Глава 72.2
Поместье Линденов не отличалось обширностью, что отражал и его сад. Особняк был такого размера, что по нему можно было спокойно пройтись, а не ехать в карете.
На самом деле главный особняк поместья был заметно меньше, чем боковые виллы других дворян.
— ...
Взгляд Грейс упал на старую стеклянную оранжерею позади особняка. Заросшая неухоженными неизвестными растениями, маленькая грязная постройка выглядела так, словно за ней не ухаживали целую вечность. Она отвела взгляд.
— Мама... Поскольку мы с Его Светлостью перекусили на рынке, мы могли бы поужинать немного позже. Ты не против?
— О, дорогая, неужели? Тогда мы немного отодвинем время ужина.
Леди Линден улыбнулась, намекая на то, что она использует дополнительное время для приготовления еще более великолепного блюда.
— Позвольте проводить вас в вашу комнату. Интерьер почти не изменился, так что не стесняйтесь и располагайтесь в нем до ужина.
— Ты не против?
— Конечно, вы же с Его Светлостью одна семья.
— Семья...
Грейс задумалась над словом «семья». Оно странно колюче звучало у нее во рту.
Когда она вошла в дом, ее внимание привлек большой портрет на центральной лестнице. На нем была изображена вся семья Линден, включая дочерей, выданных замуж. Судя по всему, он был написан до того, как Бенджамин отправил Грейс предложение руки и сердца.
«Они не заказали новую картину».
Грейс испытывала смешанные чувства, видя свою собственную фигуру, стоящую, как гадкий утенок, рядом с красивыми, идеальными братьями и сестрами.
На картине отец обнимал ее за плечи, а она держала за руку сестру, но чувствовала себя как-то неловко.
«Должно быть, это комплекс неполноценности».
В конце концов, Грейс отвела глаза и посмотрела на спину идущей впереди матери. Когда Грейс шла в свою комнату в сопровождении Бенджамина, ей показалось, что что-то не так.
«А?»
Сейчас Грейс шла рядом с Бенджамином.
Это должно было быть очевидно.
«Погоди-ка».
Обычно, когда супружеская пара приезжает в качестве гостей, им отводят только одну комнату.
— По сравнению с домом герцога наш может показаться скромным, но, пожалуйста, чувствуйте себя как дома.
— Вовсе нет. Выглядит очень мило, то есть гостеприимно.
— Хм.
Естественно, здесь была только одна кровать.
Грейс украдкой взглянула на лицо Бенджамина, который стоял рядом с ней.
Казалось, его лицо готово в любой момент окраситься в свекольно-красный цвет.
Грейс почувствовала, что ее лицо стало необъяснимо горячим.
Леди Линден, казалось, не замечая особого напряжения между ними, с довольной улыбкой вышла из комнаты, оставив после себя неловкую тишину.
Сердце Грейс бешено колотилось. Неловкость казалась удушающей, и ей отчаянно хотелось нарушить молчание.
Бенджамин заговорил первым.
— Может, мне... попросить виконта и виконтессу или дворецкого предоставить мне другую комнату?
— Нет, — тихо ответила Грейс. Не то чтобы она хотела делить комнату или постель с Бенджамином.
— Здесь может не хватить комнат.
— Хм…
В помоестье не было избытка комнат.
С учетом персонала, который они привезли из поместья герцога Фелтон, а также с учетом текущей ситуации и всех гостей, комнат, скорее всего, не хватит.
Задумавшись о размерах поместья, Бенджамин медленно кивнул в знак согласия.
— Тогда я буду спать на диване.
— Диван кажется слишком коротким и узким, чтобы Вашей Светлости было удобно спать.
— Я не узнаю, пока не попробую, верно?
— Вы хотите попробовать?
Бенджамин подошел и лег на диван. Однако он оказался немного коротковат, и ему пришлось немного свернуться калачиком, чтобы уместиться.
Ширина дивана также показалась ему несколько узкой, что было довольно неудобно для сна.
Прислонившись к спинке дивана, Грейс наблюдала за тем, как Бенджамин пытается устроиться поудобнее — его положение было несколько неудобным. Она не удержалась и тихонько хихикнула.
— Я же говорила вам, правда? Только посмотрите на себя.
— Вы правы. Миледи всегда знает, как лучше.
С оттенком смущения на лице Бенджамин сел.
Грейс небрежно заметила:
— Может, мне попробовать лечь на диван?
— Нет! Вы не можете! Вы можете пораниться!
— Но вы как раз собирались на него лечь.
— Ну, это другое дело.
Что же изменилось? Бенджамин продолжал бормотать, его лицо все еще было взволнованным, но он все равно настаивал на том, что это другое.
В романе Бенджамин всегда изображался взрослым и ласковым. Грейс всегда нравилась эта его сторона.
Но видеть его в таким взволнованным и глупым тоже было неплохо.