Глава 91. Ближний бой
Перевод, адаптация и редакция - команд Книготерапия и Книготерапия II [ranobe.space], приятного чтения. Глава 91. Ближний бой.
Долгая стрельба тяжёлую лазерную пушку сильно изнашивает, и, когда вылетел второй летучий терзатель, она успела лишь обратить в пар его крылья и легко его ранить, а потом её пришлось выключить.
На этот раз лейтенант Элмер вперёд не вышел: раненый терзатель как раз и был добычей для бронесолдат, а сам он ударил тогда лишь ради поднятия духа.
Вышли пятеро. Передний, с большим щитом, не стал думать, что терзатель ранен и летать не может, а потому не опасен.
Бронесолдат прикрылся большим щитом первого уровня со слабым свечением, разом рванулся вперёд и всей тяжестью врезался в терзателя.
Летучее насекомое и весит немного — килограммов двести, — а тут ещё было оглушено двумя лучами и опомниться не успело: от удара щитом его отбросило и приложило о рядом стоящее укрепление из особого сплава.
Не дав ему опомниться, бронесолдат с боевым молотом, шедший за щитом, обрушил молот первого уровня ему на голову; удар был такой силы, что терзателя пригвоздило к сплаву.
В тот же миг два тяжёлых топора первого уровня вошли в его тело и оставили на панцире две скрещённые раны.
А копьё первого уровня со слабым свечением ударило, как змея, — вошло прямо в перекрестье двух ран, вглубь, и пробило сердце.
Уже умирая, терзатель ударил в последний раз: обе передние лапы рассекли воздух и пошли на врага перед собой.
Большой щит подоспел вовремя и встал у него на пути; щит пронзительно заскрежетал, а экзоброня прочертила по земле, укреплённой особым сплавом, глубокую борозду в двадцать сантиметров.
Но это уже был его последний удар. Всё заняло каких-то две секунды: пятеро сработали безупречно, и бой вышел проще некуда.
Только теперь никто не закричал «хорош»: из пространственной червоточины летучие терзатели вылетали один за другим.
Боевые пятёрки выходили вперёд одна за другой, отводили терзателей в сторону и там завязывали бой.
Вот только теперь бои шли не так легко, как первый: терзатель, способный летать, и терзатель, лишённый крыльев, — это две разные силы.
В поле зрения Сумеречного Слуги полёт терзателя больше походил на короткие скачки: три-четыре метра он проходил так, что Слуга видел лишь мелькнувшую смазанную тень, а когда тот проявлялся снова, он был уже в трёх-четырёх метрах.
— Поддержку зенитными! — громко крикнул лейтенант Элмер.
Ему вовсе не хотелось, чтобы его бронесолдаты бились с терзателями насмерть без всякой поддержки.
Просьбу на командном пункте приняли, все зенитные скорострельные пушки пришли в действие, и, стоило терзателю подняться выше, чем достают бронесолдаты, они выплёскивали в него огромное количество боеприпасов.
Это была сплошная завеса в сто тысяч выстрелов в минуту; пусть головки у пуль и не первого уровня, но полёт терзателя они сбивали крепко.
Стоило ему подняться — и на него обрушивался ливень пуль, тело переставало слушаться, и он падал с высоты.
У зенитных пушек нет убойной силы против терзателя, зато они выпускают слишком густой поток пуль, а весит он всего двести килограммов — это как раз лишает его главного преимущества: быстроты и ловкости.
Потому-то зенитные и ставят: у большинства летучих насекомых слабость одна и та же.
Как раз с их помощью войсковые бронесолдаты и брали своё одного за другим: пятерых терзателей, упавших на землю, они убили.
Только червоточина всё выпускала новых, и живых терзателей набралось уже пятнадцать — рота вот-вот перестанет с ними справляться.
Пятеро войсковых бронесолдат с оружием второго уровня в бой при этом не вступали: их дело — те насекомые, с которыми обычным бронесолдатам не совладать.
Пусть терзатели и прорвутся через кольцо и улетят куда-то ещё, эти пятеро от червоточины отойти не могут.
