Глава 19. Глаза горят, как угли
Когда я подхожу к Хэдвину и Доминику, Кассиан уже стоит рядом с ними. Лишь Хэдвин приветствует меня кивком, остальные двое предпочли меня не замечать.
На краю поляны я замечаю тело Дэймона. Из одежды на нем остались только трусы, а на груди зияет огромная рана.
Что ж, видимо, хоть кто-то здесь начал шевелить мозгами. Даже одежда может пригодиться – мы ведь не в магазин за углом вышли.
Единственное, что мне не по душе: они даже не потрудились оттащить его на пару метров вглубь леса, подальше с глаз.
Впрочем, не моя забота.
— Что у нас по воде? — Спрашиваю я.
— Несколько бутылок, пара пластиковых пакетов, и еще мы нашли вот эту здоровенную канистру, — Хэдвин указывает на железную емкость у своих ног. Она внушительных размеров, похоже, для запасного топлива или чего-то в этом роде.
Мыть ее я точно не собираюсь.
Звучит как идеальная работа для наших новичков!
Да?
Да.
Я просто киваю, вытягивая нож из-за пояса. Перекладываю его в здоровую руку. Он приятно тяготит ладонь – тяжелый, надежный, куда лучше того, что я сломал. И все же он сделан из какого-то камня, кристалла или чего-то подобного.
Я бы предпочел копье, чтобы держать дистанцию с врагами, но управляться с ним одной рукой было бы чертовски трудно.
К тому же острое лезвие кажется мне куда полезнее тупой железной трубы. Да, дистанция атаки меньше, но если метить точно, урона будет в разы больше.
— Тогда идем, — говорит Хэдвин и ведет нас к лесу.
Заходя под сень деревьев, я оглядываюсь и замечаю взгляд Софи. Она крепко держит сестру за руку, а выражение ее лица невозможно прочитать.
Как только мы оказываемся под кронами, Тесс, Кассиан и Доминик замолкают. Они вздрагивают от каждого шороха, что, впрочем, неудивительно. Они уже не раз видели, как мы возвращаемся израненными, а кто-то и вовсе погиб, так что их нервозность вполне оправдана.
Но в этот раз на нас никто не нападает, даже когда мы начинаем спускаться с холма к тому месту, о котором говорил Хэдвин.
Мне это нравится.
Очень нравится.
Пусть так и продолжается.
Спустя несколько минут до нас доносится шум текущей воды, и все заметно оживляются. Кассиан и Доминик тут же начинают о чем-то возбужденно шептаться, и даже Хэдвин ускоряет шаг.
Пройдя еще несколько метров, мы выходим к небольшой лесной речушке.
— Наконец-то нашли! — Вскрикивает Кассиан и бросается вперед, обгоняя Хэдвина.
— Заткнись, Кассиан! — Шипит Хэдвин, хватая его за руку и дергая назад. — Не забывай, где мы находимся!
К сожалению, Кассиан, похоже, не воспринимает предупреждение всерьез.
Он лишь ухмыляется и кивает, почти игнорируя Хэдвина, совершенно не осознавая, какой опасности он нас подвергает.
— Эй, — я говорю тихо, почти шепотом. Когда он поворачивается, я с силой вбиваю колено ему в живот.
Воздух с сипением вырывается из его легких, так что крика не следует. Глаза округляются. Лицо искажается от боли. Прежде чем он успевает прийти в себя, я сжимаю его шею.
Боковым зрением я вижу, как Доминик дергается в мою сторону, но Тесс преграждает ему путь, наставив копье.
Тишина.
Никто не шевелится.
— Будешь вести себя тихо, ладно?
Кассиан медлит мгновение, пытаясь что-то сказать, и я сжимаю пальцы сильнее. Спустя пару секунд до него доходит, и он начинает часто-часто кивать.
Когда я отпускаю его шею, он жадно хватает ртом воздух, а я подбираю с земли свой кинжал.
Если он хочет сдохнуть – пожалуйста, флаг в руки, но я не позволю ему рисковать моей жизнью из-за собственной тупости.
Я киваю Хэдвину, тот отвечает тем же. Пока я остаюсь на страже, он подходит к воде. Отсюда она выглядит вполне обычно и, надеюсь, безопасна для питья.
Хм.
На всякий случай: пусть сначала ее попьют другие, когда мы ее вскипятим. Если через пару часов с ними все будет в порядке, тогда и я приложусь.
Ах, старый добрый метод «подопытной крысы», классика на все времена.
Наконец-то от них будет какая-то польза.
Пока мы с Тесс несем караул, Хэдвин и двое мужчин быстро наполняют канистру, бутылки и пакеты водой.
Когда они уже почти закончили, Тесс делает мне знак, приложив палец к губам, и указывает куда-то между деревьев. Я крепче сжимаю оружие.
— Движение, — предупреждаю я остальных. Троица тут же бросает вещи и хватается за оружие. Я слышу щелчок затвора пистолета Хэдвина.
