Глава 545 - Да чья мощь сравнится с Белой Ночью?!
В тот самый миг, когда Харриман и Байенс сошлись в схватке, трое сильнейших воинов ранга Священного Истребления, находившихся в столице Империи Божественного Дракона, одновременно вскинули головы к западному небу.
— Какого чёрта? С чего это старик Байенс вздумал мутузить Харримана? — в глазах Ловски заплясали искры недоумения.
Чарльз нахмурился, и выражение его лица стало мрачным:
— Меня куда больше волнует другое: с чего это аура Харримана вдруг стала настолько мощной?
— Чего он там такого надыбал в этом своем Мире Мертвых?
Ловски прищурился: — Если он и впрямь отыскал там великое сокровище, думаешь, расстановка сил в запретной зоне изменится?
— Брось, никакие сокровища тут не помогут, — Чарльз с усмешкой покачал головой. — Какое благо может сравниться с тем фактом, что сам Белая Ночь числится гражданином Империи Божественного Дракона?
— И то верно.
Ловски со значением кивнул.
Переглянувшись, они больше не стали обращать внимания на полыхающие на горизонте всплески энергии Священного Истребления, закрыли глаза и вновь погрузились в постижение своих путей законов.
Они уже сделали выбор, и теперь пережевывать эту жвачку не имело смысла.
Раз уж они взошли на корабль под флагом Империи Божественного Дракона, незачем строить конспирологические теории.
Судя по чудовищному темпу развития Белой Ночи, в финале всех ждет лишь одно: объединение запретной зоны под единой дланью империи.
В то же время в тишине горной долины открыл глаза и Фэн Июань.
Но на его устах играла легкая улыбка.
— Похоже, это и есть тот самый толчок к объединению, о котором говорил юный друг Белая Ночь.
Мгновение спустя голос Фэн Июаня эхом прокатился в сознании Ловски и Чарльза:
— Передайте всем: созывается Совет Ста Царств.
***
Грохот!
Грандиозный взрыв сотряс столицу Священной Империи, и в куполе штаб-квартиры Небес Святого Света образовалась гигантская пробоина.
Застигнутый врасплох Байенс был буквально сметен мощнейшим ударом Харримана.
Сила звукового барьера от его полета оказалась такова, что близлежащие каменные постройки складывались карточными домиками!
Окутанный ярким белым сиянием, он летел по небу, словно падающая звезда, стремительно удаляясь от столицы.
Причем звезда эта еще и забавно мигала.
Для полной картины не хватало лишь крика: «Я еще вернусь!».
К несчастью, Байенс не был уроженцем Синей Планеты и подобных мемов не знал.
К тому же он не являлся побежденным злодеем — напротив, это была его собственная территория.
Ву-ву-ву-ву-ву!
Над всей столицей Священной Империи взвыли тревожные сирены.
Городская стража среагировала молниеносно, выдвинувшись к месту происшествия.
Но когда воины воочию увидели, кто именно мутузит друг друга — верховный папа римский и глава трибунала, — они замерли на месте с отвисшими челюстями.
Что нам делать в такой ситуации?
Тут же не сунешься…
Ещё сильнее растерялись епископы, появившиеся на руинах штаб-квартиры мгновением позже.
Пусть каждый из них был элитным бойцом девятого мифического ранга, перед лицом Байенса и Харримана они выглядели жалкими букашками.
Пропасть между 10-м рангом Священного Истребления и 9-м мифическим рангом невозможно было перекрыть простой численностью.
Если хочешь сражаться с противником выше рангом, помимо базовых статов, жизненно необходимо владеть законами.
Всё, что лежит за пределами законов — лишь прах под ногами!
Паря в воздухе, епископы являли собой живое воплощение вселенской скорби.
Они таращились на уносящегося в небеса Харримана и не понимали, куда бежать и за что хвататься.
Остановить? Да кишка тонка.
А сделать вид, что ничего не происходит — так по окончании битвы спросят в первую очередь с них.
К счастью, вовремя подоспевший голос Харримана позволил епископам и застывшей в отдалении страже шумно выдохнуть с облегчением:
— Занимайтесь своими делами! Папа римский и глава трибунала проводят дружеский спарринг, то была лишь случайная техническая заминка.
Не успел он договорить, как черная точка его силуэта столкнулась в стратосфере с ярким белым пятном.
