Глава 200 - Испытание «Старшипа» и выращивание наноботов
Северная Америка, Техас, Бока-Чика, база «Старбайт».
В центре управления пусками Старина Ма откинулся на спинку кресла. На экране его смартфона всё ещё висела свежая новость о грандиозных планах орбитальной станции компании «Пионер Аэроспейс».
— Босс, запуск вот-вот начнётся, — осторожно напомнил ассистент, видя, что шеф погрузился в свои мысли.
— Хорошо.
Старина Ма стряхнул с себя оцепенение, убрал телефон и уставился на главный монитор.
Это был уже двадцатый по счёту тестовый пуск «Старшипа».
Прошлые девятнадцать... пусть и не все закончились полным крахом, но львиная доля потерпела неудачу. Несколько ракет взлетели на воздух прямо на стартовой башне, даже не успев оторваться от земли.
Повидавший многое на своём веку Ма сейчас ощущал невольный мандраж.
Череда провалов давила на плечи слишком тяжело. Особенно на фоне конкурентов: «Пионер Аэроспейс» за последнее время провела целую серию пусков без единой осечки, а теперь ещё и официально объявила о выведении собственной космической станции на орбиту всего через два месяца.
Это сравнение выжигало изнутри.
К тому же НАСА уже вовсю выкручивало ему руки. Пусть компания SpaceX формально числилась частной, на деле её за ниточки дергало аэрокосмическое агентство США, предоставившее на начальном этапе все ключевые технологии.
Если и этот пуск сорвётся, давление станет невыносимым.
В своё время он проявил излишний оптимизм при оценке проекта «Старшип» и направо и налево раздавал обещания о скорой колонизации Марса. И пусть эти сказки требовались лишь для привлечения капитала инвесторов, теперь, после серии катастроф, марсианская программа превратилась в удобный повод для злых насмешек.
Нынче он сместил риторику на освоение Луны, но и для этого требовался успешный полёт «Старшипа». Иначе быть беде: SpaceX — публичная компания, и ей нужно давать результаты акционерам и финансовым рынкам.
Двадцатое испытание становилось переломным.
Успех был жизненно необходим Северной Америке, необходим SpaceX, и, что самое главное, необходим людям из Белого дома и Капитолия — чтобы хоть как-то сохранить лицо американской науки и технологий.
— Девять, восемь, семь… три, два, один!
— Зажигание!
Стоило звуковой команде прогреметь в динамиках, как исполинский корабль отозвался чудовищным, оглушительным рёвом. Даже через толщу стекла и экраны пульта управления, казалось, прошла лёгкая вибрация.
Старина Ма невольно сжал кулаки, не сводя глаз с траектории полёта.
Отрыв от земли прошел штатно. Первые две минуты подъёма — самые критические.
Пять минут — полёт нормальный!
Десять минут — всё чисто!
Тридцать минут — никаких отклонений!
Время тянулось, бегущие по мониторам показатели заставляли инженеров в центре управления буквально затаить дыхание. Наступала самая опасная фаза: «Старшип» был ракетой многоразового использования, и без благополучной посадки триумф не засчитают.
В прошлых девятнадцати попытках большинство взрывов происходило как раз во время захода на посадку.
— «Старшип» совершает манёвр возврата.
После сухого оповещения в зале затаили дыхание. Все взоры приковались к главному экрану.
И вот в объективе следящей камеры показался огромный, сияющий стальной обшивкой силуэт ракеты.
Идёт!
Грудь присутствующих сдавило от волнения.
По мере снижения «Старшипа» захваты механизированной башни обслуживания пришли в движение и раскрылись.
— Касание… фиксация! — вскричал оператор.
Снаряд выкинул два упора и мягко, словно перышко, опустился прямо на посадочные уловители. В тот же миг половина инженеров в центре управления сорвалась с мест, заходясь в победном крике.
Успех! Полнейший триумф!
Центр управления захлестнула волна безудержного восторга.
— NICE!
Старина Ма сжал пальцы в кулак, и на его лице расцвела улыбка, которой там не было уже очень давно.
Получилось! Этого достаточно. Теперь можно и дальше продавать инвесторам красивые сказки!
Едва двигатели ракеты заглушили, Ма вытащил смартфон, зашёл в приложение X и быстрыми движениями набрал твит:
«"Старшип" успешно посажен! Лунная база теперь на расстоянии вытянутой руки!»
Запись мгновенно подхватили ведущие мировые СМИ. По интернету прокатилась волна комментариев:
«Вот это я понимаю — успех! Настоящая отправная точка для человечества к далёким звёздам!»
