Глава 154
: «Полагаясь только на себя»
Время словно замедлилось: оба воина бросились ко мне, а шаманы принялись что-то бормотать. Я вижу, как в их ладонях скапливается мана.
Воины уже почти добрались до меня, когда первый шаман закончил заклинание. Пространство вокруг изменилось. Меня будто швырнули в глубокую трясину: чем сильнее я пытаюсь сдвинуться, тем тяжелее это дается. Точно такое же поле использовал Гоблин-шаман на первом этаже.
Но не в этот раз.
Моя мана входит в резонанс с окружающим полем. Я делаю шаг в сторону, уклоняясь от выпада, и блокирую атаку второго гоблина.
Поле слегка видоизменяется, и [Резонанс] дает осечку.
Любопытно.
Я создаю доспех вокруг тела, вливая в него столько маны, сколько возможно, и он отражает следующие несколько атак гоблина-воина.
Тем временем я вновь тянусь [Резонансом] к полю, но попытка опять проваливается. Присмотревшись глубже, я кое-что осознаю. Шаман изменил частоту, на которой работает его мана для активации поля. Изменение было незначительным – само по себе оно бы не повлияло на навык. Нет, он лишь слегка подправил ее в ответ на мой [Резонанс].
Копье одного из воинов покрывается бледно-голубой маной. Когда он наносит удар, острие прошивает мой доспех и вонзается в ногу.
Я игнорирую боль и направляю еще больше энергии в броню, отчего та приобретает более темный оттенок синего.
Все мое внимание сосредоточено на окружающем поле и навыке.
Я наблюдаю, я воспринимаю, я фокусируюсь, слегка подстраивая [Резонанс]. Подражая действиям шамана, я меняю рабочую частоту, и поле вокруг меня развеивается.
Скованность исчезла. Мощным пинком я отправляю одного воина в полет и тут же выпускаю в него пламя – весь тот жар, что я вытягивал из воздуха, пока расправлялся с призрачными гоблинами. Я чувствую облегчение, наконец-то высвобождая эту тепловую энергию, которая ярким пожаром вспыхивает вокруг.
Но прежде чем пламя достигает цели, второй шаман что-то предпринимает. Мой огонь на подлете меняет направление: его с легкостью притягивает к гоблину-шаману, игнорируя мою волю и тот факт, что это мое пламя.
И снова я вхожу в резонанс с полем, которое вот-вот должно меня замедлить. Я разрушаю ману, укрепляющую гоблинов-воинов, и вонзаю кинжал в одного из них, едва разминувшись с другим. Раненый противник отскакивает прочь.
Последний воин тоже отступает, и, словно по сигналу, поле вновь пытается меня сковать. На этот раз оно работает сразу на нескольких частотах. Одновременно с этим в меня летят мое же пламя и мана гоблинов, превращенные в три массивных темно-оранжевых огненных шара.
Я посылаю резонирующую ману против удерживающего поля. Одну за другой я быстро вычисляю каждую частоту и адаптирую [Резонанс], разрывая их в клочья, пока поле не исчезает окончательно.
Мой взгляд прикован к шаману, запустившему огненные шары. Пока моя мана тянется к ним, я вспоминаю, как он перехватил контроль над моим огнем и как создавал свои снаряды.
Я протягиваю руку и захватываю тот шар, в котором больше всего украденной у меня тепловой энергии. Напитывая его маной, я заставляю его подчиниться моей воле. Я направляю его на столкновение с другим шаром, и в момент встречи они оба детонируют. Взрыв поглощает и последний оставшийся снаряд. От невыносимого жара воздух дрожит, камень под ногами плавится, а вся растительность обращается в прах.
Один из воинов погибает в огне, а оставшиеся три гоблина сбиваются в кучу; оба шамана принимают на себя энергию взрыва.
С другой стороны я шагаю прямо в гущу пламени, поглощая весь жар, что доходит до меня. В ушах звучит непрерывный звон уведомлений, а воздух вокруг кажется почти прохладным.
Я приближаюсь к монстрам, и языки пламени кружат вокруг меня, проносясь мимо и исчезая прямо перед моим лицом. Гоблины продолжают выкрикивать что-то на своем языке. Шаман, пытавшийся поймать меня в замедляющее поле, обжег руки так сильно, что обнажились кости.
Я выпускаю пламя одновременно с огненным шаманом, и наши атаки сталкиваются. Темно-оранжевое и мое темно-желтое пламя борются, тесня друг друга и разливая вокруг ужасающий жар.