Не обладай они зрением мифических воинов, разглядеть эти световые вспышки на такой высоте было бы попросту невозможно.
— Раз так, господа, давайте разойдемся, — Педер облегченно вытер пот со лба и замахал руками.
Будучи одним из епископов и одновременно заместителем главы трибунала, он состоял с Харриманом в довольно близких, почти приятельских отношениях.
— Ха-ха-ха, кто бы мог подумать, что у Папы и главы такая тяга к спорту.
— И не говорите, судя по всему, глава трибунала нынче знатно прибавил в силе.
— Господа, у меня тут срочное дело, я откланяюсь.
— Погодите, и меня прихватите, у меня тоже ЧП.
— Хе-хе, какая ирония, мне тоже срочно нужно в другой конец города.
Стоило Педера подать пример, как остальные епископы тут же принялись сыпать дежурными любезностями и разбегаться из центра столицы со скоростью испуганных зайцев.
Спарринг?
Кому вы сказки рассказываете!
Любому зрячему было очевидно, что схватка между Байенсом и Харриманом носит далеко не товарищеский характер.
Но поскольку вмешиваться они всё равно не смели, а Харриман любезно подбросил им предлог, все с радостью ухватились за эту соломинку.
Если не унести ноги сейчас, то когда?!
Городская стража тоже поспешила свернуть активность, правда, предварительно тихонько активировав защитный барьер столицы.
Спарринг это или нет, но кто бы ни победил, город-то разрушать никто не позволил бы!
Как ни крути, а столица оставалась имуществом победителя.
Поэтому стражники и простые горожане сохраняли относительное спокойствие.
Высоко в небесах по-прежнему грохотали раскаты взрывов, но из-за огромной высоты защитный купол почти не страдал от ударных волн.
Обменявшись с Харриманом еще парой десятков ударов, Байенс с удивлением обнаружил, что соперник прочно удерживает инициативу.
С каждым новым столкновением лицо Байенса серело, из уголка рта сочилась тонкая струйка крови, а в глазах нарастала паника.
Проклятье, сколько времени прошло с тех пор, как Харриман покинул запретную зону?
Откуда у него такой сумасшедший прирост мощи?!
Из-за подавляющих эффектов сразу нескольких формаций его собственный боевой дух скатился до средней ступени Священного Истребления.
А вот Харриман, напротив, неведомо как удерживал силу поздней ступени.
При таком раскладе сил Байенс неизбежно покатился по наклонной.
— Чтоб тебя, божественное нисхождение, что это за чертовщина такая! — мысленно взвыл Байенс, тщетно пытаясь расшифровать странный статус на панели Харримана.
Прожив столь долгую жизнь, он считал себя на редкость эрудированным человеком, кое-что знающим даже о масштабах Вселенной.
Но ему никогда не доводилось слышать о техниках вроде божественного нисхождения, способных давать столь безумный прирост боевых характеристик.
— Байенс, прекращай бегать, сегодня твой последний день.
Харриман и не думал ничего объяснять. Раздался ледяной голос, и фигура в черном снова превратилась в смертоносную полосу, сокращая дистанцию.
Цзинь!
Его короткий клинок врезался в посох Папы, высекая сноп искр и рождая визг металла.
Вжух!
Законы теней и света сплелись в диком танце, безумно разрывая друг друга на части.
Однако в арсенале Харримана теперь присутствовали не только законы теней — в них отчетливо прослеживалась тягучая нотка Закона Контроля Души!
Сражайся Харриман в одиночку, его понимание законов, разумеется, уступало бы уровню Байенса.
Но сейчас он находился под благословением «чит-кодов» в виде поддержки Су Мубая — будущего Повелителя Смерти, так что сравнения здесь были неуместны.
Стоило силе Закона Контроля Души вплестись в атаку, как рассудок Байенса на мгновение затуманился.
В следующий миг его снова отбросило назад мощнейшим ударом, превращая в еще более яркую и стремительную падающую звезду.
— Так больше продолжаться не может!
На сердце у Байенса стало тяжело. Стиснув зубы, он решил использовать эту самую отбросившую его силу, чтобы рвануть прямиком в холодную космическую пустоту.
Раньше он боялся высовываться наружу из-за риска привлечь внимание Фэн Июаня, но сейчас, когда петля на шее затягивалась, разве до сантиментов было?!