Глава 102
Я знаю, о чём говорю, потому что я эксперт по боли. Боль, близкая к смерти, – это такой уровень боли, от которого можно умереть от шока.
Это должна быть самая сильная боль, а не та, когда ударишься мизинцем о дверной косяк и катаешься по полу, притворяясь.
И такую боль могут причинить только очень умелые люди, специально обученные издеваться над телом.
Я знал этот метод лучше всех.
Но я также знал, как ужасно будет выглядеть для других, если я сам буду причинять себе боль.
Поэтому вместо этого я попросил группу пытать меня.
Может быть, я смог бы научиться новому методу пыток.
Но…
Я не могу скрыть своего разочарования.
– А, тебе не больно?
– …Я же сказал, делай сильнее. Я не ударю тебя в ответ. Не ударю. Ты делаешь это, потому что я сам тебя попросил, так почему ты так боишься?
Дрожа, Авантюст пытался вытянуть гвоздь из моего пальца. Я сказал ему, что он может не бояться, что я ударю в ответ. Видимо, он беспокоился, что я могу разозлиться на него позже за то, что он причинил мне боль. Вероятно, он опасался, что я могу выплеснуть на него своё негодование, напав на него позже.
В этот момент я сидел на стуле, который достал из инвентаря. Моя левая рука была привязана к подлокотнику стула.
Сидящий передо мной Авантюрист возился с моей рукой.
Остальным было тяжело смотреть на это, поэтому они стояли немного поодаль от меня.
Я сказал ему, что он может причинять мне боль по своему усмотрению. Авантюрист глубоко вздохнул и начал вытягивать гвозди из моих пальцев.
Мда…
Не так уж и больно, если выдергивать гвоздь чисто одним движением.
Надо делать это медленно и грязно, с прокрутками. Только тогда чувствуется настоящее ощущение вырываемого гвоздя.
Я не думал, что всё так пойдёт. С таким же успехом я мог бы сделать это сам.
Всё же Авантюрист знал азы пыток.
Перед ним Святой Рыцарь достал какой-то карательный молоток размером с судейский и начал стучать по моему запястью, словно играя в "бей крота". По сравнению с ним Авантюристу жилось куда лучше.
Выдернув мой ноготь, он, кажется, почувствовал в себе уверенность. Он достал острый металлический инструмент и щипцы.
Они не выглядели инструментами для медицинских целей. Скорее… они походили на инструменты для взлома сейфов.
Авантюст надрезал верхнюю часть пальца, откуда был вырван ноготь. Затем вставил туда щипцы и поковырялся внутри моей плоти какое-то время.
- Ты правда… не чувствуешь боли? Как ты можешь даже не моргать? У тебя проблемы с нервной системой…
Обычно, если бы кто-то просто терпел такую боль, его локти, ноги, позвоночник или пальцы ног неистово дрожали бы, пока ему ковыряются в плоти пальца.
Однако эффект сопротивления боли устранял такие вторичные болевые проявления. Это было потому, что они могли мешать в бою.
Конечно, сама боль при этом никуда не исчезала.
На самом деле, благодаря эффекту, мои чувства никогда не парализовало болью, поэтому я чувствовал ее только более четко.
Я сказал Авантюристу продолжать. Я сказал ему, что все идет отлично.
Казалось, Авантюрист был настроен решительно. Он достал из сумки черный провод.
Отрезав от него короткий кусок, он прикрепил его к верхушке пальца, который только что надрезал.
Он тщательно отрегулировал положение провода и позвал мага, который наблюдал издалека с бледным лицом.
- Отказываюсь.
[Ты просишь меня использовать магию Молнии на этом проводе? Ты в своем уме?]
Почему нет? По-моему, отличная идея.
Маг испуганно запаниковал и засомневался. Однако я объяснил, что дал согласие Авантюристу. Я настаивал. Решив, что ничего не поделаешь, маг подошел.
- Это специальный провод, который усилит магию Молнии. Подстройте свою силу соответственно.
Мерзкий вид моей руки с торчащей из разреза проволокой, казалось, вызывал у волшебницы лишь отвращение. Выслушав объяснения авантюриста, она поморщилась и сотворила заклинание.
- Удар молнии.
Она направила разряд Стихии Молнии в проволоку. От удара мою руку и все тело пронзила судорога. Электрический ток пробежал по нервам, отдаваясь в самый позвоночник.