Сердце стучит в груди, пока я вливаю в огонь все больше и больше сил. Когда пламя шамана начинает слабеть, я концентрирую огненные конусы в тонкую струю сияющего желтого пламени. Я сужаю поток все сильнее, пока он не становится толщиной с мое запястье, и бью по троице гоблинов, словно лазером.
Вспыхивает щит, пытаясь их защитить, но пламя прожигает его насквозь – оно слишком сконцентрировано, чтобы преграда могла сдержать такой напор в одной точке.
Огонь прошивает всех троих монстров; это напоминает мне раскаленный железный прут, входящий в пенопласт. Все трое погибают, и раздается звук уведомлений.
Я вкладываю все очки характеристик в ману.
Оглянувшись и заметив, что гигантский Пепельный Медведь подходит все ближе, я снова разрываю дистанцию.
***
Так, становится все тяжелее и тяжелее. Я уже начал противодействовать влиянию яда на управление маной. Честно говоря, это не так уж сложно – у меня уже есть подобный опыт. Куда большая проблема в том, что яд влияет даже на регенерацию маны.
Дело в редком ранге оружия или же оно сработало в связке с какими-то навыками Призрачного Гоблина?
Я с любопытством разглядываю оружие в руке. Это небольшой короткий кинжал, сделанный из материала, похожего на черный обсидиан; по всему лезвию вытравлены узоры-каналы, светящиеся красным. Самое интересное, что здесь нет камня маны, который поддерживал бы эффект или обеспечивал передачу моей энергии.
Весь кинжал будто сам является камнем маны. Значит, существуют материалы, способные проводить энергию и без него. Полезно знать на будущее.
Что касается Запределья – оно оказалось не таким, как я ожидал. Впрочем, не то чтобы я вообще знал, чего ждать.
Целью первого этажа было выживание в течение тридцати дней; первый квест Запределья – продержаться один час. Сейчас кажется, что это место создано для отсеивания «сорняков» точно так же, как и первый этаж.
Либо так, либо каждый раз при входе в Запределье я буду возвращаться на уже посещенные этажи, но они будут значительно сложнее.
И черт возьми, в Запределье трудно. Невероятно трудно. Я абсолютно уверен, что сейчас я единственный из нашей группы, кто способен здесь выжить. В данный момент даже Тесс не смогла бы остаться в живых, а я считаю ее сильнейшей после себя.
Монстры с вопросительными знаками повсюду, их так много. До сих пор помню свой шок, когда в самом начале выскочила целая орава Пепельных Медведей.
Присутствие гигантского Пепельного Медведя ощущается все ближе, и я снова поднимаюсь, быстро убегая. В этот раз я стараюсь использовать минимум маны и действовать максимально эффективно.
Издалека я продолжаю наблюдать за ним. Монстр огромен, размером с тех медведя и оленя-нежити, с которыми я сражался. Как и у них, у него два вопросительных знака. Но его уровень не в районе сто пятидесятого. Нет, этот «мишка» явно перевалил за две сотни.
И все же, пока я слежу за ним и чувствую на себе его взгляд, я невольно думаю о том, как бы его убить.
И это при том, что мне приходится то и дело отбиваться от гоблинов. Каждый гоблин-воин примерно сто пятидесятого уровня. Достаточно силен, чтобы разорвать большинство членов Группы 4. Но я справляюсь. Израненный в нескольких местах, отравленный, с едва восполняющейся и медленно тающей маной, я спокоен как никогда.
Я один, полагаюсь только на себя.
Мне не нужно ни о ком заботиться. Я могу выложиться на полную и сражаться так, как хочу, и вся эта опасность толкает меня к пределу моих возможностей.
Так и должно быть, или я просто настолько силен, сильнее стандартов? Насколько я силен с точки зрения системы?
Я встаю, и на земле, где я сидел, остается немного крови. Хм. Я концентрируюсь и туже затягиваю повязки из маны на талии, груди и бедре. Раны упорно не желают закрываться.
Проверив резервы, я понимаю, что у меня осталось едва ли половина маны. Это снижает эффективность моей Укрепленной Маной Стойкости, но ничего, я прорвусь.
Когда до конца остается всего тридцать минут, солнца исчезают с небосвода, словно кто-то щелкнул выключателем.
На бездонно-черном ночном небе без единой звезды вспыхивают огни. Прекрасное сияние, похожее на полярное – синее, зеленое и розовое – кружится повсюду, заливая землю неровным, движущимся светом.
И вдруг, словно по команде, со всех сторон раздается визг монстров. Гоблины, волки, медведи. Все эти звуки полны ужаса и ярости.
А затем я чувствую, как все они начинают движение в мою сторону.