Потому что, появись из неё сильное насекомое второго уровня, вся надежда будет только на них.
Ничем не стеснённое насекомое второго уровня сравнивает город с землёй — дело самое обычное.
А уж если оно окажется на стене, где почти всё дальнобойное тяжёлое оружие не может бить по одной точке, — тут и вовсе беда.
— Всем боевым подразделениям: уничтожить цели за стеной! — прозвучал на каждом посту приказ командного пункта.
С появлением червоточины насекомые за городом тоже бешено пошли на приступ.
Тут войска Пеллина перестали беречь силы, и Дэвид, как раз наводивший пушку, увидел глазами Слуги, как из отверстий, открывшихся в жёлтой полосе стены, одна за другой вылетают тяжёлые ракеты.
Они уходили прямо в небо, а потом по указке военной системы обороны разворачивались вниз, на насекомых.
Даже не попав прямо, ракета разрывом калечила всех насекомых первого уровня в десяти метрах вокруг, а то и убивала на месте.
Глядя на такую убойную силу, Дэвид понял: в головках этих ракет немало металла первого уровня, иначе панцирь так легко не вскрыть.
Недаром их не пускали в ход раньше — каждая такая ракета сложена из кредитов!
Сам Дэвид по целям за стеной не бил: после такого удара насекомые валились там грудами, а уцелевших добирали другие снайперы, тяжёлые лазерные пушки и пушки Гаусса.
Он и не знал, что тяжёлые ракеты пустили только на его участке: из-за червоточины нельзя было допустить, чтобы на этот кусок стены давили насекомые, поэтому участок расчистили ракетами.
Дэвид быстро ввёл координаты, и ствол пятой пушки развернулся в сторону червоточины.
Отчего не бьют другие снайперы, он не знал, зато знал, на что способен сам: по летучему терзателю он выстрелить может.
На деле другие снайперы не то что не хотели — они попросту не могли попасть: терзатель слишком быстр, и взять его на прицел при их скорости отклика было нельзя.
Дэвид навёл пятую пушку на червоточину, и как раз в этот миг из неё вылетел терзатель.
Пятёрка бронесолдат уже готовилась его отвести, когда снайперская пуля первого уровня ударила ему в голову. За это время Дэвид, наблюдая через Слугу, обнаружил, что вылетевший из червоточины терзатель на неполную четверть секунды замирает.
Четверть секунды — и за неё надо в пяти квадратных метрах червоточины поймать и взять на прицел терзателя, появляющегося неизвестно с какой стороны; какой для этого нужен отклик, вообразить трудно.
Хорошо хоть, на таком близком расстоянии не надо считать ни ветер, ни его направление, ни температуру, ни влажность: навёл и выстрелил — пуля идёт почти по прямой.
Этот выстрел ошеломил и бронесолдат: один терзатель способен связать целую пятёрку, и даже при поддержке зенитных убить его удаётся не сразу.
— Хорош выстрел! У нас в отряде есть такой снайпер! — глаза лейтенанта Элмера загорелись, и он громко похвалил стрелка.
Когда в такую минуту помогает сильный снайпер, бой сразу становится много проще.
И пока он хвалил, из червоточины вылетел ещё один терзатель, и в тот же миг пуля первого уровня прошла ему сквозь голову и убила его на месте.
Тут лейтенант Элмер умолк: такая стрельба и такая быстрота отклика означали, что этот снайпер — самый настоящий снайпер-бронесолдат.
Вот только снайперы-бронесолдаты крайне редки: многих отправляют к Звезде Войны, и на других планетах их встретишь нечасто, а на всём Граните их и вовсе можно по пальцам пересчитать.
Дэвид тем временем перешёл на седьмую пушку, быстро ввёл данные и снова стал ждать нового терзателя — через Слугу и через прицельное поле перед собой.
Он понимал: после трёх выстрелов подряд ему придётся ждать пятнадцать секунд, иначе на такой войне пушка выйдет из строя, и тогда он не то что биться — себя защитить не сможет.