Запахло паленой плотью. Ощущение было такое, будто меня одновременно кололи иглами и сжимали прессом на всем протяжении — от пальца до самой макушки. Казалось, меня словно окатили ледяной водой, приводя в чувства.
Я уже испытывал на себе силу Стихии Молнии.
На прошлой Великой Гармонии я просил Ли Джунсука ударить меня Молнией, чтобы повысить свои сопротивления этой Стихии и великой магии.
Сопротивления мне тогда заработать не удалось, но…
По сравнению с тем случаем, этот не показался мне намного эффективнее.
Я уже было собирался спросить, нет ли другого метода пытки, как вдруг услышал тихий крик.
- …Ууу… Кууу… Пе-переста… Что… Ты… делаешь…
Это что, голос двойника?
Он доносился не извне, а звучал где-то внутри моей головы.
Голос был похож на те искаженные голоса преступников из фильмов – неразборчивый и неприятный.
- Думаю, это действует. Попробуйте сделать немного сильнее.
- Безумный… человек…
- Разряд молнии!
На этот раз содрогнулись не только рука, но и все мое тело.
На мгновение, примерно на полсекунды, перед глазами все стало белым, а потом медленно вернулось в норму.
Как я и думал, заклинания Стихии Молнии волшебницы гораздо сильнее, чем у Ли Джун Хёк.
- Куууаааа… Этот… Этот дурак! Ты собираешься умереть вместе со мной?!
Кто это собирается умирать с тобой?
От такого я не умру.
Я вдавил проволоку глубже в палец и сказал:
- Еще один разряд. Используйте заклинание посильнее.
Маг замерла на мгновение, прежде чем произнести заклинание. Двойник жалобно закричал.
[Ку-ку-ку-ааа! Как может такой тупица… Как… Какой бог… пытается сделать этого сумасшедшего своим Апостолом!]
Почему ты обращаешься со мной, как будто я псих?
Ты мне настроение портишь.
[Бог Приключений с вами согласен.]
Маг достала лист бумаги, что-то написала на нем и показала мне.
[Я запущу очень мощный. Ты будешь в порядке, правда?]
Я решительно кивнул. Маг тоже кивнула. Она отошла назад и начала читать заклинание.
Судя по тому, что ей пришлось читать такое длинное заклинание, я был уверен, что оно будет гораздо мощнее предыдущих.
[С… Стой. Ты собираешься умереть тоже…]
Двойник продолжал шипеть, чтобы я остановился. Однако я его игнорировал.
Тем временем Маг, которая не слышала шепота двойника, закончила заклинание и применила его.
[Сумасшедший!]
– Молниеносный удар!
Сразу после этого я потерял сознание.
Я осмотрелся, как только пришел в себя.
Я в безопасности.
Я проверил время. Прошло около двух минут.
Похоже, я отключился на две минуты.
Две минуты…
У меня была сопротивляемость обмороку, но я все равно был без сознания две минуты. Это означало, что удар был очень сильным, настолько сильным, что без моего навыка я бы отключился на очень долгое время.
Заклинания «Блиц», которые Маг использовала раньше, были сильными, но не такими мощными, как это.
Я просил ее использовать более мощное заклинание. Однако по сравнению с предыдущим заклинанием, последнее было как минимум в два раза мощнее.
Если бы это был не я, любой другой точно был бы уже мертв или при смерти. Волшебное заклинание явно обладало запредельной смертельной силой.
Эм… Это была простая ошибка?
Надо будет спросить позже.
Я развязал веревку, которой моя левая рука была привязана к подлокотнику стула. Открыл инвентарь, достал зелье и выпил его.
Похоже, мне не придется беспокоиться о последствиях урона.
Я поднялся и попробовал пошевелиться. Чувствовалась легкость.
Из инвентаря я достал два Трансмутирующих Меча Тысячи. Один превратил в длинный прямой меч, другой – в щит. Взглянул вперед.
Там стоял причудливый монстр. Около трех метров ростом, на каждой руке по двенадцать щупалец – необычное зрелище. Лицо отсутствовало: ни глаз, ни носа, ни рта, ни ушей. Щупальца на плечах постоянно меняли длину, их кончики были острыми когтями. Тело двойника и щупальца дергались в разные стороны. Несмотря на кажущуюся медлительность движений, монстр был очень крепким.