Тесс жестами показывает на себя, а затем в сторону шума.
Она выглядит решительно, ожидая, по всей видимости, моего одобрения.
Что ж, раз она так уверена в себе, я просто киваю.
Мы вдвоем углубляемся в лес, а остальным я велю оставаться на месте. Пройдя совсем немного, Тесс останавливается и выпрямляется. Она перехватывает копье так, словно собирается его метнуть, и в следующее мгновение делает бросок.
Копье срывается с ее руки с поразительной скоростью, и я готов поклясться, что оно слегка изменило траекторию сразу после броска.
Что за чертовщина?
Ей выдали какое-то самонаводящееся магическое копье?
Я тоже такое хочу.
Раздается короткий визг, и Тесс поворачивается ко мне с широкой улыбкой.
Ну да, ну да.
Уровень подняла? Похоже на то.
Кого же ты там завалила?
Хорошая работа, полагаю.
Пройдя еще пару метров, мы добираемся до ее добычи. Это животное, похожее на оленя. Шкура светло-коричневая, но что действительно странно, так это его рога. Белые, они испускают мягкое сияние, которое постепенно тускнеет и гаснет через несколько секунд.
Над зверем больше не светится имя, значит, он мертв.
Черт. Я даже не успел посмотреть его уровень.
— Олень второго уровня, — шепчет Тесс.
О как.
— И я получила уровень. Один балл в ману и два в Телосложение.
Понятно.
— А еще я использовала
[Дальновидность]
и
[Психокинез]
.
М-да.
— Думаю, это можно съесть, — она указывает на тушу, и хотя ее лицо снова приняло спокойное выражение, в глазах пляшут озорные искорки.
Замечательно. Она теперь и уровни щелкает, и крутыми навыками разбрасывается, да еще и еду нам добывает?
Не слишком ли она инициативная?
Я бросаю взгляд на мертвое животное, и мне кажется, что я слышу урчание собственного желудка.
Так, приятель, спокойно. Скоро поедим!
Еда, наконец-то, самое время!
Я снова смотрю на Тесс – она все еще так же лукаво поглядывает на меня.
Надо быть осторожнее, а то еще влюблюсь.
Ага.
Все ведь знают, что путь к сердцу лежит через желудок.
Как бы то ни было, надо забирать оленя. Я хватаю тушу за одну ногу, жестом велю Тесс взять за другую, и мы быстро тащим добычу к остальным.
Хэдвин стоит на часах, а Кассиан и Доминик уже ждут нас, закончив свои дела.
Вода и еда.
Чего еще желать?
Поменьше бы гоблинов, но не будем наглеть!
— Кассиан, забирай оленя, — продолжаю я говорить вполголоса.
— Блядь, — едва слышно шепчет он, но я все равно улавливаю это слово.
Ну-ну, вот они – последствия его поведения.
Тесс забирает вещи у Кассиана, и тот с помощью Хэдвина взваливает оленя на плечи. Зверь ведь не такой уж и большой, верно?
Он кряхтит, его колени слегка подгибаются. Взгляд, который он бросает в мою сторону, полон злобы.
Отлично, вот и направь всю эту энергию на то, чтобы дотащить тушу!
О, какое же это удовольствие – видеть, как Кассиан мучается с этим оленем. Не могу сдержать злорадства, наблюдая, как он корячится под весом животного.
Обратный путь проходит без происшествий. Когда мы выходим на поляну, Кассиан уже весь взмок от пота и тяжело дышит. Он сбрасывает оленя при первой же возможности и валится на землю рядом. Грудь его ходит ходуном, он жадно хватает ртом воздух.
В нашем «лагере» всё спокойно, люди тут же обступают нас. Они возбуждены, на лицах некоторых я даже вижу улыбки. Снова слышится собачий лай, и на этот раз я присматриваюсь к источнику шума.
Это совсем крошечный песочного цвета корги поднимает переполох. Он заливается лаем, пока хозяйка – женщина лет пятидесяти – успокаивающе его гладит.
— Все хорошо, Бисквит. Успокойся. Мамочка здесь.
Я не могу удержаться от внутреннего вздоха и закатываю глаза.
Чувак…
По крайней мере, возле автобуса навалена куча дров, так что они все-таки не бездельничали.
К сожалению, тело Дэймона так и лежит на краю поляны. Похоже, с этим придется что-то решать в самое ближайшее время.
— О нет, — то, как Хэдвин это произносит, заставляет меня мгновенно схватиться за кинжал. Я вхожу в Фокус, и мана начинает привычно пульсировать в теле.
Раздается крик.
Тесс ахает.
Все смотрят в одну сторону.
Туда, где лежит безжизненное тело Дэймона.
Сердце замирает от ужаса, когда я вижу массивную, грузную фигуру медведя, возвышающуюся над трупом. Его густая серая шерсть колышется при каждом тяжелом вздохе, а пронзительные оранжевые глаза светятся, словно угли.
[Пепельный Медведь, ур. 19]