Едва за ней закрылись двери, улыбка с лица Бога Запустения мгновенно испарилась:
— Проклятье! Лакомый кусок уплывает из рук!
Теперь, когда фракции Тяньту стало известно о малых вселенных, придётся поделиться пирогом. Причём львиную долю заберут себе они. Бог Запустения бессильно качнул головой: в мире, где всё решает сила, слабому остаётся лишь подчиниться.
— Владыка… Что же нам теперь делать? — несмело спросил один из подчинённых. Они никак не ожидали подобного поворота событий и теперь пребывали в полной растерянности.
— А что тут сделаешь? Будем ждать вестей от Богини Дождя! Как только их легионы будут готовы, выступим вместе с ними и завоюем ту малую вселенную. Так мы хотя бы урвём себе крохи… Эх! — вздохнул Бог Запустения.
Подчинённые лишь уныло опустили головы.
*
Тем временем в Экспедиционной Крепости... Навестив сестру, Лу Фэн вернулся на передовую. Чтобы предотвратить возможное вторжение, он бессменно оставался на посту.
К счастью, последующие полгода прошли в абсолютном затишье: со стороны врага не было ни единой вести. Но Лу Фэн прекрасно понимал — Бог Запустения не оставит их в покое. Такое затяжное молчание означало лишь одно: враг готовит сокрушительный удар. В прошлый раз вторжение пяти практиков сферы Хаоса и стомиллионной армады потерпело крах. А значит, следующий приход врага будет куда масштабнее и смертоноснее.
Отбросив тревожные мысли, Лу Фэн сосредоточился на главном: единственное спасение — стать сильнее. Ему необходимо было совершить прорыв в сферу Хаоса до того, как грянет буря. У него уже появились первые зацепки к пониманию сути этого уровня, и при наличии времени он был уверен, что сможет переступить заветный порог.
Время за культивацией стремительно утекало, точно песок сквозь пальцы. Так пролетело ещё полгода.
До родов Сяохуэй оставалось чуть больше месяца. Глядя на заметно округлившийся живот жены, Чжан Синтянь не мог скрыть нежности и любви в глазах. В эти смутные, полные войн и хаоса времена ему посчастливилось взять в жёны любимую женщину и готовиться встретить плод их любви — разве это не величайшее счастье?
— Синтянь, ну что ты так пристально смотришь на мой живот? — ласково спросила Сяохуэй.
— Хе-хе, да вот размышляю, какое имя дать нашему сыну, — просиял Чжан Синтянь.
Практикам их уровня не составляло труда узнать пол ребёнка с самых первых дней. У них не было предрассудков, но Чжан Синтянь в глубине души очень хотел именно мальчика.
— И что же ты надумал? — оживилась Сяохуэй.
— Наш сын появится на свет на глазах у бесчисленных воинов многих вселенных, омытый взорами тысяч великих практиков. Посему я выбрал иероглиф «Му» — «Омытый». Сяохуэй, ты его мать, подбери второй иероглиф.
Сяохуэй одобрительно кивнула. Это было глубокое и уважительное предложение. Задумавшись на мгновение, она произнесла:
— Тогда пусть вторым иероглифом будет «Чэнь» — «Пылинка».
— Пылинка? — удивлённо поднял бровь Чжан Синтянь. — Что ты вкладываешь в это слово?
Заметив его озадаченность, Сяохуэй тепло улыбнулась:
— Сколько героев из нашей и союзных вселенных отдали свои жизни ради мира и свободы! Какими бы незначительными они ни казались в масштабах космоса — словно пылинки во Вселенной, — я хочу, чтобы наш сын навсегда запечатлел в своём сердце их великую волю. Вот почему я выбрала этот иероглиф!
— Великая мудрость и сострадание! Прекрасно! — с трепетом произнёс Чжан Синтянь. — Отныне имя нашего сына — Мучэнь!