[Бам!]
Я увидел людей, сражавшихся с этим чудовищем. Меч Рыцаря столкнулся с одним из щупалец. Другое щупальце метнулось к Рыцарю, и тот быстро отступил, увернувшись.
Они были испачканы в земле и крови. Казалось, их немного оттесняют, но держались они неплохо.
Двойник, должно быть, покинул меня, когда я потерял сознание, и тут же вступил в бой. Пока я был без сознания, я, наверное, был беззащитен, но при этом остался цел. Думаю, группа сразу же напала на двойника, как только он появился, и не подпустила его ко мне.
Я им очень благодарен. В последнее время я стал слишком легко поддаваться чувству благодарности. Стал слишком сентиментальным.
[Крылья Таларии]
Я призвал Крылья Таларии, чтобы усилить боевые возможности тех, кто сражался рядом. И тут же сам вступил в бой.
– Эй. Вы смогли продержаться?
– Похоже, что мы в порядке? Если бы ты опоздал еще немного, кто-нибудь из нас точно бы погиб. – Пожаловался Наемник. У него на лбу кровоточила рана. Этот парень действительно любит поныть.
–К счастью, Святой Рыцарь как только двойник показался, сразу использовал священное заклинание и нанес ему большой урон. После этого двойник быстро перешел из духовной формы в физическую и вступил в бой. Мы сражались изо всех сил, но у Святого Рыцаря и Мага заканчивалась мана, поэтому мы втроём просто держались. Нам всё ещё нужно немного времени, пока Святой Рыцарь и Маг не восстановят достаточно маны. Я рад, что ты вовремя проснулся!
Рыцарь, как всегда, был великолепен в своей манере всё подробно объяснять. Что касается Приключенца, державшегося за живот после удара двойника… Ну… мне просто не нравится лицо этого человека.
Святой Рыцарь и Маг смущенно помахали мне, прежде чем снова закрыть глаза, чтобы сосредоточиться на восстановлении маны.
Теперь, когда я думаю об этом, кроме с Иди, это, наверное, первый раз, когда я сражаюсь с союзниками? Мне кажется, это также первый раз, когда я получаю помощь в бою. Я участвовал в групповых раундах Турнира, но там я никогда не дрался вместе с членами группы.
Я рванулся вперед и заблокировал щупальце, ударившее в сторону Наемника.
*Дзынь*
Тяжелый удар и звук столкновения эхом разнеслись по комнате подземелья. Как я и думал, эти щупальца двигались гибко, но были явно прочными.
Взглядом велев Наемнику отступить, я сказал:
–Все, вы хорошо держались до сих пор. Я закончу с этим.
Тут был вопрос о наборе опыта, да и в целом мне было проще закончить дело самому. Трое, державшие оборону, отошли назад. Убедившись в этом, я тут же ринулся вперед. Щупальца накинулись на меня со всех сторон.
[Боевое сосредоточение]
Я спокойно следил за движениями щупалец. Они метались, как кнуты, поэтому нужно было очень точно предсказывать их траектории. Учитывая мою скорость, мне мешали три щупальца. Одно я мог отразить щитом и продолжить движение, но с двумя другими предстояло разобраться.
Мана хлынула в длинный меч, и я продолжал наступать. Когда щупальца оказались в зоне досягаемости, я спокойно взмахнул мечом. По одному на каждое щупальце. Они были твёрдыми, как железо, но мой клинок рассекал их без труда. Слева щупальце пыталось меня остановить, я отбил его щитом и пошёл дальше. Остальные девять не могли меня задеть.
Я легко добрался до двойника. Он был в ближнем бою. Я рубанул мечом прямо у него под безликим лицом, целясь в шею.
— Сууугук…
Так голова двойника была отрублета. Зелёная кровь хлынула фонтаном. Кровь могла быть ядовитой или кислой, поэтому я отпрыгнул, чтобы избежать её. Отпрыгивая, я превратил длинный меч в кинжал. [Изменяющееся Тысячерукое Оружие] сохраняло постоянный вес независимо от формы, так что кинжал получился довольно тяжёлым. Как только я приземлился, я метнул кинжал в двойника.
— Кванг!
Кинжал пронзил двойника и пригвоздил его к стене. Двойник пытался использовать щупальца, чтобы вытащить кинжал, но, кажется, ему это давалось с трудом.