«Мировой техпром держится только на Старине Ма!»
«И какой толк от ваших голограмм и роботов? Если замыкать человечество в пределах Земли — какой в этом смысл? Ма — настоящий свет человечества!»
«"Старшип" победил. Кое-кому теперь опять придётся заниматься плагиатом!»
«Да уж, ракетные технологии «Пионер Квантум» с самого начала были слизаны. С чего бы вдруг молодая компания смогла так быстро совершить такой рывок?»
«Один человек обогнал всё человечество! Вот он — настоящий бог технологий!»
В комментариях бушевали страсти.
А на отечественных интернет-ресурсах новость об успехе «Старшипа» моментально взлетела на верхние строчки трендов Вэйбо.
Предыдущие триумфы компаний «Пионер Квантум» и «Пионер Аэроспейс» долгое время не давали спуску местной ботоферме и заядлым преклонителям перед Западом. Но теперь, стоит «Старшипу» удачно приземлиться, вся эта братия вырвалась наружу с дикими вопли восторга.
«Старина Ма передаёт привет: "Чжун Ли, копируй дальше, меня тебе всё равно никогда не догнать!"»
«Всё человечество должно быть благодарно Ма за то, что он выкладывает технологии в открытый доступ!»
«Смех да и только! «Пионер Аэроспейс» всё ещё ковыряется со своей станционной программой, а Ма уже готовится к высадке на Луну и освоению Марса!»
«К счастью, передовые технологии находятся в руках цивилизованного мира!»
«Ну надо же, «Пионер Аэроспейс» запустила восемь спутников и объявила о создании станции, а шума вокруг этого — и десятой доли от испытаний "Старшипа" не набралось!»
«Вот когда Чжун Ли запустит свою станцию, тогда и подавайте голос!»
«Столько лет прошло, а у нас всё ещё полно на коленях стоящих перед Западом...»
«Почитаешь комментарии — и понимаешь, что западная школа пропаганды своё дело знает крепко».
Многие лидер мнений и эксперты тоже начали намеками и ввиду поносить «Пионер Аэроспейс». Любой здравомыслящий человек понимал: против китайской аэрокосмической компании развернули спланированную информационную атаку. По обе стороны океана из Старины Ма усердно лепили живого бога, готовясь возвести его на трон властелина человеческой цивилизации.
***
Пока снаружи бушевали информационные страсти, в одной из закрытых лабораторий царила такая тишина, что исследователи боялись громко дышать.
Чжун Ли целиком сконцентрировался на окуляре электронного микроскопа.
Там, под линзами, лежал двести семнадцатый образец кремниевых наноботов с изменёнными параметрами сборки.
Спустя полчаса Чжун Ли оторвался от прибора и устало потёр переносицу. От длительного разглядывания микроскопических объектов даже у него, обладателя тела второго уровня эволюции, заломило в глазах.
Впрочем, потраченное время не прошло даром. Среди кучи брака ему удалось отобрать несколько рабочих экземпляров кремниевых микроорганизмов — теперь можно переходить к следующему этапу.
Главная проблема заключалась в катастрофически низком проценте выхода годных частиц: из десяти тысяч наноботов полностью функционировал едва ли один. За всё это время кропотливого отбора ему удалось наскрести лишь сотню рабочих единиц.
У этих крох существовал строгий предел самовоспроизводства. При делении наноуровневых структур неизбежно накапливалась погрешность; со временем геометрические искажения увеличивались, микроскопический каркас деформировался, и робот выходил из строя.
Дав глазам немного отдохнуть, Чжун Ли взял контейнер с отобранной сотней кремниевых наноботов и аккуратно перенёс их на чашку Петри из особого пластика.
Стекло не подходило — кремниевые наноботы мгновенно разъедали его структуру.
Сейчас требовалось сформировать первое «семя».
Сотня микроскопических ботов на дне подложки выглядела как едва заметная, крошечная щетина, оставшаяся после бритья.
Чжун Ли осторожно разделил группу и всыпал туда щепотку мельчайшей, идеальным образом измельчённой ферросилициевой пудры. Для первичного размножения требовалось сырьё высочайшего качества — только так можно было гарантировать минимальный процент брака при репликации.
Засыпав питательный материал, Чжун Ли запустил на лабораторном столе генератор электромагнитных волн, направил излучатель точно на чашку Петри и замер в ожидании.
Спустя пять минут на поверхности пластика началось едва заметное движение.