Глава 985 - Бессильная ярость богов-владык!
Всё произошедшее уложилось в доли секунды.
Четверка богов-владык лишь успела замкнуть кольцо окружения, а их атаки еще даже не сорвались с пальцев.
Призрачная печать Цан Ли испускала устрашающую пространственно-временную рябь, постепенно изолируя этот участок.
Су Мубай сохранял ледяное спокойствие, бросив на нападавших мимолетный взгляд, после чего кривая усмешка тронула его губы, и он произнес фразу, вогнавшую Цан Ли и остальных в ступор.
— Господа, здесь вам не рады.
Его равнодушный тон звучал так, будто он констатировал банальный факт.
С этими словами Су Мубай шевельнул пальцем и задействовал высшие божественные полномочия Владыки.
[Цель: Владыка убийств — Цан Ли, Владыка разрушения — Лин Эн, Владыка плодородия — Нидия, Владыка света — Хуа Чжоу.]
[Применение полномочий Владыки высшего бога: Принудительное изгнание! С заморозкой их прав Владыки сроком на один земной год Мириадов Миров!]
Никаких сокрушительных вспышек света, ни гула столкновения законов.
Лишь непреодолимая сила отталкивания, рожденная в самой первооснове Пустотной щели , обрушилась на четырех Владык законов невидимой дланью!
— Что?!
— Н-невозможно! — взревел Цан Ли.
— Как такое…
— Что ты сделал?!
Оскал на лице Цан Ли вмиг окаменел, сменившись бездонным ужасом и неверием.
Он ощутил, как его связь с Пустотной щелью насильственно обрывается, а обрушившаяся на плечи колоссальная мощь лишала даже надежды на сопротивление.
Бинарные потоки в глазах Лин Эна сошли с ума, сияние Хуа Чжоу затрепетало, а личико Нидии побелело как мел.
— Проваливайте. В следующий раз приду считать с вами долги.
Су Мубай отмахнулся, словно от назойливой мухи.
Раз уж Цан Ли и компания горели желанием прикончить его, с какой стати ему было щадить их?
Если бы его сил хватало, стал бы он тратить высшие полномочия Владыки на их изгнание?
Четыре фигуры, будто стертые ластиком с холста, под спокойным взглядом Су Мубая и на фоне искривления пространства расплылись, стали прозрачными и испарились из Пустотной щели окончательно.
Осталась лишь призрачная печать Цан Ли, которую он уже активировал, но не успел задействовать до конца: лишенная хозяина, она потускла и сиротно повисла в воздухе.
…
В тот же миг в различных мирах.
Четыре потрепанных силуэта одновременно вышвырнуло из Пустотной щели наружу, заставив их сбиться с дыхания и с трудом восстанавливать равновесие.
Именно так выглядели Цан Ли, Лин Эн, Нидия и Хуа Чжоу, изгнанные Су Мубаем.
Они прибывали в абсолютном ступоре: подобное унижение они испытывали впервые в жизни.
Мир Десяти Тысяч Демонов.
— БЕЛАЯ НОЧЬ!! СКОТИНА!! ДА КАК ТЫ СМЕЛ?! —
Едва закрепившись на месте, Цан Ли разразился истеричным ревом, звуковая волна которого превратила несколько мертвых звезд в пыль!
Его перекошенное от гнева лицо дрожало — сколько эпох минуло с тех пор, как он терпел подобное оскорбление?
Его выбросили из Пустотной щели, словно какую-то псину.
Но главное — почему всё сорвалось в самый ответственный момент, когда ловушка захлопнулась?
С какого перепугу Белая Ночь обрел способность вершить волю судом слова и изгонять их одним махом?
Цан Ли метал громы и молнии, не находя ответа.
Но в следующий миг его и без того безобразное лицо перекосилось еще сильнее, и он взвыл с новой силой:
— Моя Печать запрета пространства ! —
Скупой платит дважды: мало того, что убить Белую Ночь не вышло, так он еще потерял мощнейший артефакт.
— Клянусь истребить твой род! — взревел Цан Ли, выпуская на свободу неуправляемую мощь Владыки убийств и переворачивая вверх дном целый звездный сектор.
…
Мир Машин.
Холодные электронные глаза Лин Эна бешено мигали, а внутри корпуса гудели перегруженные схемы — его ядро логики явно получило сильнейший удар.
— Заморозка прав… на год… Откуда у него такая власть?!
Как бы ни старались его процессоры, они не могли вычислить, каким образом Белая Ночь провернул подобное.
Лишение прав на год означало, что в течение двенадцати месяцев они не смогут ступить в Пустотную щель .
И хотя после потери возможности отслеживать Белую Ночь посещение Пустотной щели потеряло смысл, сама природа этой силы указывала на куда более глубокую проблему.
Насколько же далеко зашли полномочия Владыки у Белой Ночи?
…
Мир Света.
Хуа Чжоу потемнел лицом, сияние его нимба штормило от переполнявшей злобы. Он так сжал кулаки, что костяшки побелели, и процедил сквозь зубы:
— Высшие полномочия Владыки… да еще и с правом изгнания нас…
Как и в прошлый раз, Хуа Чжоу пожалел о содеянном.
Хотя он понимал, что сожаления уже не имеют смысла.
Это была уже вторая попытка атаковать Белую Ночь, и тот явно не собирался спускать им это с рук.
Слова, сказанные Белой Ночью перед изгнанием, заронили в душу Хуа Чжоу дурное предчувствие.
…
Мир Жизни.
Нидия тряслась от смеси ужаса и ярости. Стоило ей вспомнить ту неописуемую, непреодолимую мощь и понимание, что целый год двери Пустотной щели для нее закрыты, как её охватили паника и жгучее унижение.
— Снова крах! Проклятый Белая Ночь, в следующий я сотру тебя в порошок!
Бессильная ярость.
Самая что ни на есть абсолютная, бессильная ярость.
Четверо сильнейших Владык законов Мириадов Миров объединились ради засады, но даже не коснулись краев его одежды, как были с позором выпнуты из Пустотной щели .
Вдобавок им вручили «подарочный набор» в виде заморозки прав на год.
От такого унижения Нидия была готова выплюнуть три литра крови!
Пусть они и догадывались, что у Белой Ночи есть особые привилегии, масштабов высших божественных полномочий они не осознавали.
В конце концов, те, кто обладал ими в прошлом, являлись не кем иной, как самими высшими богами.
А к высшим богам они и близко не смели подступаться, не имея шанса увидеть их права в деле.
Именно поэтому Цан Ли и остальные испытали такой шок.
…
Внутри Пустотной щели.
Су Мубай неторопливо поднял руку и забросил чудом уцелевшую пространственно-временную печать в инвентарь.
Печать была холодной на ощупь, покрыта сетью мелких трещин — очевидно, блокировка рукава реки времени забрала у нее слишком много сил.
— Печать запрета пространства ? Хорошая вещица, жаль, потрепана, хватит максимум на пару применений.
Считав информацию артефакта, он довольно улыбнулся.
— Нежданный подарок, а Цан Ли, старый хрыч, оказался щедр.
Упрятав пространственно-временной артефакт подальше, Су Мубай вновь перевел взгляд на кипящий океан данных.
Перерыв окончен, пора возвращаться к делу.