— О, хо-хо… Как печально. У тебя же нет рук.
Хотя я целился в шею, голова отрубилась не полностью. Наблюдая за двойником, я начал менять [Изменяющееся Тысячерукое Оружие] в левой руке. Сначала я сделал прямую саблю.
— Нет, это не то.
После нескольких попыток я принял форму большого двуручного меча, похожего на тот, что держал Рыцарь.
Я обхватил огромный меч обеими руками и направил в него ману, следуя тому, чему меня учил рыцарь.
Кажется, именно так?
Меч задрожал, издавая низкий гул, и засветился синим светом. В обычных условиях такое количество маны, влитой в оружие, когда она становится видимой, означало бы ее избыток и недопустимые потери.
Однако, используя метод, преподанный рыцарем, перерасход маны значительно сократился.
Мана сияла ровно. Постепенно она обрела форму и мерцала вокруг поверхности меча.
Это выглядело круто.
Знаю, это звучит просто, но как еще назвать такое зрелище? Где еще я увижу нечто подобное?
Меч из света обладает таинственной магической силой, способной захватить сердце. Хотя в этом мече действительно была мана.
Это напоминало сцену из аниме.
Когда поток маны внутри меча достиг своего максимума, я сжал рукоять и принял стойку.
А затем…
- Экс…
В голове мой внутренний голос умолял не произносить ничего постыдного. Однако моя романтическая часть не позволила мне остановиться.
- …калибур!
Вложив всю силу, я обрушил огромный меч. Реакция маны была настолько мощной, что даже мне, совершившему этот удар, было трудно выдержать его отдачу. Под завывание ветра комната подземелья окуталась синим светом.
- И куда ты собираешься это применить? Просто убей его поскорее. Это демон. Если по какой-то причине ты не можешь, то я закончу его праведным заклятием.
Нет, я не могу позволить тебе его убить. Иначе я не получу очки опыта.
Я держал в руке голову двойника. Святой рыцарь смотрел на нее и ворчал.
У двойника осталась только голова, лишенная всяких черт лица – глаз, носа, рта и ушей. И все же двойник был жив.
– А я вот подумываю, может, из этого гада выбить какую-нибудь информацию?
– Нет! Ты вообще слушал, что я говорил?! Это же демон! Что тебе даст информация о демонах и об аде? Это очень опасно, прекращай немедленно!
Почему ты так противишься?
В качестве предлога я сказал, что хочу узнать из доппельгангера о своем прошлом.
После этого Паладин уже не так сильно возражал.
– А теперь, говори, демон!
Но доппельгангер молчал.
Я думал, ему будет легко заговорить, ведь он чувствителен к боли.
Однако он не произнес ни слова, даже когда ему отрезали щупальца и кромсали тело.
– Странно. Этот гад ведь должен бояться боли, так?
– Скорее всего, он чувствителен к боли только в духовной форме, когда паразитирует в теле. А в физической форме он как будто в боевом режиме. Физическая боль, скорее всего, на него не действует.
– Физическая форма – это боевой режим? А духовная форма не должна быть более мощной?
– Нет, обычно наоборот. В духовной форме у него нет защиты, которую дает физическое тело, поэтому он гораздо уязвимее для атак, использующих ману. Он серьезно страдает от атак, которые напрямую вредят духу, например, от святых заклинаний. Разумеется, заклинания, бьющие по душе, – это слабость доппельгангера. В общем, поэтому, когда доппельгангер сражается не внутри тела, он принимает такую физическую форму. Я не уверенность, но по тому, что известно, это так.
Спасибо за подробное объяснение.
Атака, которая вредит душе.
Может быть, «Похищение душ» сработает?
Это тоже сильный навык, его можно считать чем-то вроде святого заклинания.
Надо попробовать.
– Похищение душ.
До этого голова доппельгангера молчала. Как только я использовал «Похищение душ», голова завопила от боли.
- Куууааа... Бог Смерти! Бог Смерти... Ты апостол Бога Смерти...
Что? Бог Смерти?
Неужели это он даровал мне похищение душ?
Прежде чем я успел об этом подумать, позади раздался пронзительный крик.
- Куууааак!
Я быстро обернулся. Маг закашлялся кровью и начал падать.
Что это еще такое?