Глава 121. Охотники на магов
Прошло уже несколько часов. Пока я бежал, уклоняясь от атак ревенантов, мне удалось поднять уровень, испепелив стаю Гнилоклыких тварей. Полученные очки характеристик я вложил в Телосложение.
Эй, ну это ведь хоть что-то, верно?
Правда, в моем нынешнем состоянии это кажется попыткой потушить горящий дом стаканом воды.
Я умру, если это продлится еще немного. В этом я могу быть уверен на все сто.
Если я не найду Лили или если здесь не окажется исцеляющей ауры, я загнусь, даже если избавлюсь от Храмовника-Ревенанта, который мешает мне укреплять тело.
Мой организм просто в хлам.
Сломанные кости, окровавленная левая рука, несколько колотых и резаных ран от Разбойника-Ревенанта. Каналы, мышцы и внутренности были искалечены созданием конструктов и моим неосторожным использованием
Кинетического сердца маны
.
Состояние, в котором я нахожусь, не пройдет само собой после короткого отдыха. Укрепление тела, позволяющее игнорировать повреждения, тоже их не залечит. Так каков же выход?
Очевидно – еще больше самоистязания.
По телу течет еще больше маны, я ослабляю регуляторы, выкачивая из сердца максимум энергии, и, кажется, совершенно безрассудно обращаюсь со вспышками силы, пронзающими плоть.
Если мне суждено подохнуть, я не погасну, как огарок свечи. Я вспыхну, как лесной пожар.
Скорость, с которой я двигаюсь, теперь выше, чем когда-либо. Я выталкиваю себя вперед, даю импульс ногам для стремительного рывка, а в воздухе ускоряюсь еще раз – моя кажущаяся бездонной мана легко справляется с такой нагрузкой.
Время от времени меня накрывает навык Разрушения, и несколько раз я с грохотом валился на землю, едва успевая укрепить тело перед ударом или поглотить энергию падения, чтобы тут же снова вскочить и бежать.
Два монстра продолжают с легкостью выслеживать меня, даже когда мне удается оторваться. Стоит мне пошатнуться или замедлиться, они тут же наказывают меня новыми ранами или заставляют ману внутри тела конфликтовать саму с собой.
Но я совершенствуюсь.
Пока я довожу свое тело до точки излома, мои навыки тоже совершают прорыв. Я использую [Фокус] так яростно, как никогда прежде. Мир вокруг превращается в черно-белое полотно, где ослепительно сияет только мана.
[Фокус – ур. 30 > Фокус – ур. 31]
Каждый раз, когда Храмовник-Ревенант вносит разлад в мою энергию, я хватаю её и силой подчиняю себе, уменьшая урон, который она наносит телу. Я также продолжаю попытки бороться с самим навыком монстра.
[Манипуляция маной – ур. 31 > Манипуляция маной – ур. 32]
Я продолжаю разгонять ману внутри, заставляя её течь быстрее и мощнее, чтобы успеть сделать как можно больше в те секунды, когда навык Храмовника на меня не действует.
[Всплеск маны – ур. 16 > Всплеск маны – ур. 18]
И я не оставляю попыток прикончить Разбойника-Ревенанта каждый раз, когда он до меня дотягивается, но мне вечно не хватает времени из-за его напарника.
[Перераспределение – ур. 19 > Перераспределение – ур. 20]
[Вооружение – ур. 24 > Вооружение – ур. 25]
[Колебание – ур. 21 > Колебание – ур. 22]
А еще я продолжаю убивать каждого монстра, что встречается на пути. Гаргульи, гнилоклыкие крысы, хамелеоновые летучие мыши, альгули, веркрысы. Я валю любую тварь, до которой могу дотянуться.
[Ур. 86 > Ур. 88]
Благодаря этому мое Телосложение взлетает до внушительных восьмидесяти пунктов, но мана всё еще держится на отметке двести шестьдесят четыре. С моим избитым телом и постоянно прерываемым контролем над маной я почти чувствую, как жизнь покидает меня. Только воля и [Фокус] удерживают меня на ногах – монстр либо не может, либо недостаточно умен, чтобы разрушить этот навык.
И всё же, несмотря на всё это, я чувствую странное спокойствие. Возможны лишь два исхода: я либо умру, либо выживу. Ничто другое сейчас не имеет значения, и я приложу все усилия, на которые способен.
До последнего вздоха. До последнего удара сердца.
Моя мана взрывается. Используя столько энергии, сколько возможно, я поглощаю инерцию своего движения и два такта работы сердца, которое теперь забирает сорок процентов маны. Используя всю эту мощь, я выстреливаю собой назад, прямо на Храмовника-Ревенанта. На головокружительной скорости я проношусь мимо второго монстра, который всё же успевает среагировать, и на моей спине появляется еще один глубокий порез.
Но я игнорирую это. В руке формируется кинжал – густого синего цвета. В голове звучат уведомления, пока я делаю его максимально плотным и покрываю разрушительной маной. Я снова поглощаю собственную инерцию и кинетическую энергию, на этот раз направляя её на усиление тела, увеличивая скорость и выносливость.
Храмовник-Ревенант использовал свой разрушительный навык секунду назад. Судя по предыдущим атакам, его «откат» составляет четыре секунды.
Поэтому я бью по монстру, который едва успевает реагировать – он медленнее Разбойника. Сжимая оружие в руке до хруста в костях и нанося удар со всей яростью, которую смог накопить, я продолжаю следить за каждым его микродвижением.
Я попаду. Он слишком медленный, он не успеет уклониться. До этого момента он не показывал такой скорости. Разбойник не успеет ко мне, ему понадобится секунда или две, чтобы добраться сюда, а тогда будет уже поздно.
Мой кинжал достигнет цели, и даже если он каким-то образом сократит время отката и попытается разрушить навык, мое
[Разрушение]
вокруг лезвия нейтрализует его атаку. А если нет – клинок достаточно плотный, чтобы какое-то время продержаться и всё же отделить его голову от туловища.
Я справлюсь.
В этот миг Храмовник-Ревенант исчезает, а на его месте оказывается Разбойник-Ревенант. Эти двое поменялись местами.
Разбойник блокирует мой удар обоими кинжалами, которые покрыты слоем маны, спасающим их от поломки. Удар ногой приходится мне в грудь, ломая ребро и отбрасывая назад, прямо к Храмовнику.
Очередная разрушительная волна накрывает меня, и кинжал в руке рассеивается, но мое тело всё еще укреплено, так что я ныряю под взмах меча Храмовника, а затем отпрыгиваю в сторону, уходя от Разбойника.
И я снова бегу.
***
Сколько крови в человеческом теле? И какую её часть я могу позволить себе потерять, учитывая мое теперь уже не совсем человеческое телосложение? А еще я устал. Так чертовски устал.
Пока я бегу и прыгаю по крышам, уворачиваясь от двух охотящихся на меня придурков и периодически убивая случайных монстров, мне всё чаще хочется просто сесть и сдаться.
Всё было бы лучше, чем это, верно? Нужно просто остановиться на мгновение, и всё прекратится. Я сделал достаточно.
Да, подобная чушь лезет мне в голову. Но кто я такой? С чего бы мне сдаваться сейчас?
Я даже не достиг своей цели, я даже не увидел того, что стоит увидеть. Впереди еще столько дел. Так что да, пора взять себя в руки и перестать ныть.
Просто прорывайся, как делал всегда, отфильтруй лишние мысли и сосредоточься.
И продолжай идти.
Я поднял еще один уровень и впервые вложил очки в Ловкость. Как и ожидалось, это не особо помогло, но я хотя бы попробовал.
Я также предпринял еще одну попытку прикончить Храмовника-Ревенанта, но Разбойник снова поменялся с ним местами, использовав какой-то навык. Я отчасти ожидал этого, но всё равно не сумел добить гада.
Моя награда – еще одна рана.
Затем я завершил очередной
Побочный квест:
Убить 600 врагов
Я съел те крохи еды, что у меня были, выпил воду и в качестве награды выбрал дротик, решив, что физическое оружие может сработать.
Я метнул его со всей дури, на которую было способно мое тело, и ускорил его с помощью
[Перераспределения]
. Оружие просто сломалось о доспех Храмовника-Ревенанта.
Система не разочаровала. Оружие оказалось таким же дрянным, как я и думал.
И этим двоим что, больше заняться нечем? Шли бы уже, поохотились на Софи или еще на кого. Мне теперь даже любопытно, как остальные вообще выживают, когда поблизости бродят такие типы.
Так что да, валите и охотьтесь на других. Но не волнуйтесь, как только я стану чуточку сильнее, я вернусь и уничтожу вас. О, я этого так просто не оставлю.
Как и следовало ожидать, дуэт продолжает преследование, и даже когда я растягиваю свое
[Восприятие]
до предела, я не чувствую никого из наших.
Единственное, что меняется – дома становятся всё краше и краше, у некоторых стены даже выкрашены в разные цвета, а земляных дорог больше нет. Всё выложено булыжником, и я не уверен точно, но, кажется, вижу высокую башню далеко впереди.
Трудно сказать, есть ли тут какая-то исцеляющая аура, но это неважно. Проносясь мимо, я замечаю несколько меток, указывающих на убежище, о котором нам говорили местные. Я решаю, что пора наконец рискнуть.
Мана затапливает мое тело, и я в последний раз разворачиваюсь, бросаясь навстречу этой раздражающей парочке, так привыкшей охотиться на магов.